Жнец Смерти

— Без понятия, не проверял, но лучше тебя точно никого нет.
С недоверием девушка всматривалась в мое лицо, а я между прочим правду говорю. В гареме эмира женщин с восточной внешностью замечено не было.
— Кирилл, я не верю…
Брачный ритуал в этом мире довольно сложен, но прочитав в паутине дикий коктейль из традиций разных народов выбрал самый простой, как мне показалось. Встав на колено, достал небольшой футляр с кольцом внутри.
— Будешь моей женой?
Выкупить драгоценности матери было трудно, но в некоторых вещах я становлюсь принципиален, а Фима и Антон, когда «хотят» работают по-настоящему.
— Знаешь я в последнее время очень часто думаю о наших с тобой отношениях…
Вариант отказа я не рассматривал, поэтому мой обескураженный взгляд явно рассмешил девушку.
— Конечно, согласна. Нет в тебе сказочной романтики благородных рыцарей, Кирилл, — со вздохом сожаления произнесла Анастасия, но глаза ее горели огнем.
Сразу же вспомнились звероподобные рыцари отца и романтика в их исполнении. Закинув девушку на плечо, я решил показать процесс ухаживания от рыцарей в мое время.
Довольный визг и приятный смех откликнулись в глубине моей души. В этом явно что-то есть, когда тебя искренне ждут дома.
 
* * *
Визит дворцовых чиновников с «приглашением» явиться на беседу к канцлеру застал врасплох Семена Долгорукова и Тимофея Соколова. Отказать канцлеру Российской империи без серьезных причин нельзя, иначе жди последствий для себя лично. Особенно Долгорукову, у которого не так давно казнили отца.
Длинные коридоры Красного Дворца предоставляли достаточно времени, чтобы подумать над своей судьбой. Семен размышлял над воплощением плана возвращения влияния клана и при этом не лишиться головы, как отец, а Тимофей накачивал себя злостью на весь мир, чтобы скрыть панический страх перед дальнейшим развитием событий.
Хмурый канцлер явно не был настроен на долгие прелюдии перед разговором о погоде и столичных сплетнях.
— Вы на что надеетесь?
— Не понимаю, о чем вы, Леонид Васильевич…
— Все то ты понимаешь, Долгоруков. Прежде чем трогать тигра за усы надо хорошо пораскинуть мозгами, если они, конечно, есть у вас. Расскажите мне, что дало лично вам пара сожженных поселков в Тверской губернии? — спросил Орлов.
— Дела кланов не касаются канцлера империи! Не понимаю из-за чего нас вызвали, — усмехнулся Тимофей.
Ощущение разворачивающейся мощи быстро убрало усмешку с губ Соколова и заставило заскрипеть зубами от бессильной злости.
— Если они направлены на изменение государственных границ или масштабную войну внутри империи, то очень даже касаются, Соколов. Жаль, что данную информацию до вас необходимо доводить мне.
Здесь не суд и пытаться увиливать двум представителям элиты империи нет смысла.
— Леонид Васильевич, считаю мой друг полностью прав. Клан Долгоруковых не позволит вмешиваться в свои дела, даже канцлеру империи. Совет кланов вряд ли одобрит ваши действия, — улыбнулся Семен Долгоруков.
— Ладно, некогда мне с вами долго размусоливать. Будете Холмского дальше провоцировать я лично вложу клинок в его руки, чтобы неповадно было. А ты, Долгоруков, не делай ошибок отца. Предателей и изменников нигде не любят, — прямо намекнул Орлов.
Семен никак не отреагировал на угрозу от канцлера, а Тимофей вспыхнул, как спичка и явно хотел наговорить много лишних слов.
— Мы вас услышали, Леонид Васильевич, — рукой остановил друга Семен.
— Больше вас не задерживаю. Свободны!
Сдернув тугую повязку галстука, Тимофей Соколов откинул его в сторону и расстегнул верхние пуговицы рубашки. В собственной машине терпеть строгий стиль одежды он больше не намерен ни одной лишней минуты.
— Ненавижу сильных владеющих! Постоянные угрозы, рассуждают о будущем будто собрались жить вечно и при этом смеют указывать, как нам жить, — с яростью произнес Соколов.
Семен Долгоруков, встав во главе великого клана стал куда более сдержанным на проявление эмоций. Заметив, что те, кто не может себя сдерживать легко управляемы другими людьми.
— Скоро мы разделаемся с этими пережитками прошлого и самое главное чужими руками. У меня как раз есть идея, как щелкнуть по носу канцлеру и заодно устроить веселую жизнь Холмскому, — подмигнул другу довольный Семен.
— С наемниками мы уже пробовали. Эта тактика не сработала, только людей верных потеряли и деньги большие.
— Почему не сработала?! Все теперь знают, что его земли небезопасны и посеян страх среди жителей, поэтому пока Холмского сдерживает канцлер дадим дорогу нашим «друзьям». Они давно высказывали интерес к боярину и его землям, — посмотрел в окно машины Долгоруков.
Юго-западные земли империи всегда привлекали представителей и шпионов соседних стран. Научиться лавировать между интересами разных игроков одна из основных задач молодого главы клана.
— Если с нами свяжут нападение иностранцев на Холмского… клан Орловых такое точно не простит. Сил у него хватит, чтобы нам обоим жизнь испортить.
— Мы же с тобой не дурные. Связать нападение напрямую не получиться, подписывать ничего не будем, разве что дадим туманные обещания о перспективах сотрудничества. Помнишь наследника Васильчиковых он в последний раз крупно проигрался в карты. Думаю, он не откажет нам в помощи…
— Опасно по мне это, но так хочется Холмскому нагадить, что сил никаких нет, — скривил лицо Тимофей. — Я с тобой!
— Все для тебя, мой дорогой друг. Наша дружба сейчас, как никогда сильна. Ты же продолжаешь делать то о чем я тебя попросил? — вкрадчиво спросил Семен.
— Делаю… правда отец начал что-то подозревать и постепенно приходит в себя. А вдруг он узнает? — резко испугался Тимофей.
— Сейчас это уже не имеет значение. Мы все больше перехватываем управление кланом для тебя. Ведь ты не передумал?
— Нет…
Нервно сглотнув, Тимофей отпустил голову чем вызвал довольную улыбку у главы клана Долгоруковых.
Совершать ошибки отца и заключать союз с равными по силе кланами Семен не собирался. Он может не такой умный и мудрый, но понимает, что встать во главе собственного союза может только на больших долгах или шантаже. И клан Соколовых будет первым кто признает его власть. Совсем скоро.
 
    
Глава 25
Институт брака в Российской империи претерпел серьезные изменения после окончания мировой войны. Создать семью стало куда проще среди представителей всех сословий, кроме самых именитых и членов императорской семьи. Помолвка, сватовство — как-только не называли предварительное согласие на брак между мужчиной и женщиной.
Сваты — еще одна ушедшая традиция. Один раз пообещаешь, придется соответствовать. Поэтому с утра к кварталу Орловых подъехала целая процессия дорогих машин с некогда известными на территории империи гербами. Попросить бояр помочь в столь непростом деле единственное, что пришло в мою голову. Как вижу, они не ударили в грязь лицом и достойно подготовились к предстоящему действию.