Любовь-война

- Я не пойму, Крис, а вы с Шульцем встречаетесь, что ли? – подсаживается ко мне моя бывшая одноклассница Саша Митрофанова.
- Нет, просто общаемся, - уклончиво отзываюсь я, опасаясь давать нашим отношениям какое-то конкретное определение.
- Общение - это, когда с тобой парень на перемене здоровается и в мессенджере прикольные мемчики отправляет, - хмыкает она, отправляя в рот сырную тарталетку. – А, когда он твою фотку на торт лепит, это, знаешь ли, уже отношения.
- Чего? Какую еще фотку? – изумленно переспрашиваю я.
- Как какую? – с набитым ртом бубнит Саша. – Ты торт не видела, что ли? Иди скорее посмотри!
Срываюсь с места и пулей устремляюсь на кухню, где тотчас нахожу огромное лакомство, на вершине которого и правда красуется наша с Андреем фотография, где мы мелкие, с ведрами земляники в руках. Та самая, что стоит на полке у меня в комнате.
Обалдеть, ну Шульц и романтик! Ладно баннеры с нашими именами заказал, это я еще понимаю, но торт с фоткой… Я ведь не просила его ни о чем таком. Да и на дом не скидывалась. Думала, просто посидим, потусуемся, без всяких акцентов на мою персону… А он, получается, взял и на двоих праздник организовал… Блин, такого мое сердечко может не выдержать! Вот возьму и грохнусь в обморок от переизбытка чувств.
Возвращаюсь в основной зал, где уже собрались все гости, и потихоньку пробираюсь к столу. Ребята поздравляют нас с Шульцем, поднимают тосты за наше здоровье, желают успешно сдать ЕГЭ. Улыбка не сходит с моего лица, и уже спустя полчаса я ощущаю себя хозяйкой вечера, наравне с Андреем получая удовольствие от происходящего.
Когда «официальная» часть подходит к концу, мы выползаем из-за стола, и Гуляев, не отрывая рук от Вериных бедер, предлагает сыграть в «Кис-мяу».
- Да ну тебя, это детская игра! – отмахивается Матросов.
- А мы сыграем по-взрослому, - подмигивает Леха. – Давай, Кир, дуй сюда и отворачивайся, с тебя начнем.
Матросов, лениво шаркая ногами по полу, встает спиной ко всем собравшимся и через плечо бросает:
- Только нормальные действия придумывай, Гуляев, а не чмоки в носик.
- Как скажешь, - смеется Леха и, немного подумав, выдает. – Значит, так: синий цвет – поцелуй в руку, розовый – поцелуй в губы, красный – поцелуй в губы с языком, желтый – поджопник, оранжевый – три вопроса, на которые надо ответить честно, белый – пять минут наедине… Эй, кто-нибудь, за мной записывает?
- Я записываю, - помахав телефоном, отзывается Митрофанова. – Давай на этом остановимся.
- Окей, - кивает Гуляев. – Погнали.
Он указывает на Тараканчикова и, с трудом сдерживая смех, обращается к стоящему спиной Матросову:
- Кис?
- Брысь, - отзывается Кирилл после недолгого молчания.
- Кис? – на этот раз Лехин палец устремлен к Насте Голышевой.
- Брысь, - вновь не решается сделать выбор Матросов.
- Кис? – Гуляев тычет в Морозову.
- Мяу, - наконец соглашается он.
- Выбирай цвет, котяра, - смеется ведущий.
- Эм… Пусть будет розовый.
- Розовый – это у нас что? – хмурится Гуляев.
- Поцелуй в губы, - подсказывает Митрофанова.
- Поздравляю, Кирюх, ты целуешься с Каринкой.
- Взасос? – с радостным возгласом оборачивается Матросов.
- Нет, просто чмок, - смеется Морозова, поднимаясь с места.
Она подходит к Кириллу, и тот, положив руки ей на талию, мягко касается ее губ. Видно, что парень с удовольствием бы сделал этот поцелуй более глубоким и длительным, но Карина явно не разделает его желаний. Коротко чмокнув Матросова, она поспешно делает шаг назад и натягивает дежурную улыбочку, мол, вот и все, я отстрелялась.
- Ладно, принято, - усмехается Гуляев. – Давай, Карин, отворачивайся от ребят, ты следующая.
Девушка, гордо тряхнув волосам, подходит к окну и замирает.
- Кис? – Леха показывает на незнакомого мне полноватого парня в футболке с изображением Симпсонов.
- Брысь, - резко бросает Морозова, будто почувствовала неладное.
- Кис? – палец ведущего устремлен к Шульцу.
- Мяу, - довольно тянет она.
Да твою ж мать! Вот это у нее интуиция!
- Цвет?
- Красный, - хищно отзывается Карина, и мое сердце падает в пятки, разбиваясь на тысячи осколков.
Нет, только не это! Только не поцелуй взасос с Андреем! Пожалуйста!
Я ведь этого не переживу…
    
Глава 53
Кристина
 
Крупная дрожь пробирает мое тело, затылок резко начинает гореть, а сердце вот-вот размолотит ребра в крошево. Неужели Карина и Андрей сейчас поцелуются прямо у меня на глазах? Боже, как мне выдержать эту изощренную пытку? Как не разреветься у всех на виду? Ведь люди не дураки, сразу смекнут, что к чему. А я не хочу выглядеть дурочкой, безответно влюбленной в Андрея, не хочу, чтобы меня жалели...
Может, по-тихому выскользнуть из комнаты? Удрать, пока никто не видит? Да, пожалуй, так и сделаю, а то последняя нить моей выдержки вот-вот порвется. Того и гляди слезы брызнут из глаз…
Медленно поднимаюсь с пола и, пользуясь тем, что все внимание присутствующих обращено к Морозовой, крадусь к выходу. Я уже хватаюсь за ручку двери, ведущей в коридор, однако голос Шульца, пробивающийся сквозь всеобщий гомон, заставляет меня сначала застыть, а затем и вовсе обернуться:
- Э… Карин, мне очень неловко, но я сегодня, к сожалению, для поцелуев негоден.
- Это еще почему? – Морозова старается говорить спокойно, но я все равно слышу едва уловимые нотки возмущения в ее тоне.
- Блин, да у меня просто герпес выскочил, вот тут, - буквально на секунду Шульц оттягивает нижнюю губу, очевидно, демонстрируя свою «простуду», а затем добавляет. – Думаю, это заразно.
Никогда бы не подумала, что буду благодарить Господа бога за то, что послал на Землю вирус герпеса, но именно этим я мысленно сейчас и занимаюсь. Как же хорошо, что Андрей приболел и не сможет поцеловать Карину! Это просто замечательно!
- Ну ла-а-адно, - разочарованно тянет Морозова и прямо на глазах сникает.
Что, выкусила, стерва?!
- Я, наверное, выйду из игры, чтобы таких казусов больше не было, - улыбается Андрей, направляясь к выходу.
Я по-прежнему стою у двери, когда Шульц, поравнявшись со мной, обхватывает мой локоть и тащит за собой в коридор. Я даже среагировать не успеваю, так лихо он сдвигает меня с места.
- Эй, ты куда? – ошарашенно интересуюсь я, еле поспевая за быстрым темпов его широких шагов.