Правда или борода

– Сейчас, посреди ночи? В доме моих родителей? Ты не забыл, что у меня отец шериф?
– Не забыл.
– И какой же у тебя план, Дуэйн? Неужели тебя привлекла идея тайком пробраться в дом человека, который профессионально подстреливает всяких тайных пробирал?
Я сжал губы, чтобы не рассмеяться, потому что Джесс говорила очень серьезно.
– Твоему папе не за стрельбу по людям деньги платят.
– Отчего же, это часть его служебных обязанностей!
Я проигнорировал это постороннее, но забавное утверждение и вернул разговор в прежнее русло:
– Дело в том, что я пришел без всяких планов. Ты, конечно, можешь закричать на весь дом, твой братец и отец ворвутся сюда с пистолетами и сперва начнут стрелять, а потом разбираться. Но мне очень нужно с тобой поговорить – не завтра, а сейчас, и я прошу тебя выслушать.
Джесс нахмурилась, не то стараясь сосредоточиться, не то колеблясь, не то сразу и то, и другое. Неожиданно у нее вырвалось:
– В День благодарения Тина показала мне входящий вызов от тебя на своем мобильном. Она намекала, что ты звонишь и пишешь ей, потому что все еще ее любишь.
– Я никогда ее не любил. Тина была… удобной, а еще она всегда была моей головной болью. Когда я узнал, что ты возвращаешься в Грин-Вэллей, сразу прекратил с ней встречаться и ни разу не вспомнил. Ты права, надо было это сделать давным-давно.
– Я тебе верю. В четверг я послала ее подальше, потому что доверяю тебе, – ответила Джесс, продолжая, впрочем, хмуриться. – Но я не понимаю, зачем ты ездил в «Розовый пони» в прошлую пятницу. Ты реально просил ее шпионить за «Призраками»?
Я замер:
– Когда ты об этом узнала?
– Когда мы с Клэр сидели в «Драконе» с ее папашей. Бритва сказал Репо, что вы с Бо приезжали к Тине в «Пони» и просили ее выведать какие-то байкерские тайны. Вообще-то я из-за нее туда поехала – она мне позвонила и притворилась, что у нее проблемы.
– Тина?!
– Да, сегодня днем, когда мы с Клэр были в магазине. Тина вела себя так, будто попала в беду, и умоляла забрать ее из «Дракона», но папаша Клэр объяснил, что это была ловушка. Тина меня подставила, чтобы ты приехал в бар.
Джесс заполнила и другие пропуски, сказав, что по дороге позвонила шерифу Джеймсу, а Клэр заехала домой за пистолетами. Отдельно Джессика упомянула, что Репо, судя по всему, не догадывался, что ее используют как наживку.
– Прости, – сказал я, качая головой, не добавив то, что крутилось на языке: «Если я еще раз увижу твою кузину, я ей шею сверну».
– За что?
– Что впутал тебя. Что подверг тебя риску.
– Не ты, а моя чертова кузина, – отмахнулась от извинений Джесс. – Но я бы хотела знать, из-за чего весь сыр-бор. Из вашего разговора я и половины не поняла. Какие тайники и наркотики?
Я помрачнел. Всего рассказать я не мог.
– Не хочешь говорить, – с горьким разочарованием упрекнула Джессика. – По-прежнему не доверяешь мне?
– Доверяю, конечно, но это не только моя тайна. «Железные призраки» шантажировали меня и Бо весь месяц, добиваясь, чтобы мы выполняли для них некую нелегальную работу. Мы тянули время, и я подумал – может, Тина поможет. На звонки и сообщения она не отвечала, пришлось ехать в «Розовый пони». Я попросил об услуге, и Тина согласилась.
– А чем вас шантажировали? – напряженно спросила Джесс.
Я провел рукой по волосам и почесал затылок, зная, что ей не понравится мой ответ:
– Я не могу сказать.
Она окаменела, глаза превратились в узкие щелочки недоверия, и я поспешил прибавить:
– Но это связано с Джетро. Мы с Бо ни сном ни духом, только Джетро.
– А, тогда понятно. Это имеет отношение к угнанным машинам?
– Не совсем. Если в двух словах, оказалось, что байкеры пытались нас шантажировать тем, что уже перестало быть противозаконным. Поэтому мы поехали на стрелку открыть им глаза и предложить идти на все четыре стороны.
– А Тина вас обманула.
Я кивнул.
– Я тебе никогда не лгал, Джесс. Тем более о том, как я… чего я хочу.
– Знаю, – тихо отозвалась она. – Я тебя знаю.
Мне так хотелось ее обнять, но Джесс стояла далеко.
Она оглядела комнату, глубоко вздохнула и подняла глаза:
– Спасибо, что пришел и все объяснил. Я… Спасибо.
Я кивнул, глядя на нее. Неуверенность комом встала в горле. Я не знал, что делать.
– Можешь выйти через дверь или слезть по елке, как хочешь. Папы дома нет. Джексон есть, но он не станет поднимать шум, раз ты уходишь. – Джесс опустила глаза, будто не в силах больше смотреть на меня.
Я не хотел уходить. Я хотел уничтожить разделявшее нас расстояние. У меня не было времени подготовиться, поэтому я стоял в темноте и глядел на Джесс, зная, что должен что-то сказать.
Наконец я сказал:
– Я не хочу тебя подводить. Я никого не хочу подводить. Я не хочу брать не спросившись или не заслужив того, что беру. Я должен нести ответственность – за себя, за свою семью – и не приму подачек или бесплатных поездок.
Джесс подняла глаза, в которых появилось удивление. Прерывающимся голосом она спросила:
– Так вот почему ты даже не стал слушать о том, чтобы поехать со мной? Но ведь все совсем не так! Это же я хочу путешествовать, так как бы я могла просить тебя платить за…
– Пожалуйста, дай мне договорить.
Джесс кивнула и замолчала, хотя я видел, что это давалось ей с трудом.
– Я хочу… – начал я, остановился и покачал головой, потому что «хочу» здесь не подходило. Я начал снова: – Я не могу не поехать с тобой. Я влюблен в тебя с того дня, как ты забросила мои трусы на дерево и расхохоталась над своей же проделкой. Хотя согласен, я заслужил. Ты права, я начал ухаживать за тобой на первом свидании, чтобы все было правильно. Пытался делать все как положено. Но мой план никогда бы не сработал, потому что я не принял в расчет твоей мечты.
– Дуэйн…
– Тогда я придумал другой план. Мне казалось, если расписать, как и сколько мы будем вместе, то потом я смогу уйти, не рискуя ничем, без чего не смогу жить. Но ты снова оказалась права – я даже наполовину не вложился в сделку. Я все время искал причину уйти, потому что каждое мгновение, которое мы с тобой делили, было лучше предыдущего.
Джессика шагнула вперед, будто ей хотелось кинуться мне на шею, но остановилась:
– Нам необязательно все заканчивать. Конечно, я поступила эгоистично, предложив тебе уехать со мной, ведь у тебя здесь все…
Не выдержав пытки расстоянием, я подошел к ней.
– Однако ты предложила, чему я очень рад – сам бы я в жизни не попросил. Ни тебя остаться, ни мне поехать с тобой. Но раз ты предложила…