Правда или борода

– Она сама назначила такой фант – чтобы я ее поцеловал!
Я сжала губы, ощутив прилив раздражения.
– Но ты ее поцеловал, а она твоя бывшая девушка.
– Она никогда не была моей девушкой!
Мне не хотелось цепляться к словам.
– О’кей, ты встречался с Тиной, еще когда я в колледж не уехала, но твоей девушкой она не была. Так что там насчет Тины?
После паузы Дуэйн выдавил:
– Ты помнишь, с кем я встречался до того, как ты уехала в колледж?
Я процедила сквозь зубы:
– Дуэйн, ты начал что-то говорить о Тине.
Он с явным усилием собрался с мыслями.
– Тина… – Он кивнул и сделал еще шаг, нарушив мое личное пространство. – Когда я ее целовал, это ничего не значило.
– А мне вот иначе показалось.
– Нет. С ней – нет. Но с тобой… В городском клубе я сказал правду – я всегда тебя хотел. Извини, что я скрыл, кто я, но… – Его голос стал более хриплым, и Дуэйн закончил свое мучительное признание: – Я бы очень хотел, чтобы мы еще раз так встретились.
    
Глава 5
Каждый мечтатель знает, что можно испытывать ностальгию по месту, где ты никогда не был, и она может быть сильнее, чем по знакомым местам.
Джудит Турман
~ Джессика ~
Я никак не могла сосредоточиться.
Даже «Путешествия по Европе» Рика Стивса я смотрела рассеянно.
И в этом был виноват Дуэйн. Его слова, губы, руки, глаза – и его член…
Член у него замечательный – по крайней мере по сравнению с другими знакомыми мне членами: толстый, длинный, гладкий и твердый как камень. Я не поглядела на него за кулисами или когда Дуэйн подбил меня на плавание в ледяной воде, однако я с удивительной ясностью помню, каконвыглядел, когда мы были совсем детьми и Дуэйн обнаженным бежал за мной по лесу. А еще до этого был случай, когда мы целой компанией плескались голые в водопаде возле Бёрджеса. Я еще отметила про себя, что у Дуэйнаонобрезанный – в восьмом классе у нас был «урок здоровья», он же «половое воспитание».
Я не ожидала, что зациклюсь на обрезанном пенисе Дуэйна, однако, сидя за столом в классе и проверяя внеплановые контрольные, я не могла забыть чудесный предмет в моей руке…
И меня сразу накрыло жаркой волной желания.
Как я попала в это чистилище? Да, я истекала слюной при воспоминании о его сексуальной притягательности, но дело не только в этом. Далеко не только в этом. И это «далеко» лишило меня покоя. От признания Дуэйна, что наша встреча за кулисами городского клуба была тем, чего он давно хотел, и он мечтает о повторении, я растеряла остаток разума.
Мы знакомы с самого детства. Я знала о нем все – вернее, думала, что все.
Его откровенность стала громом среди ясного неба – все равно как если бы мой кот Сэр Эдмунд Хиллари, названный в честь первого покорителя Эвереста, признался, что умеет разговаривать и сейчас вылижет меня, как котенка. В лучшем случае Сэр Хиллари милостиво позволял мне существовать, а в худшем замышлял покушение на мою жизнь. Этот наглейший трехцветный психопат постоянно перетаскивал свой лоток от унитаза к душевой кабинке, причем только когда я принимала душ.
В общем, я решила, что проклята духом великого Дж. Р. Р. Толкина за кощунственный костюм сексуального Гэндальфа и поэтому не могу перестать думать об определенных частях тела Дуэйна Уинстона и его обескураживающей гипотезе, что мы подходим друг другу.
Пять дней спустя после насыщенного невероятными событиями вечера Хеллоуина я все еще избегала Дуэйна. Что я ему скажу? Что тут вообще можно было сказать?
Привет, Дуэйн, я не разобралась, нравишься ты мне или нет, ты меня вконец запутал, но я не против купить тебе кусок пирога, чтобы мы могли поспорить о цвете неба. Давай-ка определимся со временем.
Или, может, так:
Привет, Дуэйн, я тут растеряла последние остатки разума и уважения к себе, потому что, хотя ты и целовал у всех на глазах мою кузину – сексуальную стриптизершу, с которой у тебя типа все, я не сочла это ненормальным, гадким или неуважительным. Давай, что ли, сходим поедим мороженого. Заодно я погляжу, как ты лижешь свой рожок.
Видимо, решив добить меня окончательно, Тина вцепилась в меня, как клещ в «Ореховом домике Дейзи», куда мы с папой зашли позавтракать после воскресной проповеди. Кузина держалась чересчур дружелюбно: ей прямо-таки не терпелось возобновить общение, куда-нибудь вместе сходить и заняться всякими милыми пустяками.
Мы почти не разговаривали лет с тринадцати: в старших классах я была недостаточно крутой, чтобы с ней дружить, а с тех пор, как я поступила в колледж, а Тина – в стриптизерши, мы встречались лишь на больших семейных праздниках.
А сейчас ей вдруг приспичило общаться.
Как раз когда меня одолевали мысли о ее бывшем бойфренде.
– Ну что, расскажешь наконец, что произошло, когда ты удалилась с одним из близнецов Уинстонов?
Я не подняла взгляда, хотя Клэр Макклюр меня немного напугала. Судя по голосу, она остановилась в дверях класса.
– И давно ты здесь стоишь?
– Ну, я успела понаблюдать, как ты несколько минут смотрела в пустоту, а потом издавала прикольные стоны, закрыв лицо руками. Я не вполне понимаю, что все это значит, но мне интересно.
Я покачала головой, глядя на Клэр сквозь растопыренные пальцы.
– Обрезанный пенис.
Приятно было видеть, как Клэр поперхнулась.
– Кто?! Что?
– Пенис, говорю, обрезанный, вот что. Пламенные взгляды, жгучие поцелуи, правда или действие, затем утверждение, что мы подходим друг другу, – это я еще не выяснила, купание голышом, взаимное растирание с целью согреться…
– Все-все, хватит, – Клэр выставила ладони вперед. – Такие разговоры не ведутся на работе.
– А что, они противоречат школьной политике?
– Нет, но пить на работе строго запрещено.
– Я не пила.
– Зато мне нужно бахнуть пару капель, если разговор зашел о братьях Уинстонах и обрезанные у них или нет.
Я уронила руки на стол и слабо улыбнулась.
– Ты же ходила в школу вместе с Билли и Клетусом! Билли на год старше, Клетус на класс младше?
Клэр кивнула и тихо добавила:
– Но общалась я больше с Джетро – они с Беном были лучшие друзья.
Я почувствовала, как тает моя улыбка, и поняла, что во взгляде наверняка проступила печаль. Клэр отвела глаза и кашлянула, и вид у нее стал устало-покорный и вместе с тем нетерпеливый.
– Бен шутил, что у него не хватает терпения выучить имена всех Уинстонов, поэтому звал их всех Джетро-младшими, – сказала Клэр, глядя себе под ноги, и коротко усмехнулась.