Пленники Аксиса

— Ну, вы сами-то понимаете, где находитесь?
— Понятно, что это не Земля. Другая планета какая-то. И мы здесь пленники. Но что с нами будет дальше?
Я ответил, как есть, не пытаясь подсластить пилюлю. Времени на это не было, да и Шаль не кисейная барышня.
— Вы не просто пленники. Вы рабы. Вас выкупил один из местных крупных работорговцев. Теперь, как я понимаю, везёт в ближайший город. И судьба у вас соответствующая. Кого-то вон собираются в бойцовские ямы продать. Женщин — в бордели…
— Да, была и такая версия, — сокрушенно покачал головой Шаль. — Только верить в неё не очень хотелось. Ну, что ж… А этот тип с тобой что, один из покупателей?
— Нет.
— А кто?
— Тоже в двух словах не объяснишь. Но… Знаете, я ещё вернусь. Посмотрю, что можно сделать, чтобы освободить вас.
Обещание это зрело с самого начала разговора. Поначалу это были чистые эмоции, но я подтянул к этому решению и кое-какие разумные доводы. Например, то, что для моих экспериментов с амальгамой мне бы очень пригодились консультации человека с медицинским образованием. Да и вообще, один в поле не воин, и хотелось бы уже обзавестись союзниками, которые точно не связаны ни с Аксисом, ни со всякими потусторонними силами. И самое очевидное направление поисков таких союзников — это бывшие жители Земли.
Размышляя о своих стратегических целях, я даже подумывал о том, чтобы постепенно стягивать землян, объединять их, основав что-то вроде собственного Дома. Впрочем, и без этого пленники Аксиса из разных миров стараются держаться вместе, образуя диаспоры в каждом из анклавов, в которые их привозят. Это естественный процесс, когда ты попадаешь в чужую среду.
Об этом я узнал, расспрашивая Аму. Правда, узнал и о том, что арраны стараются бороться с этим явлением, и потому максимально рассеивают гелотов из каждой свежей партии, чтобы они не сбивались в большие сообщества.
— Освободить? — с лёгкой усмешкой спросил Шаль. — Всех нас? Тут вообще-то несколько сотен человек.
Я покачал головой.
— Всех — не обещаю. Я ж не волшебник. Но вот вас лично постараюсь вытащить. Услуга за услугу. Вы ведь меня выручили тогда…
— Ну, ты сравнил!
— Тем не менее, — твёрдо сказал я. — Обещаю.
Шаль озадаченно покачал головой.
— Ну, не знаю… Если думаешь организовать побег — то будет сложно. Я тут на особом счету. Видишь, вон тот тип с меня глаз не сводит.
— Почему?
— Из-за того, что я врач, видимо. Меня ещё в крепости заприметили, когда увидели, что я первую помощь оказывал нескольким бедолагам. Раненых много было. Кому раны обработать, кому вывих вправить. И отношение ко мне сразу установилось особое. Кормят лучше, оберегают. Так что, в целом-то, не бедствую.
— Но вы — раб, — жестко напомнил я. — Или, может, вас устраивает такая участь?
Он посмотрел на меня снизу вверх — внимательно, с прищуром.
— Конечно, нет. Просто… Ты мне ничего не должен. Так что не надо из-за меня рисковать. Этот тип, который здесь главный… Знаешь, с ним лучше не связываться. Тот ещё упырь. Тебе повезло, что его сейчас в лагере нет. Он свалил почти сразу, вместе со своим гробом на колесах.
— Каким ещё гробом?
— Отдельный такой фургон. Небольшой, но бронированный наглухо. Видимо, с очень ценным грузом. Что внутри — никто не видел, но охранялся он сильнее, чем все остальные, вместе взятые.
— И что внутри? Тоже рабы?
— Да кто ж его знает… — Шаль неопределённо пожал плечами. — Но что-то живое. Скорее даже монстр какой-то. Изнутри время от времени удары были слышны и рёв.
— Хм… Ладно, разберёмся. Но в одном вы правы. Побег — это плохая идея. Если кто-то в лагере думает об этом — вы лучше их отговорите. Пока бежать отсюда попросту некуда. Дикие места кругом, не выжить.
— Понял, — после заметной паузы кивнул он. — Ладно, тебе пора. У надзирателя вон терпение лопнуло.
Он, не прощаясь, развернулся и ушёл дальше под навес. Надзиратель, ошивающийся неподалёку, и правда направлялся прямиком в нашу сторону. Я, сделав вид, что не замечаю его, поспешил за Энки.
Но всё равно, конечно, я спалился. Надзиратель доложит хозяину, что кто-то посторонний разговаривал с его ценным рабом, причём на его языке. Подозрительно. Поэтому лучше встретиться с этим Волкобоем до того, как он вернётся в лагерь. И, например, попробовать выкупить у него Шаля.
Цену он, правда, наверняка заломит немалую, а денег у меня нет. Но это уже другой вопрос. Буду знать сумму — будет и ориентир.
— Нам пора, — негромко сказал я, догоняя Энки.
Тот, похоже, и сам уже заскучал изображать заинтересованного клиента. Да и лагерь они с сопровождающим обошли почти весь, и уже возвращались к воротам. Охранник с заметным облегчением спровадил нас и встал на прежнее место.
— Доволен? — спросил Энки, когда мы немного отошли от лагеря работорговца.
— А что, выгляжу довольным? — проворчал я. — Большинство моих соплеменников станет рабами у арранов. Я это, конечно, и так знал. Но лишний раз видеть это…
— И что в этом такого? — демон недоуменно взглянул на меня поверх очков. — Рабство — обычное дело для смертных. В любом из миров, в любую эпоху вы только и делаете, что бьётесь за власть друг над другом. А если не удаётся подчинить кого-то — то уничтожаете. Не думаю, что твой род в этом смысле сильно отличается от арранов.
— Да, да, — проворчал я. — Старая песня о том, что смертные по природе своей склонны к саморазрушению. Я это и сам понимаю. Но от этого не легче. Да и вообще, я не могу быть объективным в этом вопросе.
— Потому, что среди рабов оказался кто-то из твоих знакомых?
— В том числе. Да и вообще, выходцы с Земли — это моя последняя связь с родиной. Думаю, мы должны помогать друг другу.
Энки безразлично пожал плечами.
— Как скажешь. Мы ведь договорились — я буду помогать тебе в любых начинаниях. И какой у тебя план?
— Наведаться в замок и разыскать Айвра Волкобоя. Ты, когда болтал с его охранником, ничего интересного про хозяина не выведал?
— Разве что узнал происхождение его прозвища. Волкобой — это такая тяжелая плеть с грузиком на конце. В умелых руках может пробить череп, сломать конечность или снять лоскут кожи вместе с мясом.
— Дай-ка угадаю — а руки у этого Айвра очень даже умелые?
— Он бывший гладиатор. Завоевал свободу, став чемпионом на одной из арен Орхамаса.
— Так, возможно, он даже и родом не с Аксиса?
— Этого я не выяснил. Но даже если и так — что тебя удивляет? Из бывших рабов получаются самые жестокие хозяева.
— Да уж…
— И что, ты всё ещё хочешь познакомиться с этим славным парнем поближе?