Мой любимый тренер

На следующее утро я захожу в спортзал с трепетом в сердце.
Я решила, что тренироваться вообще-то можно не только с личным тренером, тем более раз он уехал. За несколько занятий я уже успела запомнить, как нужно разминаться и с какими бубнами сплясать вокруг беговой дорожки, чтобы она включилась.
Но прежде чем идти в зал, подруливаю к администратору.
За стойкой ресепшен восседает бессменная Мария Ивановна, даже, кажется, в той самой вязаной кофте, которую я видела на ней во время первого визита сюда.
Ранним утром в тренажерке как обычно пусто, поэтому подхожу к ней не таясь, кладу на стол шоколадку.
— Здравствуйте, — привлекаю внимание улыбкой.
— Доброе утро, — говорит она вполне бодро и берет угощение. — Спасибо, сладкое я люблю.
Оно заметно по ее фигуре, впрочем, как и по моей.
— Подскажите, пожалуйста, — начинаю осторожно, — а Жоры действительно не будет неделю?
Она смотрит на меня несколько удивленно.
— Ну, вашего фитнес-тренера, — на всякий случай уточняю.
— Нашего фитнес-тренера? — она ведет седой бровью, явно не понимая, о чем я.
— Ну… Мужчина, с которым я обычно занималась, ваш тренер. Его полное имя Геворг, — догадываюсь, наконец, сказать.
И тут администратор будто что-то вспоминает, всплескивает руками:
— Ах, Жора, да-да, он наш фитнес-тренер, вы что-то хотели ему передать?
— Нет-нет, — машу рукой. Еще, чего доброго, доложит ему, что я тут разнюхиваю. — Просто хотела уточнить, какого числа он вернется из поездки. Он ведь уехал на конференцию по фитнесу, правильно?
Пожилая женщина пристально на меня смотрит.
— Раз Жора так сказал, значит, так оно и есть, — отвечает с самым серьезным видом.
Неужели администратор не в курсе, куда и зачем ездят тренеры? Такое вообще может быть?
— Так он вернется через неделю? — спрашиваю снова, хоть и понимаю, как глупо выгляжу.
— Непременно, — кивает она.
Ухожу несолоно хлебавши. Чувствую себя при этом распоследней дурищей.
Вроде бы администратор подтвердила слова Жоры, а вроде бы и нет.
С остервенением кручу педали велотренажера, выполняю зарядку, хожу на беговой дорожке. Эх, без Жоры тренировка не та.
Вконец расстроенная, иду в раздевалку переодеваться.
Решаю так — он мне позвонит, и я спрошу, что за конференция. Вот прям в наглую возьму и спрошу, а потом проверю в интернете.
Эх, дождаться бы звонка.
Неожиданно мобильный оживает. На экране отображается какой-то московский номер.
Может, Жора? Но зачем бы ему звонить с другого номера. А вдруг?
На всякий случай беру трубку, и мне в ухо звенит механический голос:
— Вы хотите сделать ремонт? Мы с радостью поможем вам…
Не слушаю дальше, сбрасываю звонок. Замучила эта реклама, просто ужас как надоела. Видно, некоторое время назад мой телефон попал в базу данных этих рекламщиков, и теперь мне день через день названивают с выгодными, в кавычках, предложениями.
Только хочу убрать мобильный, как он снова звонит. И опять московский номер, хоть и другой. Скидываю, зло нахмурившись. Нет, ну правда достали уже. Я тут, понимаешь ли, жду звонка от мужчины мечты, а они мне названивают со своими ценными предложениями. Шли бы лесом, честное слово.
Сегодня еду на работу злющая, как сто чертей.
Нет, все-таки Жоре надо было не в тренеры идти, а в повара — вон как ловко маринует меня ожиданием.
К обеду успеваю расстроиться окончательно. Видно, занят мой тренер, причем явно не мыслями обо мне.
— Инга, пойдем в кафе? — приглашает меня Светлана. — Ничто так не красит рабочий день, как вкусный ланч.
Хочу отказаться, но чувствую настойчивое бурчание желудка. И точно — забыла про завтрак. Слопаю-ка я цезарь.
— Пойдем, — киваю.
С нами собирается чуть ли не половина дружного бухгалтерского коллектива, в том числе вобла Верочка.
Видя это, подумываю о том, чтобы остаться в кабинете, но вот какое дело: в мечтах мой желудок уже вместил в себя порцию салата и запил клюквенным морсом.
На всякий случай проверяю телефон, но Жора продолжает молчать. С раздражением кидаю телефон в сумочку и иду с коллегами обедать.
Нам достается большой столик у самого окна. Делаем заказ, и я убегаю ненадолго в туалет.
Ставлю сумочку на умывальник, мою руки, неловко толкаю ридикюль локтем, и он летит на пол.
— Блин… — фырчу, нагибаясь.
Разумеется, из сумки как лягушки тут же выпрыгивают мои нехитрые пожитки: пудреница, салфетки, визитница, помада и прочее. Хорошо, хоть пол чистый. Пытаюсь все это быстро сложить обратно, и вдруг возле меня материализуются чьи-то ноги в синих брюках.
Я вскидываю голову и вижу воблу собственной персоной.
Она вдруг охает, нагибается, принимается мне помогать.
Прямо обалдеваю от такого выпада с ее стороны — во всех смыслах неожиданно.
— Все в порядке, ничего не разбила? — спрашивает Вера участливо, когда мы обе поднимаемся.
Выглядит при этом как-то странно. Доброжелательно, что ли? Где вобла и где слово «доброжелательно»?
— В порядке, — бурчу, снова ставя сумку на раковину.
А даже разбей я что-то, она лишь порадовалась бы, разве нет?
И тут Вера заявляет:
— Инга, может, хватит уже смотреть на меня волком? Коллектив и так на меня косится, а я ведь ничего плохого тебе не желаю. Орест Всеволодович тоже беспокоится о том, чтобы наш отдел был дружной семьей. Давай жить в мире.
Наверное, мое лицо слишком сильно вытягивается, что и неудивительно после такой-то речи, поскольку Вера спешит продолжить:
— Я хочу спокойно работать. — А потом она добивает меня следующим аргументом: — В самом деле, что нам с тобой делить?
И правда, делить нам нечего.
Не станем же мы пилить Виктора напополам, он для этого малость худоват, толку будет чуть. К тому же после всего он мне даром не сдался ни в распиленном состоянии, ни в целом. А вот мир в коллективе — это да. Это вещь нужная. Хотя бы на людях, если не в душе, я бы хотела доброго к себе отношения.
— Вера, я против тебя ничего не имею, — пожимаю плечами. — Гадить втихушку — это вообще не мое, я за спокойствие и мир. Если ты прекратишь язвить в мою сторону, от меня проблем уж точно не будет.
— Отлично, — улыбается она, как мне кажется, искренне. — Тогда договорились.
Она протягивает мне руку, и я ее пожимаю.
Иду в зал кафе, а Вера остается в туалете. Присоединяется к нам спустя пять минут.