Русалка в академии

— Арина! — ахает удивленно Ярис. — Ты... у тебя глаза светятся голубым... как у Освященной Водой...
Улыбаюсь растерянно. Делаю несколько шагов вперед. Камни поднимаются в воздух и летят за мной, крутятся, словно луны на моей орбите. Ошейник уже не сжимает грудь, мешая дышать. Я поднимаю руку и легко сдергиваю его с шеи. Камни в нем легко вылетают из креплений и присоединяются к хороводу.
Я подхожу к водной границе. Теперь я вижу то, что прежде мне было недоступно. Тончайшие энергетические волокна, которые связывают принца с его рабами, зеленоватое марево, которое прежде мне было недоступно. Он кричит что-то оскорбительное, летая над головами своих рабов, стоящих уже по бедра в воде. Мои губы сами собой расплываются в довольной улыбке. Не зря он боялся встречаться со мной, пока я была в силах. Но теперь для него все еще хуже. Одно движение рукой, и нет никакого зеленоватого марева рабских связей.
Стена воды падает, ее уносит обратно в окно.
— Взять ее! — закричал победно принц-предатель.
Его бывшие рабы смотрели на него растерянно, не чувствуя магической тяги исполнить приказ.
— Ты забыл главный закон нашего оазиса, — улыбнулась я, — у нас нет рабства. Все рабы, пришедшие в оазис, становятся свободны.
— Это невозможно! Рабов нельзя отпустить дистанционно, не коснувшись их ошейников! — словно в подтверждение моих слов, он рухнул на пол — бывшие рабы просто отключили магию, которая его держала в воздухе.
Я лишь улыбнулась в ответ. Подошедший Ярис активировал вокруг своего сводного брата антимагическую сеть, а затем велел:
— Взять его. Остальных тоже арестовать, их еще следует допросить и узнать, что их делать заставляли, а что они творили по собственной воле.
— Я не хотела! Я не виновата! Мне приказали! — девчонка, которая чуть не зарезала Яриса, рухнула перед нами на колени, судорожно сорвала с шеи тонкую золотую цепочку и отбросила ее прочь.
Остальные рабы последовали ее примеру, хоть и менее экспрессивно.
«Кракен, — окликнула я мысленно, — Кракен, где ты?»
«Я спрятался в озере, жду, когда захватчики выйдут на свободное пространство, чтобы мы с Сашей могли на них неожиданно напасть! Подскажешь удачное время?»
«Все уже нормально, напавшие обезврежены», — вздохнула с облегчением, зная, что добрый друг понял, что на самом деле я не хотела его прогонять.
«Опять я все пропустил!» — прозвучало обиженно.
«Ты спас меня, спасибо, — улыбнулась я мысленно, — без тебя я бы не справилась».
 
Глава 114
Пленных упаковали в антимагические сети, связали им руки и теперь пытались придумать, какие помещения использовать вместо камер тюрьмы — ее у нас пока еще просто не было. Вероятно, теперь появится. Наверное, этого и следовало ожидать, мы становимся богатым поселением, людей становится больше, за всем не уследишь.
Я вспомнила один момент и покраснела. Мы вроде бы объяснились друг другу, но это было под влиянием момента, а на деле... нет, глупо опять стесняться и прятаться. Подошла к нему, путаясь в юбке. Неужели я наконец-то смогу сменить свой гардероб на халифатский? Давно заглядываюсь на их женские брюки. И туфли, срочно нужно будет заказать туфли, а то брожу босиком по каменной крошке.
Постояла рядом тихонько, пока Ярис отдавал приказы. Выдохнула и решительно взяла его за руку. Ярис оглянулся удивленно, но затем улыбнулся, и я увидела, почувствовала всей душой его эмоции. Стену меж нами будто смыло приливной волной, осталась только чистая эмоциональная связь. Запоздало поняла, что только мои сомнения в себе мешали мне ощутить его привязанность.
— Что-то случилось? — он настолько естественно прижал мою руку к своим губам, что я поразилась. Будто так и должно быть.
— Нет, все хорошо, — как бы мне еще перестать так глупо улыбаться. — Просто... хотела еще раз сказать, что люблю тебя.
— И я тебя люблю, — я ощутила его счастье, будто после долгого стояния на морозе оказалась в жарко натопленном доме.
— Почему же мы все это время молчали? — спросила сама у себя.
Он нахмурился, отвел взгляд:
— Мне казалось, что после случившегося, просто неприлично с моей стороны пытаться оказывать какие-то знаки внимания... и что я совсем не интересен тебе с романтической точки зрения...
— Случившегося? — не поняла я.
— После того, как ректор...
— О, Стихии! — ахнула я.
Да, после того случая я начала на какое-то время дергаться: избегала мужчин, старалась обставить все так, чтобы или дверь в комнате была открыта, или подле меня был кто-то, хотя бы Хенли, но лучше и Кракен... рационально я понимала, что это глупости, что нет причин, просто... просто это был шок... ничего не случилось, я справилась, но...
А позже я, наконец, поняла свои чувства к Ярису, но мне показалось, что они совсем безответны. Мне не хватило смелости преодолеть свой страх, пройти испытание Храма: отпустить ошибки, перестать корить себя за прошлое, проявить смелость в настоящем. И те страхи, что напускала стихия, чтобы испытать меня, смешались в моем сознании с моей неуверенностью в себе как в женщине, как в существе с иным телом. И все это превратилось в такой странный клубок эмоций, что я сама начала отдаляться от Яриса, сама прочертила между нами границу, которую он в своей вечной деликатности не посмел нарушить.
— Прости, я не хотел тебе напоминать...
Чтобы он опять не ляпнул какую-нибудь глупость, я просто обхватила его за шею и прижалась к его губам. В поцелуе он застонал, но явно не от страсти.
— Ой, прости, я задела рану? — поспешила отстраниться я.
— Ничего, я готов потерпеть, — улыбнулся он и вновь припал к моим губам.
Тут он охнул как-то иначе. Я все же отстранилась, и увидела, что он крепко зажмурился. На магическом плане вокруг почему-то собрались зеленоватые всполохи.
— Что происходит?! — запаниковала я, готовая в любой момент разорвать эти странные магические волокна, но пока не торопилась, чувствуя, что они — не зло, не пытаются навредить.
— Не знаю, кажется, что-то в глаз попало, — он кое-как раскрыл глаза.
— У тебя глаза позеленели! — ахнула я.
— Что?!
Все люди были подняты на уши, чтобы скорее найти зеркало. Почему-то Ярис был крайне напряжен, пока не получил его и не смог увидеть свой обновленный облик. Я не отходила от него, пытаясь понять, чего он так боится.
— Отец умер... — выдохнул он, едва увидев себя в отражении.
— Что?..
— Отец умер, — он перевел взгляд на меня. — И назвал меня своим магическим приемником.
Только тут я поняла, что глаза Яриса теперь выглядят точно так, как у Халифа. Так древняя магия дриадских артефактов отмечала правителя этих земель.