Тень за моей спиной

Спустя некоторое время, машина останавливается около дома. Я продолжаю притворяться спящей, не открываю глаза и даже не шевелюсь. Что теперь?
Надеялась, что Кай оставит меня в машине ещё хоть на минуту, даст мне шанс… Но не тут-то было! Когда двигатель глохнет, следует пятисекундная тишина, а затем раздается голос Кая:
- Я знаю, что ты уже не спишь. Хватит притворяться!
Открываю глаза и смущенно выпрямляюсь в сидении автомобиля. На мужчину не смотрю, только перед собой. Разглядываю огромный дом в современном стиле, с большими панорамными окнами, в темно серых тонах. Снаружи ничего особенного или броского. Наверно это любимый стиль Кайсарова…
- Где мы? – решаюсь спросить, спустя некоторое время.
- Это мой старый коттедж, в котором я практически не бываю. Пребудешь здесь, пока я во всем не разберусь, - следует ответ. – Если выявиться что ты мне солгала – я тебя убью и закопаю прямо здесь на заднем дворе. Никто тебя не найдет… Хотя, уверен, искать тебя и так не будут! Кому ты нужна! Разве что тому уебку, ради которого ты так прогибалась… Но скорее всего он уже где-то в другой стране! - бросает с сарказмом покидая машину. Я молчу и не поднимаю взгляд. Ублюдок…
Кайсаров обходит машину, открывает дверь с моей стороны и, схватив за руку, грубо вытаскивает с машины. Я морщусь от боли, падаю на колени, но сразу быстро поднимаюсь обратно на ноги. Мужчина смотрит на меня недовольным взглядом.
- Ходить разучилась? Давай резче! – следует холодно. – Это не курорт, даже не надейся, - предупреждает.
Что ему от меня нужно? К чему все эти издевательства, грубость… Я же не сопротивляюсь, не язвлю, не перечу. И так сил нет. Все болит и ноет. Жить не хочется…
- А что ты хотел, после того как отдал своим людям на растерзание? – не сдерживаюсь. – Или думаешь, лицо – это единственное, куда мне досталось? Надеюсь, ты доволен!
Кай замирает, смотрит на мою рваную футболку так, будто через разорванные щели пытается разглядеть все ушибы. Взгляд задерживается на шее, и сразу же темнеет. Я сразу понимаю, что возможно там, он тоже увидел след… След от удушья.
- Что ещё? – спрашивает, причем совсем не ласково. Рычит.
- Только вот не надо сейчас этого всего, ладно! – бросаю смело. – Думаешь, я не понимаю, что это ты приказал на меня надавить, чтобы добиться нужного эффекта? А потом сыграл добродетеля, который наказывает своего человека за самоуправство…
- Мне похуй что ты там думаешь или понимаешь! – следует грубый ответ, а затем он дергает меня на себя и тянет в дом.
Около входа нас встречает женщина лет пятидесяти. Её голова низко опущена, взгляд в пол.
- Ярдан Данилович, рада приветствовать вас! Красная комната уже готова, - сразу отчитывается она. Меня передергивает от ужаса, который переполняет все мое нутро. Красная комната… Почему-то её упоминание вызывало у меня озноб. Мужчина толкает меня в руки этой женщины и приказывает:
- Приведи её в порядок, привяжи и закрой! Мне сюрпризы не нужны. Если она сделает что-то с собой, ответишь головой! – предупреждает, и женщина быстро кивает.
- Да, Ярдан Данилович!
После чего, она крепко обхватывает мое запястье и уводит вглубь просторного холла, к лестнице наверх. Я испуганно оглядываюсь вокруг, смотрю на Кая. Он провожает меня равнодушным взглядом, пока я не исчезаю с его поля зрения…
Жестокое, бесчувственное животное!
****
Елена – так звали женщину, которая работала горничной в доме Кайсарова. Она представилась, попросила не перечить ей, слушаться и выполнять то, что нужно, подкрепив это угрозой о жестоком наказании от Ярдана Даниловича. А потом, женщина больше ничего не говорила. Молчала. Даже не отвечала на мои, казалось бы, простые вопросы, такие как: «Сколько времени?» или «Где меня будут удерживать?». Единственное что вылетало из её уст, это короткие приказы, что и как мне делать. Например, когда мы пришли в огромную, шикарную ванную комнату, Елена наполнила ванну водой и невозмутимо бросила:
- Снимай лохмотья и полезай в воду!
Когда я замешкалась, потому что действительно не ожидала подобного поворота событий, она добавила:
- Если ты не будешь исполнять то, что я говорю, я позову сюда двух крепких парней, и они помогут тебе сделать это.
Я знала, что такой исход возможен. Не сомневалась…
«Это не курорт», - вспомнила слова Кая.
Всем своим видом, он ясно дал мне понять, что я его только раздражаю и жалеть меня здесь, не будут.
Я бы предпочла не мыться в доме врага и вообще, не мелькать перед глазами Кайсарова, а где-то тихо переждать тот момент пока он разберется с группировкой «Черного черепа», и отпустит меня. Но судя по всему что происходило, таких привилегий мне не дано.
Мне вообще было не понятно, зачем принимать ванну. Наверно слова Кайсарова: «приведи ее в порядок», Елена расценила по-своему. Потому что мужчина не отдавал приказ меня мыть, а только привязать и закрыть. И это успокаивало. Потому что в другом случае, подобное уточнение наводило бы на мысли о его интересе к моему телу. А я боялась этого до жути. Если Кайсаров ко мне прикоснется… Если он попытается взять силой… Я никогда этого не переживу.
Я сбрасываю с себя одежду, прикрываю одной рукой грудь, второй рукой интимное место между ног и перешагиваю через бортик, погружаясь в воду.
Лучше пускай Елена видит меня обнаженной, чем два амбала которых она без сомнения позовет. Как только погружаюсь в воду, Женщина склоняется, сгребает руками мои вещи и уносит прочь.
- Эй! – возразила я, но она проигнорировала мой протест.
Спустя несколько секунд, Елена вернулась с большим махровым полотенцем и приступила мыть меня… Мои волосы, тело… И не смотря на то что я возражала, пыталась воспротивится или отклонится от её рук, она все равно продолжала делать свое дело, пока полностью не выдраила меня, будто какую-то беспризорницу.
Спустя минут пятнадцать, она дала мне разрешение покинуть ванну. А затем, протянув полотенце, попросила укутаться в него и следовать за ней.
Я слушалась её, исполняла все приказы, потому что знала, что в подобных ситуациях, лучше не противится. Хотя, делала я это с трудом, от досады скрипя зубами. Мой характер совсем не включал в себя такое понятие как «подчинение кому-то», поэтому данная уступка была для меня невыносимо мучительной.
Елена выходит из ванной в коридор и ведет меня в самую последнюю комнату. В коридоре полумрак, разглядеть что-то нереально. Да я и не пыталась! Достопримечательности особняка и его обстановка, меня никак не интересовали. Единственное что меня волновало, это: куда меня ведут и что будет дальше? Женщина открывает дверь… Огромную массивную дверь и пропускает меня внутрь первой. Я делаю несмелый шаг и застываю около входа, оглядываясь вокруг.
В комнате горел тусклый свет, окон не было и никакой мебели, кроме кресла в центре. Слева находился огромный матрас и сложенная стопка: постельного белья, подушки и одеяла. Под потолком, около импровизированного ложа чернела достаточно толстая труба, которая полукругом была вмонтирована в стену. К ней крепились наручники, с длинной блестящей цепью… К которой скорее всего меня и прикуют.