Успех или борода

Губы Эшли тронула мягкая теплая улыбка, а взгляд стал далеким.
– Да, он целый час может рассказывать про медвежат, которых заметил в прерии, но даже не пошел бы взглянуть, если бы у него на заднем дворе снимали фильм.
– Как интересно, – поддакнул Хэнк с каменной мордой.
Хотя я считал Дрю своим другом, но на Хэнка я тоже особо сердиться не мог. Половина мужского населения Грин-Вэллей волочилась за моей сестрой – так же как половина горожанок мечтала о моем братце Билли. Ревность Хэнка просто умиляла.
– Обещали уложиться в три месяца. Массовку из местных будут набирать в следующую пятницу, – между делом заметил шериф так, словно происходящее его озадачивало и он не вполне понимал, что в этой ситуации делать.
– А звезды приедут? – не утерпела Эшли. Я подумал, что этот вопрос в ближайшие дни взбудоражит весь Грин-Вэллей.
– По-моему, нет, – пожал плечами шериф. – Но я в этом не разбираюсь – не люблю современные фильмы. Кинематограф уже не тот, что раньше.
– Том Лоу будет. – Хэнк уставился куда-то мимо меня, вспоминая. – Ион Уилл, Кен Хесс, Дженис Кеннер и Сиенна Диас, больше никого не помню.
– Ого! – выдохнула Эшли. Глаза у нее стали круглые, рот приоткрылся. – Сиенна Диас? И Том Лоу? Вот же елки-палки, лес густой!
Хэнк, не удержавшись от улыбки, переспросил:
– Почему густой?
– Потому что ходит дядька холостой, – отрезала Эшли. От волнения ничего поумнее ей в голову не пришло.
– А что, это какие-то знаменитости? – спросил я, поглядывая то на сестру, то на Хэнка, то на шерифа. Шериф Джеймс ничем помочь не смог.
– Сиенна Диас в прошлом году получила «Оскар». Первая латиноамериканка, признанная лучшей актрисой, и всего четвертая, которую номинировали за всю историю, да еще за комедийную роль, что вообще неслыханно. Фильмы с ее участием мгновенно становятся хитами!
– А кто тогда Том Лоу? – поинтересовался я. Сиенну Диас я в упор не знал.
– А это ее бывший бойфренд, у которого карьера пошла на убыль, когда они с Сиенной расстались.
Я прищурился на Эш:
– Откуда ты все это знаешь?
Сестра пожала плечами и сморщила нос, будто это я какой-то странный:
– Об этом все знают, кроме рейнджеров национального парка, которые не смотрят телевизор.
– Она права, – кивнул Хэнк. – Я тоже знаю.
– Ну а я не знаю, – отрезал шериф, бросив на меня сочувственный взгляд. – Ладно, короче, эта орава нагрянет к нам на следующей неделе. Нужно предупредить Дейзи: киношники наверняка захотят ее пончиков и пирожков.
Я указал на Дейзи Пейтон, стоявшую в конце барной стойки:
– Вон она, отдыхает после трудной недели.
– Спасибо, сынок. – Будучи человеком немногословным и сдержанным в чувствах, шериф Джеймс сверкнул нам с Эшли дежурной улыбкой и двинулся в указанном направлении.
Я посмотрел ему вслед и нечаянно встретился взглядом с какой-то женщиной, после чего сразу уставился на Эшли и повернулся так, чтобы оказаться спиной к тому взгляду.
– Ну и ну, – с притворным огорчением вздохнула Эшли. – Джетро, ты так ничего и не понял? Клет не приглашал твоих бывших!
У меня приоткрылся рот. Я в упор уставился на сестру:
– Ты серьезно?
Хэнк старался не очень заметно ржать, прикрыв рот рукой.
– Тебя развели, а ты и повелся! Клет нарочно тебе наплел, будто пригласил близняшек Таннер. Не переживай, их здесь нет. – Эшли легонько ущипнула меня за щеку: – Мой старший брат, до смерти боящийся женщин!
– Не всех, – уточнил я, – а только брошенных.
– Ты и в последнее время кого-нибудь бросал? – подколол Хэнк, явно забавляясь моим смущением.
– Нет, последние пять лет как-то обхожусь без этого.
– Может, просто не заметил? – засмеялась Эш.
Я снова нахмурился, чувствуя, как в груди закипает раздражение на сестру и приятеля:
– Вы из меня негодяя-то не делайте.
– Раньше-то ты всякое вытворял, – пожал плечами Хэнк. – Однако возражать не стану – ты изменился. По крайней мере, нарочно гадить перестал.
Не успел я взвиться от последнего комментария, как Эш проговорила мягко:
– Ты же не можешь уменьшить свое обаяние.
– Я никого не охмуряю, а всего лишь веду себя дружелюбно. В этом нет ничего предосудительного.
– Ты прирожденный флиртун и охмуряла, вот ты кто, – сухо сказал Хэнк и отпил пива. – Вы с Бо унаследовали эту черту от вашего папаши, и состязаться с вами – дохлый номер.
Раньше, когда мне говорили, что у меня есть что-то общее с моим отцом, я надувался от гордости, а теперь во мне возникло опустошение. У меня шевельнулось подозрение, что Хэнк говорит о каком-то конкретном эпизоде с участием Бо, потому что Бо у нас точно не хранил целибат.
Я решил не сыпать ему соль на раны и сменить тему. К тому же мне по-прежнему не терпелось узнать что-нибудь о Саре.
– Кстати, Хэнк, сегодня на Мотыльковой просеке я наткнулся на твою гостью.
Он вытаращил глаза, но через секунду прищурился:
– Какую мою гостью?
– Ну, Сару.
– Сару… – недоуменно повторил он.
– Она сказала, что будет жить в твоем доме на озере. Вы с ней вместе в колледже учились.
Видно было, что Хэнк понял, о ком идет речь, но взгляд его оставался подозрительным.
– Значит, ты просто… наткнулся на нее?
– Да, она заблудилась, и я отвез ее к твоему дому.
– Хм… – Он снова отпил пива, загадочно глядя на меня.
Я хотел спросить, кто же эта леди, но то, как на меня смотрел Хэнк, подсказывало: чем больше я стану расспрашивать, тем меньше он расскажет.
– Короче, я хотел тебе сказать, что я ее проводил до крыльца, а по дороге сюда позвонил Дуэйну, чтобы ее арендованную тачку тоже доставили на Бандитское озеро.
К моему раздражению, Хэнк коротко сказал «спасибо», подтвердив мою догадку, что он не собирается делиться информацией.
От этого я здорово огорчился, но замаскировал огорчение улыбкой.
– Всегда пожалуйста, – отозвался я и предложил Эш согнутую руку. Раз из Хэнка ничего не вытянуть, то и ему нечего глядеть на мою сестру. – Все еще хочешь «Маргариту»?
Сестрица положила пальчики на мой локоть и кивнула:
– Конечно.
С подчеркнутой вежливостью я увел сестру от Хэнка, по пути к бару приветствуя всех, кто нам попадался, с демонстративной любезностью. Но мысли мои пребывали в легком беспорядке. Сару я явно заинтересовал – в этом можно было почти не сомневаться, но я уже настолько успел отвыкнуть от общения с женским полом, что мог и ошибиться. Может, это был просто невинный флирт. Может, я принял ее природное обаяние за интерес. В любом случае, пора, пора мне возвращаться в игру.