Непокорная для хулигана

– Эм-м… неловко получилось, – пробормотала я.
Громов попытался пересадить меня на стул, но я качнулась, потеряв равновесие, прижалась головой к его груди и…
– Стой! Стой, мать твою! Я зацепилась серёжкой! – Громов замер, я даже слышала, как тревожно забилось его сердце. – Давай медленно…
– Сколько проблем с тобой, Телепузик, – выдохнул парень, пытаясь мне помочь отцепить серьгу от его джемпера.
Звонок в домофон раздался как нельзя вовремя. Мы оба остановились и синхронно протянули:
– Чёрт…
Я запаниковала. Это точно брат явился. Не запылился, блин… не мог чуть позже приехать?
– Проще снять её, – рыкнула сквозь зубы и расстегнула замочек. Вытащила серьгу из уха и выпрямилась, облегчённо выдохнув.
Громов шустро пересадил меня на стул и бросился открывать дверь. А я растёрла лицо и поплелась в прихожую. Одеваться. Главное сейчас всё правильно объяснить Андрею и молить всех богов, чтобы он не рванул к Коршунову.
Дверь распахнулась внезапно. С грохотом ударилась об стену и отскочила. Брат ураганом ворвался в квартиру бывшего лучшего друга и снёс Громова ударом кулака…
Ошеломлённо замерла, выронив из рук куртку, а рот непроизвольно приоткрылся.
– Ты чего? – голос звучал поражённо и глухо.
Громов приподнялся на локтях и схватился за разбитый нос.
Андрей был в ярости.
– Не смей её трогать! Никогда не смей! Хочешь, отомстить, так мсти мне! Нужна Евсеева, так иди и забирай, теперь у тебя есть шанс. А её не трогай. Никогда… – произнёс убийственным тоном и взял меня за руку. – Пойдём…
– Э-э… – обескураженно протянула, вообще не находя слов, что сказать.
– Проваливайте, – устало вымолвил Громов и стал подниматься, капая кровью на пол.
Сердце болезненно защемило, схватила рюкзак и поплелась за братом на ватных ногах. В голове царила вакханалия. Что я сейчас только что увидела вообще?..
    
Глава восьмая
Двери лифта с шумом закрылись за спиной, заставив меня вздрогнуть и поднять на брата взгляд. Он прислонился к стенке и прикрыл глаза.
– Ты что наделал? – прошептала растерянно. – Зачем?
– Вась… давай не сейчас… – брат потёр лоб, неприязненно морщась.
Насупилась, медленно закипая от злости. До меня только сейчас стало доходить, что вообще произошло.
– Я хочу вернуться, – произнесла твёрдо. – Ты разбил ему нос! Ни за что!
– Как это ни за что? – угрожающе спокойно протянул он, внезапно нависнув надо мной и упёр руку в стенку поверх моей головы. – Ты поехала с Громовым по своей воле? Не отвечала на мои звонки тоже по своей воле? Откуда ты знаешь, что он ничего не планировал сделать?
Изумлённо моргнула и толкнула брата в грудь.
– Да он спас меня от Коршуна!.. и хотел поговорить с тобой об этом! Блин… – бессильно потопала на месте и выскочила в подъезд, когда лифт остановился. Андрей ловко поймал меня за руку и удержал.
– Коршун? Что он тебе сделал? – взгляд голубых глаз опасно потемнел. – Что ты ещё успела натворить?! – прорычал в лицо, схватив за плечи и хорошенько встряхнул.
– Да что с тобой?! – не выдержала, сбрасывая его руки. – С чего ты так вышел из себя, я не понимаю? Нам нужно вернуться и поговорить с Громовым, выработать план против Коршунова, чтобы тот больше не пытался добраться до тебя через меня.
– Я сам с ним встречусь, – сухо произнёс Андрей и направился на выход.
– Эй?! – сорвалась с места и побежала следом. – С кем с ним? С Коршуновым? Ты спятил?!
Мы вышли на улицу, но брат резко затормозил и развернулся ко мне. Черты его лица заострились от нешуточной злости,
– А что мне остаётся делать?! С твоим приездом всё стало сложно… – он испуганно осёкся и попытался опустить руки на мои плечи.
– Мне уехать? – поинтересовалась, дернувшись, ощущая, как начинаю дрожать от выброса адреналина в крови.
– Вася… я не то хотел сказать, я… – брат попытался обнять меня, но я оттолкнула его и направилась к нашей машине. Мне нужно просто выдохнуть, чёрт возьми…
– Стойте! – раздался крик за спиной. От дома к нам грозно направлялся Громов в одних джинсах и с голым торсом. Мои глаза от удивления расширились. – Прекратите сраться на улице, – прошипел грозно, приблизившись. – Никуда вы оба в таком состоянии не поедете. Ты и её угробить захотел? – процедил обвинительно, тыкая в Андрея пальцем. – Очнись уже, мы несём ответственность за тех, кто рядом с нами, – поморщился, видимо от боли в носу, шмыгнул и уже спокойнее добавил. – Сейчас мы поднимаемся ко мне, всё обсудим, вы успокаиваетесь и выметаетесь к себе. Ясно вам?
– Наверно, ты прав, – нехотя согласился Андрей, хотел взять меня за руку, но я закатила глаза и обошла его.
Не маленькая, чтоб за ручку ходить…
В глубине души я странным образом была даже рада вернуться в квартиру Громова и не обнаружить следы крови на полу. Видимо, он быстро всё подтёр.
Сняла обувь, повесила куртку и ломанулась в ванную. Стиральная машина тихо гудела, вращая барабан с вещами. Ясно куда его джемпер подевался.
Следом за мной зашёл брат. Прислонился к отделанному мозаикой боку мойки и склонил голову набок.
– А ты уже успела освоиться, да?
– Что за странные предъявы? – сунула руки под кран и блаженно улыбнулась, когда на них полилась тёплая вода. – Если ты хорошо помнишь, я никогда не стеснялась в гостях и везде чувствовала себя вполне, как дома.
Андрей отрывисто кивнул, сполоснул руки и вышел первым.
Громов прикрыл торс майкой, но ситуацию не спас. Через ткань просвечивали идеальные кубики пресса, которые я, при других обстоятельствах, с удовольствием пересчитала бы…
Забралась на стул, уперла локти в столешницу и уткнулась подбородком между раскрытых ладоней.
– Поесть бы… – протянула тяжко и жалобно посмотрела на Громова, очень надеясь на его гостеприимство.
Он усмехнулся и сел напротив нас с братом.
– Не думай, что после выходки твоего парня я буду вас кормить.
Звук закатывания моих глаз могли бы услышать на другом конце земли.
– Мы пришли не за этим, – холодно оборвал Андрей и стиснул челюсть так, что дрогнули желваки на скулах. – Что там с Коршуновым? – поинтересовался и взял меня за руку, несмотря на то, что я этой рукой держала голову. И как бы э-э… мы не в детском саду, чтобы за ручки держаться.
Но Андрей был непреклонен. Стиснул мою ладонь в своей, будто обозначая территорию.
Непроизвольно нервно усмехнулась и кашлянула.
– Ладно… – протянула неуверенно, бросив попытки вырвать руку. – Коршунова отстранили от участия в гонках, я не знаю причин, может, за неспортивное поведение, но, в общем, он почему-то винит тебя. Или просто нашёл повод зацепиться за то, что ты тогда в Лондоне обошёл его на финальном круге.