Враг навсегда

Хотя в итоге выговор — это такая ерунда.
Поэтому, когда миссис Клерман в очередной раз спросила, что происходит, я лаконично ответила:
— Ничего существенного.
— И поэтому ты швыряла парты и стулья? Я вынуждена донести об этом директору.
— Миссис Клерман, тогда у директора я расскажу истинную причину. Но вы же знаете, что на том и остановимся.
— Ох, Дианочка. Да что же такое происходит? — покачала она головой, глядя на меня с жалостью. — Я же вижу, что у тебя проблемы с классом.
Мягко сказано. Проблемы.
Иногда я спрашивала саму себя: зачем мне все это надо? Ну оплатил мистер Торнхилл мою учебу, ну и что? У меня же есть право выбора, и я всегда могу сказать нет. Никто не принуждает учиться.
Но в моей голове с детства сидит страх. Вот не закончу школу, не смогу устроиться на хорошую работу.
Я всю жизнь буду бежать от той жизни, что была в детстве. Нищета. Голод. Страх перед будущим.
Для себя я решила, что выдержу. Получу аттестат, и на этом все. В университет я, конечно, поступать не собираюсь. У меня нет денег. А чтобы получить бесплатное место нужно быть отличницей. Я так и не смогла ею стать.
Ничего. Можно и со школьным аттестатом найти работу. Конечно, не работа мечты, но все же.
По-русски я уже давно говорю очень плохо. А английскому языку так и не обучилась в совершенстве. Поэтому аттестат получить нужно. Как гарантию моей нормальной жизни в будущем.
Вечером, накануне дня аукциона я как обычно бегала по стадиону. Правда в этот раз бегала вся команда школы. И отводящая глаза Таня, и ничего не подозревающий Томми из параллельного класса.
Хотя нет, он-то как раз словно чувствовал, что мои мысли далеко, потому что бежал рядом со мной и косился. Потом все-таки не выдержал и спросил:
— У тебя все в порядке? Выглядишь неважно.
— Да, все норм, — рассеянно ответила я, уставившись в одну точку. Бежать было легко, потому что мысли были совсем о другом.
Я заметила в себе обратное. Когда концентрируюсь на беге — быстро утомляюсь. Но стоит думать о чем-то постороннем, как двухчасовая пробежка пролетает как за пять минут.
— Ди, постой.
Остановив меня за руку, он оттаскивает меня в сторонку. Тренер тут же свистит в свисток.
— Что там у вас, Томми?
— Сейчас, мистер Робертс! — кричит парень в ответ. — Одну минутку!
— Хорошо, догоняйте команду!
— Что ты делаешь? — я вытащила руку из его оков.
— Диана, я знаю, что у тебя проблемы с классом. Я хочу помочь.
— Как? — горько усмехнулась я. — Что мы можешь, Томми? Извини, не хочу тебя обидеть, но ты не их поля ягода.
Родители Томми простые врачи. На обучение сына в этой школе они откладывали всю свою жизнь.
— Ничего ты не сможешь сделать. Даже учителя не могут.
— Что они сделали в этот раз? — мрачным голосом спросил парень. Вот же упертый.
Каштановые волосы взмокли от пота, на обычно улыбчивом лице в веснушках легла тень тревоги.
Один раз Томми отбивал меня от долговязого Патрика, который толкнул меня на газон и не давал встать. С каждой попыткой подняться, этот придурок все сильнее толкал. Я тогда себе все локти расшибла и ногти переломала. Думала совсем не встану с чертова газона, пока Томми не подоспел.
А все из-за того, что я пожаловалась на Патрика мистеру Робертсу. На уроке физкультуры он совсем обнаглел и расцарапал мне щиколотки шипованными бутсами. Он и раньше так делал, но бегал в обычных кроссовках. А тут напялил…
В общем Патрик на донос тогда сильно взъелся. Подловил меня на большой перемене у главного фонтана. Слава Богу, Томми увидел в окно и выбежал помочь.
Парень знал, что я была аутсайдером в классе, но он никогда не принимал сторону большинства просто так. Из-за меня ему тоже крепко доставалось пару раз, но как бы я не ругала его (я сильно переживала за него), он все равно заступался.
— Ди? — его голос вернул меня с небес на землю.
— Нам бежать нужно. Вся команда оторвалась…
— Перестань включать холодную незнакомку, делающую из меня дурачка.
Я вздохнула. Такой позор. Но, может, у Томми есть какие-то идеи?
Нехотя, но я призналась ему в своей беде. Рассказала все как есть. Попросила совета.
— Я не знаю что делать, Томми. К учителям обращаться бессмысленно. Ты и сам знаешь.
Он стоял, притихнув. Только сжатые кулаки выдавали как он зол. Каре-зеленые глаза сверкнули гневом.
— Ну это уже слишком! Они все — чудовища. Как такое можно сделать? — он слегка покраснел.
Опустив глаза (мне было стыдно, едва я вспоминала, как почти весь класс пялился на мой зад), я пинала на месте носом кроссовка невесть откуда взявшийся на резинке камешек. Ждала его вердикта.
— Побежали, — сказал он мне и побежал вперед. Мне ничего не оставалось делать, как отправиться за ним.
Сначала я даже пожалела, что дала слабину и рассказала ему правду. Наверное, теперь он считает меня совсем жалкой…
До конца тренировки Томми со мной не разговаривал. Он думал. Открытый лоб нахмурен, широкие губы сжаты в тонкую полоску. Даже мистер Робертс не сразу до него докричался. Ругался всю тренировку.
— Да что сегодня с вами такое? — прикрикнул тренер, провожая подозрительным взглядом бегущую колонну.
После тренировки Томми ждал меня у выхода. Оглядевшись, он подхватил меня под локоть и потащил в сторону.
— Ты сейчас куда?
— У меня подработка на конюшне, — неловко ответила я.
Тот взглянул на меня с удивлением.
— Хм, неожиданно. Ну пойдем, я тебя провожу. По дороге и поговорим. У меня есть план.
Воодушевленная этими словами, я сжала его руку и мы так пошли в сторону конюшен.
— Короче, Ди. Забрать твой лот, — его щеки опять порозовели. — Явно не получится. Судя по всему, там серьезные, хоть и плохие, люди. Страшно представить какие лоты на таком закрытом аукционе выставляются. Твое белье это самое безобидное, что может быть.
— Безобидное? Мое исподнее собираются продать гребанному извращенцу. Как интересно будет называться этот лот? «Прекрасная Лолита»? «Невинная школьница»? Я не могу этого допустить!
— Знаю, знаю! Не кипятись. Я просто размышляю вслух.
— Я должна туда попасть.
— Соваться туда опасно! Что ты планируешь делать? Выкрасть трусы? Ты понимаешь, что они не на полке лежат у входа? Может, если обратиться в полицию…
— С ума сошел?! — воскликнула я.
Несколько учеников, шедших поодаль впереди нас, оглянулись. Я понизила голос до шепота.