Беззвездный Венец

Ступени начинались у скопления домов-валунов и поднимались по отвесной скале.
Шан подвела всех к арке из каменных блоков, обрамляющей начало ступеней. Две наклоненные ноги арки в полном равновесии опирались друг на друга, образуя остроконечный верх.
Шийя попыталась было идти дальше, но Райф остановил ее, прикоснувшись к руке. Бронзовая женщина повиновалась ему; а может быть, она поняла, что ей нужно собраться с силами перед тем, как начать долгий подъем.
Шан встала под аркой.
– Мы туда явно не пойдем, – наклонившись к Никс, снова выразил свое беспокойство Джейс.
Его слова не укрылись от Шан.
– Нет. – Пристально посмотрев прислужнику в лицо, старуха обвела взглядом остальных. – Подняться по этим священным ступеням – это верная смерть. Лишь те, кто обладает даром обуздывающего пения, могут надеяться на возвращение.
– Хвала Матери Снизу… – облегченно вздохнул Джейс.
Канте обрадовался не меньше его.
– В таком случае мы в ожидании можем устроиться здесь. И постараться подать сигнал «Пустельге». – Он снял с плеча лук. – Будем надеяться, что взгляды легиона по-прежнему прикованы к Торжищу и не обращаются в эту сторону.
Никс тронула принца за руку, предлагая помолчать.
– Кефра’кай помогут Шийе совершить последние шаги своего путешествия, – продолжала Шан. – Но среди вас есть трое, кто также может подняться наверх, кому, возможно, суждено пройти этот путь. Трое тех, кто обладает даром обуздывающего пения.
– Если Шийя идет туда, я иду вместе с ней! – решительно шагнул вперед Райф. – Не за тем я пересек половину Венца, чтобы бросить ее здесь. И, как вы сказали, во мне тоже звучит слабый шепот обуздывающего пения.
Шан с благодарностью склонила голову. Снова подняв взгляд, она посмотрела на Никс. Та ждала этого и тоже шагнула вперед.
Джейс и Канте дружно схватили ее за руки.
– Я тебя никуда не пущу! – Джейс крепче стиснул ей руку.
– Если по моей вине с тобой что-нибудь произойдет, один рыцарь снимет мне голову с плеч, – подхватил Канте. – А с меня и так уже довольно тех, кто желает моей смерти.
Но Никс не пришлось высвобождаться силой. Вероятно, почувствовав ее желание, Аамон приблизился к ним и оскалился. Принц и Джейс поспешно отпустили девушку.
Та коснулась их, молча выражая свою благодарность.
– Таков мой путь. И вы это понимаете.
По их лицам Никс поняла, что они скрепя сердце соглашаются с нею.
– В таком случае мы тоже пойдем! – решительно заявил Джейс, расправляя плечи. Он оглянулся на принца за поддержкой.
Никс покачала головой. Она полностью доверяла предостережению мудрой Шан.
– Этот путь не для вас.
– Тогда просто вернись! – взмолился Джейс. – Ты должна вернуться.
Вздохнув, Канте окинул взглядом каменные дома.
– Мы останемся ждать вас здесь. Может быть, пригласим одного рыцаря присоединиться к нам, пока вас не будет.
После того как этот вопрос был решен, Никс направилась к арке. Аамон затрусил следом за ней, с вызовом озираясь по сторонам.
Когда девушка присоединилась к Шийи и Райф, Шан одобрительно кивнула, после чего повернулась к оставшимся.
– Что же касается третьего…
Никс обвела взглядом маленькую группу. «У кого еще дар обуздывающего пения?»
Взгляд старухи остановился на том, о ком девушка не могла даже подумать.
Фрелль вздрогнул. Он был потрясен и расстроен, быть может, даже оскорблен.
– Я?
Шан продолжала молча смотреть на него.
– Невозможно! – презрительно фыркнул алхимик.
– Я слышу исходящие от тебя слабые гармонии, – заговорила Шан таким тоном, каким уговаривают маленького ребенка. – Возможно, ты стал глух к ним, придавая слишком большое значение тому, что здесь. – Прикоснувшись пальцами ко лбу, она затем приложила ладонь к груди. – Вместо того чтобы прислушиваться к тому, что спрятано здесь.
И все-таки Фрелль продолжал сомневаться.
Канте подтолкнул локтем своего бывшего наставника.
– Меня ты терпел. Уже одно это говорит о том, что сердце у тебя есть.
Не отрывая взгляда от алхимика, Шан подняла посох и провела пальцем по узору из раковин.
– Подумай вот о чем. Что впервые пробудило твой интерес к загадкам луны, изучение которых привело тебя к открытию о надвигающейся катастрофе?
– Чисто ученое любопытство, вот и все, – нахмурился Фрелль.
И все-таки от Никс не укрылись прозвучавшее в его голосе сомнение, появившаяся на лбу складка. Девушка поняла, что в настоящий момент алхимик заново переоценивает всю свою жизнь.
– Мне сказали, что ты провел много лет в Обители, – продолжала Шан. – Как и Никс. Под сенью Кулака, дома летучих мышей, будоражащих воздух своими предостережениями. Я считаю, что где-то глубоко внутри ты слышал их опасения. Впоследствии это привело тебя к изучению луны, к поиску ответов на ее тайны.
Широко раскрыв глаза, Фрель непроизвольно поднес руку к груди.
– Падение луны стремительно приближается. – Старуха повернулась к ступеням. – Все надежды на будущее лежат здесь.
Алхимик сделал шаг вперед, затем другой, не в силах устоять.
Никс окинула взглядом ступени, вспоминая свое видение огненной горной вершины, сталкивающихся друг с другом боевых машин, падающей на Урт луны. Полностью сосредоточенная в последние дни на том, как остаться в живых, девушка начисто забыла про главную угрозу, которая и привела всех сюда.
Положив руку на спину Аамона, Никс почувствовала беззвучное рычание, вибрирующее у него в груди. Столько крови было пролито ради того, чтобы она приблизилась к этим ступеням. У нее не было выбора: нужно было идти до конца.
«Если там, наверху, есть ответы, я должна их найти».
 
Глава 50
Канте провожал взглядом маленький отряд, поднимающийся по крутым ступеням, до тех пор пока путники один за другим не скрылись в низко нависших облаках.
Стоявший рядом с ним Джейс после ухода Никс весь сник.
– Как ты думаешь, что они надеются там найти? – пробормотал он.
Пратик, клашанский алхимик, высказал предположение.
– Говорят, там, наверху Саванов, есть круг древних камней. Северный монумент. Вероятно, именно от него и произошло название Далаледа, что на языке Древних означает «смертоносные камни».
– Да уж, это обнадеживает, – искоса бросил на него взгляд Канте.
– Я родился и вырос на островах Щиты, – побледнел Джейс. – У нас тоже есть каменный круг.