Злодейка

— Вот это драма у вас в деревне. Хоть в театральный кружок к нам ее ставь.
— Смеешься, а мне вот не до смеха стало тогда. Дом, в котором мы жили, — мой. А после свадьбы он его ремонтировал, достраивал. И уходить оттуда вместе с Гристой они не собирались. Пришлось даже старосту деревни подключать. Дом отдали мне. Я начала жить своей жизнью, а тут являешься ты, и после этого меня садят под стражу! Слишком мало я, видимо, натерпелась! И репутация моя теперь испорчена до конца жизни!
 
— Мда, — протянул Муська, когда мы вышли из домика Ронель. — Любишь ты рубить с плеча. Ничего не выяснив, бросила бедную женщину в тюрьму. Это даже для меня подло. Надеюсь, ты сделала хоть какие-то выводы для себя.
Да, выводы я сделала. И они меня расстраивали. Неправильно меня в академии называли злодейкой. Потому что я — эгоистка. Я всегда думаю только о себе. Даже сейчас меня не волновало, что я неправильно поступила с Ронель, меня беспокоило то, что Я допустила ошибку.
— Думаю, нам нужно раздобыть снадобье «Правдоруб». Вывести Гристу на чистую воду и отдать под стражу.
— Ты варить-то его умеешь?
— Научусь.
Уже у себя в домике в учебниках по алхимии и целительству мы искали зелье «Правдоруб», которое по совместительству еще и являлось обезболивающим. Пользоваться им имели право только те, кто закончил академию по специальности целитель. Остальные — по разрешению короля. В приказе на распределение четко написано: «… Енина, дочь Гвения и Атильи, имеет полномочия на урегулирование различных ситуаций, возникающих в поселении Ольковка, путем магического вмешательства. Куратор Енины…» и подпись короля Авариса. Формально я имею право использовать «Правдоруб».
Муська первым нашел рецепт: «Возьмите тринадцать чешуек змееголова, три капли муравьиной кислоты, коготь черепахи, залейте заговоренной водой. Настаивайте семь дней. Затем процедите через напитанную магией ткань, вытяните запах. Полученную настойку доставить в рот к лгуну или молчуну. Зелье имеет степень улучшения. См. на странице 1152».
— Чего глядишь, Муська? Помощник ты или кто?
— У тебя, у ведьмы, даже ингредиентов нужных нет, что ли?
— Я же не травница и не ведунья, — возмутилась я.
— Балбес ты в юбке! Вас совсем там в академии перестали жизни учить! Хорошо, что ты меня догадалась призвать! Ты — ведьма! А значит, ты должна про запас всегда с собой носить несколько готовых зелий и важных для твоего же спасения ингредиентов! Где бы ты ни находилась, всегда собирай травы, изучай природу! Нас, демонов, никто не селил в домишки, как тебя. Я в свое время по дорогам шлялся, под дождем…
— Сейчас, очевидно, мое время. Я тебя призвала не для того, чтобы ты языком чесал. Давай, — я помахала на него, приглашая выйти из дома. — И без всех ингредиентов не возвращайся.
Тяжело вздохнув, Муська, исчез. Двери ему не нужны. Хоть я на него и набурчала, но совет его приняла. Он прав. Чего это я как размазня. Я же хочу стать лучшей чародейкой в мире. Но на сегодня я устала, травы завтра пособираю.
 
Через неделю зелье настоялось, и мы с Муськой поместили его в маленький пузырек, осталось подлить его Гристе.
Стражник с еще большим энтузиазмом ринулся на арест гира и его жены-клеветуньи.
— Только обождите за воротами, мой кот вас позовет, когда можно будет, — я обворожительно улыбнулась мужчине.
— Хорошая киска, — стражник потянул свою грязную лапищу к Муське, тот не будь дурак, тяпнул стражника за палец. И получил кличку, которую я изначально предлагала — Пшлаотсюда.
— Ну что вы еще от меня хотите? — недовольно прокряхтела женщина. — Я уже все вам рассказала и раскаялась.
— Разговор серьезный предстоит. Сделайте нам чаю.
Женщина напряглась. Видимо, подумала, что я все-таки что-то раскопала. Но не на столько сильно, чтобы предъявить против нее обвинение. Пока Гриста готовила нам чай, я из кармана достала зелье. Приготовилась. Женщина вошла на кухню и я наложила на нее обескураживающее семисекундное заклятие. Этого времени мне хватило, чтобы подлить в обе чашки настойку из пузырька. Мало ли, вдруг она мне отдаст кружку с «Правдорубом». Мне-то не страшно правду говорить. Муська позвал стражника.
— Этот сюда зачем? — спросила женщина, придя в себя.
— Рассказывай, — говорю, — все, как на духу.
И выбора у нее не осталось. Заунылым, загробным голосом начала она свой рассказ.
— С детства я люблю и умею врать. Вы не представляете, какие люди дураки. Продавала им обычные камни под видом амулетов, представлялась гадалкой, ерунду им всякую предсказывала. Не велика возможность не угадать. Чельядью был, ею же и останешься. Вот вам и все предсказание. Деньги несли исправно. Но что мне эти медяки. Мне хотелось больше. Охмурила гира одного, а он женат. Сказала ему, что беременна. Его-то жена не могла ему наследника родить. Это Ронель, как вы понимаете. Ну и сжила я ее. Да только дом ей присудили. А мы где жить будем? Решили мы ее со свету сжить. Проша мой все придумал. Вешали объявления на доску, письма с угрозами писала сама себе, да ее духами брызгала, чтобы подозрения на нее нагнать. Кто ж знал, что за дело ведьма возьмется? Народу-то не откажешь, коли силой ведут. Вот и вся история.
Гриста грустно вздыхала от того, что пришлось ей правду рассказать. Тут же ее арестовали.
Ронель вернули доброе имя. Прококипея не нашли, но звания почетного лишили. У меня же накопился замечательный материал для курсовой, и Муська добавил в копилку моего величия несколько полезностей.
— Ну что, Енина, пора нам прощаться, — сообщил мне котик после ареста Гристы. — В следующий раз, как будешь вызывать демона обязательно назови его имя. Мое ты теперь знаешь?
— Так это твое настоящее имя?
— Каким уж наградили.
— Спасибо, — впервые искренне поблагодарила я. — За советы.
— Напоследок еще один: прекращай хамить, любить одну себя и важничать, и люди к тебе потянутся.
— Больно они мне нужны.
— Только они могут сделать тебя великой, ровно также и свергнуть с вершины. Найди золотую середину между добротой и самолюбием. Увидишь, что не ты сделаешь себя великой, а другие.
— Давай уже, уматывай. Увидимся как-нибудь.
И демон растворился в лучах заходящего солнца.
    
Глава 20. Предатель
Шаловливые ручонки обняли меня с двух сторон. Драк положил свою на бедро, а Марс на плечо. Мы отдыхали после тяжелой и долгой пробежки за приспешниками Нархаль. Я аккуратно выбралась из-под объятий и положила их руки друг на друга, раз уж им не хватает тепла.
Преступников мы так и не нагнали. Они вперед нас добрались до возлюбенца Англеад и теперь спешили к следующему — поклонцу Кая — бога Воздуха.
Накануне с Драком у нас произошел серьезный разговор.