Тёмный призыв

Маг умирал до того момента, пока огненное тепло не начало растекаться по плечам, наполняя его силой. Тело согревалось, но не могло двигаться, сведённое судорогой. Крик рвался из горла хрипами.
— Ш-ш-ш, родной мой. Всё хорошо. Проснись, любимый, — шептал огонь голосом Вельды.
Образ проступал обрывками, частями. Стефан сел в кровати, продолжая видеть другую реальность. Её словно натягивали ему на глаза, не отпускали из мира кошмаров, но он уже чувствовал, как жена гладит плечи, покрывает поцелуями лицо. А маг понимал, что именно этот сон видел всегда, но никак не мог запомнить. Тёмное, что беспокоило, неясное и ускользающее после пробуждения. Он видел только этот сон до первого убийства по делу некроманта и лекаря, забывая на утро.
Вельда обхватило лицо мужа ладошками, заглянула в глаза, чуть не отпрянула, увидела остатки ужаса, настолько невыносимого, что не найти спасения. Сама тьма смотрела из глаз мага. Мёртвые глаза, страшные. Кошмар надолго отпечатался в сознании мага.
— Что ты видел?
Она должна была знать.
— Не спрашивай, — упрямая складка возле рта, давала понять, что никогда не расскажет.
— Опять тот сон?
— Да.
— Ох, — она вздрогнула, положив руку на живот. — Толкаются. Иногда кажется, что они там танцуют, — улыбнулась нежно.
— Ложись.
Почти силой вернул на подушку, а в голове бесконечным стихом крутилось — «Танцуй, кукла, танцуй. Твоя кровь нужна этим землям».
Сам лёг так, чтобы прижаться к животу сбоку, уже такому большому, зрелому. Гладил и шептал что-то. Половины слов Вельда не разобрала. Только слышала, как повторял:
— Не отдам… Не бойтесь…
Она же запустила пальцы в черные пряди, перебирала, расслабляюще гладила голову мага. Не хотела думать о том, как недавно метался в постели, весь мокрый от выступившей испарины, как вздувались жилы. Что за кошмар мучает любимого. Знала, что ни словом не выдаст тайны.
От нежных прикосновений ужас уходил. Хоггор-змей помог, сожрал эмоции. Виденное во сне фактами осталось в разуме.
— Стеф.
Поднял голову, нахмурился тревожно.
— Мы справимся, — так странно сказала, что не поймёшь, убеждала его или себя.
— Справимся, родная, — что он мог сказать ей, ответов не было.
На улице гулял холодный осенний ветер. Осень в Фолганде ранняя, быстрая. Гвардейцы из замка мёрзли у входа, часто забегая в дом, чтобы испить чего-нибудь на кухне. Лейни заранее варила целый котелок горячего травяного или фруктового напитка. Несколько месяцев жили как в осаждённой крепости. Всеми возможными защитами закрылись от враждебного.
А Вельда готовилась к родам. Повитуха с помощницей разместились в соседней комнате, где когда-то жила Белка. Ждали своего часа. Не было покоя в доме, не было свободы, но и выбора у Фолгандов не было.
Сам Стефан редко покидал Вельду. Старался постоянно быть рядом. Шаун смотрел на ситуацию, как на часть расследования и не возражал. Часто совещались прямо в доме мага, сделав из него отделение управы.
Вот и в этот день дознаватель заглянул к магу. Мысленно посочувствовал, увидев, как бледен Стефан, напряжён, словно готов бросится на защиту в любую минуту. Давно не улыбался, даже усмешка змея не появлялась на лице. И чувствовал Шаун — нехорошо в доме, тревожно, как перед грозой собирались тучи.
Сели в лаборатории. Стефан работал, обновляя запасы настоев. Готовился ко всем возможным и невозможным случаям. Холодно отмерял, взвешивал, измельчал. Так можно было не думать о страшном. Наблюдая, за точными движениями мага, Шаун сам испытывал тревогу.
— Стеф, но они больше не убивают, может быть, отказались от планов и зарылись на своём севере.
— Никогда. Не откажутся. Тарвит не позволит. Колдэн не отступится. Упорство ревнителей лика известно.
— Да, после сообщения из Шаррата, понятно, что имеем дело всё с тем же культом. Хорошо, что догадались сделать запрос в соседние с Праттом городки. Жаль про женщину ничего не узнали.
— Не просто с культом, Энвар, — крепкой рукой маг залил зелье во флакон, ни капли мимо, спокоен и собран, лишь складка между бровей глубже пролегла. — Это личное. Каждый из них имеет личный мотив.
— И кузен?
— Он в первую очередь.
— Думаешь, что надеется на наследство и прочее.
Стефан не ответил. Вложил флакон в ящичек с настоями и потянулся за новой порцией трав. Он собирался работать до вечера, а может быть и до утра следующего дня, избегая сна.
    
Глава 47
Несколько недель прошли в том же тревожном состоянии. Серия преступлений не продолжилась, нападений на Вельду или Стефана не было. Бэлис давно съехала из Вороньего замка вместе с лекарем и, к удивлению знакомых и подруг, поселилась с ним в сельском доме. Казалось, что преступники действительно отказались от своих задумок и решили больше не привлекать внимания или затаились на время. Шаун организовал досмотр крипт по всему Фолганду, но работа эта была долгая и бессмысленная. Они и не представляли, что следует искать. В городе на севере, откуда прибыли некромант и лекарь, крипты досмотрели в первую очередь.
Шаун продолжал приходить домой к магу, чтобы обсудить новые детали дела или снова проговорить известные факты.
— В Шаррате после осмотра крипт местная управа ещё и сведения собрала о них. Очень постарались. Про местные группы ревнителей лика расписали отчёт на десять листов. Видел бы ты этот почерк.
— Есть полезное? — маг, а точнее Хоггор предпочитал короткие фразы.
— Одна крипта сгорела. Говорят, что местные подожгли. Только заперли вначале.
— Там кто-то был?
— Группа ревнителей лика. Включая Летину Хортон, её мужа, Фрэста Колдэна. Там не менее шести имён. Утверждают, что потом видели только Фрэста.
— И чем они так не понравились жителям Шаррата? — Стефан догадывался, что тётя Летина погибла в пожаре. — На севере же любят Дивного бога.
— Всю группу подозревали в некромантии и человеческих жертвоприношениях. Власти ничего найти не смогли, а народ взял правосудие в свои руки. Твой кузен уже учился в другом городе и в Шаррате его не было.
— Значит из шарратской группы остались Колдэн и кузен?
— Возможно, кто-то ещё. Сам же говорил, что в тюрьму приходила женщина.
— Которую мы так и не нашли. Зелейник Хэл утверждал, что она настоящая леди, красивая и элегантная. Вряд ли в маленьких северных городках можно встретить элегантных горожанок, — предположил Стефан. — И богатых семей там нет. Она не может быть с севера.
Разговоры и сбор фактов по крупицам, всё, что осталось для дознавателей. А время неумолимо шло вперёд, не давая ответов. Стефан все больше походил на змея, что обвил своими кольцами родное гнездо, охраняя будущее потомство и отпугивая врагов. Вместе с Вельдой они находились в состоянии острого ожидания.