Пленники Аксиса

— Надо же, как трогательно! — фыркнула Хестия. — Только что-то не верится.
Захна, порывшись в потайном кармашке на поясе, вытащила и надела массивное серебристое кольцо с камнем и продемонстрировала его разбойнице так, будто это было оружием.
— Хм… Печатка Великого Дома Гракх? Говорят, самозванцам, посмевшим надеть её, отрубают кисти обеих рук. А за подделку — сразу голову.
— Так не надевай, — с легкой усмешкой отозвалась наложница и направилась прямо к караульному.
По пути она будто преобразилась — выпрямилась, гордо вскинув подбородок, взгляд стал спокойным и уверенным. В ней действительно чувствовался кокой-то внутренний стержень, благородство, просматривающееся даже сквозь потрепанный вид и простую, неброскую одежду.
Мы с Хестией переглянулись, и разбойница пожала плечами.
— А что, может сработать, — хмыкнула она. — Давай посмотрим.
Печатка произвела на молодого стражника странный эффект. Ему будто ядовитую змею под нос сунули.
— Пропусти! — твёрдо сказала Захна. — Здесь оставлен груз, принадлежащий моему мужу. Мне нужно проверить его.
Парень испуганно заозирался и, поправляя съезжающий на лоб шлем, неуверенно промямлил:
— Простите, мона, но это вам к старшему надо. Он выдаст разрешение…
— Так проведи меня к нему!
— Не положено! Я один, без напарника. Как же я пост покину?
— Тогда пропусти. Я сама найду твоего господина.
— Он… Сейчас тоже не на месте. А мне влетит, если я вас пущу. Да и вообще, чтобы груз забрать, вам нужно предъявить бумаги…
— Поверь, сладкий, тебя сейчас совсем не бумажки должны заботить, — насмешливо заметила Хестия. — Ты что, не видишь, что вокруг творится?
Стражник, пробежавшись взглядом по нашей троице, с тревогой обернулся в сторону крепостной стены. Оттуда доносился грохот выстрелов и ругань, перемежаемые короткими командными окриками офицеров. И с каждой минутой этот гвалт становился всё громче и неразборчивее. Иногда казалось, что битва идёт уже в самом замке, хотя это было невозможно — орда не могла преодолеть пропасть, служившую крепостным рвом. По крайней мере, так быстро.
— Мы не будем ничего выносить, — заверила его Захна. — Только проверим груз. Войдем и выйдем.
Это заметно успокоило охранника, но для виду он еще немного покочевряжился.
— Я-то, может, и пропущу. Но там внутри еще посты…
— Это уже не твои проблемы, — вмешался и я. — Не трать наше время, парень!
К счастью, синдромом вахтера стражник не страдал. Видно было, что он наоборот хочет от нас поскорее избавиться. Так что после недолгих колебаний он, наконец, посторонился, пропуская нас.
— Только без глупостей! На выходе вас проверят.
Тяжелая дверь скрипнула, пропуская нас внутрь, и тут же захлопнулась.
— Ага. Проверят, — пробормотала себе под нос Хестия, оглядываясь. — Посмотрю я на это. Я ведь всё правильно поняла, Ян? Ты говорил о том самом Звере? О Бешеном Гракхе?
— Не называй его так! — снова с акцентом прошипела Захна, сверкнув глазами. Они у неё в темноте заметно светились, будто у кошки.
— Не ссорьтесь, — буркнул я. — И — да, Хестия, ты всё правильно расслышала. Нам туда.
Я указал на проход, заканчивающийся спуском в подвальные этажи склада.
По сравнению с моим прошлым визитом охраны здесь почти не осталось. Ещё двое стражников попались нам на пути, когда мы спустились в подвал. Но и они пропустили нас, увидев печатку и узнав, что мы следуем к фургону Волкобоя. Уговаривать их пришлось даже меньше, чем часового снаружи. Они обмолвились, что охрана, выставленная работорговцем, на месте. И, похоже, они и сами побаивались этих головорезов. По крайней мере, сопроводить нас ни один не вызвался.
Пока всё складывалось удачно. К тому же, бронированный гроб на колесах, в котором заточён Гарримар, находится в отдельной секции склада. И даже если мы там затеем небольшую потасовку, есть шанс, что стража ничего не заметит. Ну, а если заметят… Тем хуже для них.
Удивительно, как быстро я привык к чужим смертям. И убийство уже не кажется чем-то чудовищным и непоправимым. Просто средство для достижения цели. Эта мысль неприятно кольнула меня, но я её тут же подавил. Для угрызений совести сейчас совершенно неподходящий момент.
Мы завернули в коридор, ведущий в нужную нам секцию, и, не сговариваясь, пригнулись, осторожно двигаясь вдоль стены. Здесь было довольно темно, хотя остальной склад был неплохо освещен. А из самой секции доносился подозрительный шум.
Амальгамные линзы вдруг выдали предупреждающий сигнал, подсветив мне в дополненной реальности опасные зоны в конце коридора. Длинные ветвистые щупальца, опутывающие весь проем.
Скверна?! Здесь?
— Оставайтесь тут, — шепнул я Хестии.
Разбойница, похоже, и сама уже разглядела чёрные плети. Выругавшись, она прижалась к стене, выхватывая из-за пояса клинок, кажущийся сейчас весьма жалким оружием. Впрочем, новорожденного гуля, может, и одолеет. А других тут быть не может — грибница совсем свежая, я ведь был тут несколько часов назад. Как она вообще успела тут появиться?
Губитель, оказавшись в моей руке, задрожал, будто потревоженная струна, тоже недвусмысленно реагируя на присутствие аномалии.
Я осторожно двинулся вдоль левой стены, боком, пригнувшись и прикрываясь щитом. На изнанку пока не нырял — хотел сначала осмотреть помещение обычным зрением, чтобы лучше ориентироваться. В самом конце коридора наткнулся на два трупа. Судя по экипировке, бойцы Волкобоя. Видимых повреждений не видно, но головы у обоих повернуты под неестественными углами. Кажется, им попросту свернули шеи — легко, походя, как котятам.
Остальные тоже были неподалеку от входа в зал — похоже, тут разразилась ожесточенная, но очень короткая схватка. Тела были разбросаны небрежно, будто сломанные куклы.
Центр грибницы скрывался где-то в дальнем углу зала, за штабелями ящиков — именно туда вели разрастающиеся во все стороны побеги, уже опутавшие часть потолка и стен. Возможно, я был неправ, и эта пакость зрела здесь довольно долго, но её не было заметно, пока не стало слишком поздно. Хотя… Вряд ли. Амальгама засекла бы присутствие Скверны, когда я был здесь в прошлый раз. Да и местная охрана не совсем уж идиоты, чтобы прозевать такое.
Похоже на какой-то аномально быстрый выброс. И я уже видел подобное…
Шум, который я расслышал еще из коридора, доносился из бронированного фургона. Двери его были раскрыты, и я мог разглядеть часть решетки внутри. Перед ней возились двое — один массивный, грузный, едва поворачивающийся в замкнутом пространстве. Второй по сравнению с ним — карикатурно мелкий, с неприятным скрипучим голосом.
Я беззвучно, одними губами, выругался.