Правда или борода
Дуэйн часто заморгал, будто очнувшись от транса, и добавил:
– Все же я предпочитаю опыт из первых рук. Чтобы жить, работать, видеть все самому.
Я закивала, когда он еще не договорил, и подхватила:
– Вот именно! Я тебя очень хорошо понимаю. У меня порой портится настроение, когда я читаю блоги путешественников. Я тоже хочу побывать во всех этих странах, а не читать о чужих впечатлениях!
Дуэйн кивнул, якобы и вправду разделяя эту точку зрения, но тут же огорошил вопросом:
– И что ты успела?
– В смысле?
– Ну, какие приключения за твоей спиной? То, что мы вытворяли подростками, не считается.
Теперь уже я села поудобнее. Дуэйн сделал движение, будто собирался убрать свою руку, и я поспешила покрепче прижать ее к колену.
В конце концов я признала горькую правду.
– Я строила планы и готовилась, но, честно говоря, ничего особо интересного пока не совершила. – Я грустно вздохнула. – Никаких увлекательных поездок и грандиозных приключений.
Дуэйн, не отрывая взгляд от дороги, чуть наклонил голову в мою сторону и погладил большим пальцем мою коленку, обдумывая услышанное. Задумчивость у него перешла в хмурость.
– За приключениями необязательно куда-то ехать, их и здесь полно.
Я досадливо цокнула языком:
– Ты же меня понял!
– Ну, с одной стороны, да, а с другой, вроде и нет. Я просто говорю, если не можешь найти приключения вокруг, почему думаешь, что сможешь найти их в другом месте?
Ответ казался очевидным, но я ответила:
– Потому что это однозначно будет что-то новое. Здесь я уже все сделала и повидала.
– Ну-ка, просвети меня: что интересного в Грин-Вэллей, штат Теннесси?
Я приняла его вопрос за сарказм и засмеялась:
– Да ничего!
– Ответ неверный.
Я презрительно фыркнула:
– Три ресторана, три бара, поле Купера и музыкальные вечера по пятницам – вот и все, что может предложить Грин-Вэллей.
– Ответ неверный, – повторил Дуэйн, и на этот раз уголки его рта поползли вверх.
– Вот же вредина! Что я не назвала?
– Походы, рыбная ловля, байдарки, кемпинг…
– Даже не начинай! Окрестные горы мы облазили еще в детстве. Ты же сказал, подростковые выходки не считаются!
Дуэйн поколебался, а затем сказал:
– Прыжки с тарзанки.
Я чуть не поперхнулась.
– С тарзанки? Ты прыгал с тарзанки?!
– Прыгал… Скайдайвинг.
– Елки-палки! Где, когда?!
– Я тебя отвезу.
Грудь стеснила приличная доза страха:
– Спасибо, не надо, я обойдусь.
– Ты же говорила, что хочешь приключений!
– Приключений, а не самоубийства!
– Скайдайвинг не настолько опасный, – засмеялся Дуэйн.
– Сказал сорвиголова Дуэйн Уинстон.
– Значит, когда ты говорила, что хочешь уехать и бродить по белу свету, тебя интересовали только приятные безопасные приключения? – Дуэйн разочарованно поморщился. – Это не жизнь, а скукотища.
Я заерзала на сиденье и буркнула:
– Нет.
– Да! – возразил он.
Во мне поднялось раздражение, от которого запылали щеки, и я с негодованием уставилась на Дуэйна:
– Если я не хочу прыгать с парашютом и разбиваться о землю в лепешку, это не значит, что мои приключения будут пресными!
– Не обязательно самой прыгать – я подтолкну, если что. – Дуэйн покосился на меня, скалясь, и подмигнул.
У меня из горла вырвался сдавленный недоверчивый писк, но несмотря на гнев, я начала смеяться, потому что выражение лица Дуэйна было восхитительным, волнующе лукавым. Вскоре он уже хохотал над моим возмущением.
Смеясь, я потянулась и сжала его ногу.
– Не хочу вас утруждать…
Он поймал меня за руку.
– Что вы, что вы… Всегда к твоим услугам, если тебя нужно будет сбросить с самолета.
– Или с моста.
– Или с пристани.
– Или с корабля.
– Или с корабля. С удовольствием сброшу тебя откуда хочешь! – Дуэйн остановился на светофоре и посмотрел на меня, такой счастливый, и стиснул мою руку. Улыбка у него была ослепительная, и я почувствовала, как губы у меня широко разъехались против воли.
Господи, как же мне нравится, когда он улыбается! Мне показалось, что я наконец-то вижу настоящего Дуэйна Уинстона, который раскрывается лишь перед избранными и достойными, и я влюбилась еще больше. Мне нравилось тонуть в этой влюбленности, нравились восторг и неизбежность, нравилась замечательная цельность Дуэйна.
– А я отвечу взаимностью, – тихо сказала я, забыв обо всем от близости Дуэйна, от искреннего тепла и симпатии, которую он и не думал скрывать. – Только скажи, если тебя нужно будет откуда-нибудь столкнуть.
Он тяжело вздохнул, взглядом лаская мое лицо, и отозвался почти шепотом:
– Мама однажды сказала: человека необязательно подталкивать, чтобы он влюбился. Тебе не понадобится прикладывать особых усилий, Джессика.
* * *
Следующий час беседа текла самым непринужденным образом: Дуэйн рассказывал истории о своих клиентах-оригиналах и предлагал угадать, правду он говорит или придумывает. Самые невероятные байки оказывались правдой, из-за чего пошатнулась моя вера в человечество: я убедилась, что у половины населения страны коэффициент интеллекта меньше ста.
Мы приехали. Я посмотрела по сторонам и ахнула:
– Каньон?! Ты привез меня на драг-рейсинг?
Не подумайте, я не жаловалась. Просто удивилась и слегка занервничала.
Дуэйн кивнул, въехав на свободное место ближе ко входу. Там было подозрительно пусто, словно это было его личное место, хотя я не увидела никаких надписей или указателей.
Дуэйн заглушил мотор:
– Да. Посмотрим гонки, а еще здесь хорошо кормят. В перерывах сможем поговорить. Ты только держись поближе, народу будет много.
Обойдя машину, Дуэйн открыл мою дверцу и подал мне руку. Мы пошли к ближайшему из трех больших костров. Я вообще не хожу за ручку, но руки Дуэйна мне очень нравились – большие, шершавые, и от этого прикосновения на душе становилось тепло и хорошо.
– Ты есть хочешь? Тут есть из чего выбрать. Чили, ребрышки на гриле, кукурузный хлеб, капустный салат – правда, чуть хуже, чем в городском клубе.
Я отметила, с какой ностальгией он упомянул капустный салат, и решила выведать рецепт у Джулианны Макинтайр.