Русалка в академии

— Конечно, через ноги провел, что довольно безопасно, а Ларифу засунуть собираешься в грудь! — не отставал Териф.
— Дьявол! Мы не можем засунуть антимагию сейчас Ярису в грудь — он же ее и держит, и Ларифа обездвиживает. Всю работу нужно будет начинать с начала! Успокойся уже и дай нам спасти своего брата!
— Тогда сперва испытайте это на мне!
— То есть вместо того, чтобы рисковать жизнью и здоровьем одного больного брата ты предлагаешь рискнуть здоровьем двоих?! — возмутилась я. — Лариф нуждается в лечении, только этим продиктованы все наши действия, а ты — нет. Нет смысла рисковать еще и тобой.
— Тогда я не позволю вам ничего сделать! — воскликнул мальчишка, и вдруг окружил себя вместе с братом каким-то щитом, который так ярко светился в магическом спектре, что невозможно было смотреть, чтобы не ослепнуть.
— Териф, прекрати! Ты действуешь неразумно, — попытался убедить его Ярис.
— Надо снять это дурацкое заклятье антимагической ячейкой, — буркнула я, прикрывая глаза от ярчайшего света, не решаясь, впрочем, действовать сама.
— Я не могу, я не вижу, что делаю, вдруг я им поврежу?! — растерянно пробормотал Ярис. Действительно, это было весьма вероятно, учитывая маленький размер щита. Было непонятно, где находится Териф. Если просто послать антимагическую ячейку в щит, вполне возможно, что он коснется мальчишки и его магических нитей. Мало того, что это больно, так может быть еще и опасно, так и магии можно лишиться.
— Дьявол!
В реальном бою, конечно, такая защита не способна была ровным счетом ни на что, ни от чего не защищала, но мы-то не хотели повредить тем, кто находится внутри. Яркий свет мешал на всех уровнях восприятия, не позволяя ни сосредоточиться на водных течениях в их телах, ни на их магических потоках.
— Вообще-то, магия света — это высший уровень магии огня, — уважительно добавил Ярис.
— Я, конечно, понимаю, что ты гордишься братом, но давай сперва решим проблему, а потом уже ты выразишь ему свое одобрение.
 
Глава 94
— Так что, есть идеи? — спросила у Яриса через некоторое время, щуря слезящиеся от нестерпимо яркого света глаза.
— Териф, прекрати! — крикнул он в очередной раз.
— И это все твои идеи?! — возмутилась я.
— Ну, надолго его энергии не хватит, скоро он погасит щит, — предположил Ярис.
— Ага, и заработает из-за своего упрямства магическое истощение. Будет у нас двое больных детей вместо одного. Чудесно! Я уже не говорю о том, что мы потеряем время, а значит и возможность спасти Ларифа от смерти!
— А ты что предлагаешь?! — не выдержал Ярис и впился в меня возмущенным взглядом.
— Ну, не знаю... ты же их брат, как оказалось, уговори его! — развела я руками.
Ярис ахнул:
— Так Териф тебе сказал...
— Не совсем мне... впрочем, сейчас и неважно. О, Стихии, что же делать... все шишки на голову твоей семейки сыпятся разом... я, кстати, не написала в записке, но вообще-то они прилетели, потому что твой отец заболел.
— Как? Что с ним?!
— Откуда мне знать! Я была слишком занята спасением Ларифа!
Ярис явно сильно разозлился: сжал кулаки, навис надо мною, поджав губы, но потом прикрыл глаза, глубоко дыша и заставляя себя успокоиться.
— Териф, прекрати эту истерику немедленно! — строго бросил он. — Ты думаешь, что спасаешь Лара, но на деле добиваешь его, оставляя без помощи.
— Лекарь напоил его зельями и сказал, что дальше нужно только ждать, что его организм справится с магическим истощением. И ему я верю больше, чем вашим безумным экспериментам!
— О, Стихии, этот лекарь ничего не понимает и не видит реальной картины! — возмутилась я. — Он просто признал, что более ни на что не способен, теперь жизнь Ларифа в наших руках. Я-то вижу, что случилось с его источниками и могу помочь.
Тишина была мне ответом. Я вновь покосилась на Яриса с надеждой, что у него есть какие-то аргументы, которых нет у меня. Он же с такой же надеждой смотрел на меня. Черт!
— Ладно, ты победил! — крикнула я. — Я согласна провести эксперимент на тебе, прежде чем приступать к лечению Ларифа!
— Ты с ума сошла?! — ахнул Ярис.
— У нас все равно нет выбора!
— Если вы думаете, что я сниму защиту, поверив вам на слово, то вы ошибаетесь, — послышался дрожащий голос из-за щита. — Я не наивный дурак!
Черт, а я-то на это и понадеялась.
Вновь покосилась на Яриса... нет, нет у него никаких идей.
— Я готова поклясться, что сделаю это! — крикнула в отчаянье.
— Хорошо... клянись!
— Обещаю, что проведу эксперимент на тебе, прежде чем притронуться к Ларифу!
— Нет уж! Магией клянись. Я знаю, что ты умеешь, я видел след клятвы на Ярисе!
— Откуда ты знаешь, что это такое было?! — удивилась я.
— Мы с Ларифом видели магическое влияние и рисунок на руке, а потом нашли его в старых книгах во дворце. Так что клянись магией!
Я покосилась на Яриса:
— Какая у вас во дворце хорошая библиотека, однако.
— Арина, ты не можешь.
— Есть идеи получше?
Он промолчал.
Выдохнув, я задрала рукав и царапнула себя когтем по середине предплечья:
— Я клянусь своей кровью, что не приступлю к лечению Ларифа, пока не проверю действие антимагической сети на теле Терифа, если он так же поклянется после этого не мешать лечению, каким бы оно ни было...
Пауза.
— Клянусь, — послышалось из-за светового щита, сверкнула голубым магия воды, связывая нас обоих обязательством.
Щит исчез, и я увидела стоящего на коленях над телом Ларифа Терифа. Он выглядел истощенным и бледным, вокруг глаз за каких-то десять-пятнадцать минут появились темные круги, он тяжело опирался на руки. Я глянула на его источники и с трудом сдержала ругательства:
— Больше не магичь, твой огненный источник на грани, — перевела взгляд на Яриса. — Ты, вроде, брал у лекаря какие-то укрепляющие настойки?
— Да, сейчас, — он зарылся в сумку.
— Нет, не надо, я в порядке, это для Ларифа, — попытался отбрыкаться Териф.
— Или ты пьешь, или я не буду проводить эксперимент, а значит не смогу из-за клятвы оказать помощь твоему брату, — произнесла строго.
Териф перестал сопротивляться, и Ярис влил ему настойку в рот.
— Все, теперь освободи себя от клятвы, — велел Ярис. — Ты же можешь, ты же меня освободила!
Я нахмурилась, пытаясь сообразить, получится ли. Потянулась к магии, но почувствовала такое сопротивление, что сразу стало понятно: «не судьба».