Зазеркалье для Лины
— Кара… — начал было ошарашенный Бальте, но я вскинула руку, останавливая его.
— Не стоит, Бальтезар. Я не нуждаюсь в жалости, запомни это! Поэтому, иди и выспись. Твое беспокойство обо мне лишнее. А сейчас, прости, но я не хочу больше разговаривать.
— Кара, подожди! Давай обсудим…
Но, не слушая его окрика, я уже отключила артефакт.
А, потом, просто снова упала на пол, давясь совершенно неконтролируемыми слезами и выгибаясь дугой, в такт собственной истерике.
Глава 37Когда, наконец, моя истерика сошла на «нет» и я снова решилась заглянуть в зазеркалье, активировав артефакт, Бальте там уже небыло.
Не появился он и на следующий день, хотя я честно прокараулила его за стеклом всю субботу.
К вечеру воскресенья я окончательно впала в уныние.
Ну а чего еще я хотела? Сама же разрешила ему не продолжать играть в добропорядочного семьянина и забыть о моем существовании. Ну, вот, видимо, мужик обрадовался и отстал. Теперь можно не волноваться каждый раз, что мне подготовят очередную девушку с целью затащить в параллельный мир. Можно не опасаться за свою драгоценную свободу. Мы, наконец-то, поговорили в открытую и по душам, так сказать. Все выяснили. Не осталось недосказанных вопросов. Живи и радуйся!.
Вот, только, почему то, мне от этого было совсем даже не радостно.
Тем более, что, после более тщательного осмысления, я окончательно пришла к мысли, что мое влечение к Демону было, все таки, отнюдь не искусственным.
Нет, вполне возможно, что, на первых порах, артефакт и его яд сыграли определенную роль в зарождении моего интереса. Своеобразная страховка, пока произойдет накопительный эффект от яда в организме, пока выработается стойкое привыкание… А вот дальше, любая мнимая влюбленность уже не имела смысла в искусственном поддержании. Теперь, по прошествии времени, любой смысл в моем влечении к конкретному персонажу отсутствовал напрочь. Ну правда, какая разница нравится мне кто-то в зазеркалье или нет, если я чувствую «ломку» просто от того, что не получаю в палец свою порцию яда в момент активации? Не важно, увижу я кого-то за стеклом или нет, но если я не дам артефакту крови, то мое самочувствие резко ухудшится. По моему, этого вполне достаточно для привязки к процессу кровопускания. И влюблять меня в кого то при этом совершенно не обязательно!
От этого становилось еще грустнее. Получается, все-таки, теперь, что мои эмоции очень даже мои. И, увы, они вполне себе безответны.
А, значит, знать о том, что я несколько поторопилась с выводами, относительно искренности испытываемых мною чувств, Бальте совершенно не обязательно. Все таки, это лишний пункт давления на меня. Не слишком дальновидно давать ему дополнительную власть над собой, в любом случае. Но это только с одной стороны.
А с другой, я сама лишила себя возможности общения с ним. Бедулька, прямо. Раньше хоть из-за необходимости, или из-за жалости, может быть, он регулярно со мной контачил. А теперь…
И да, да! Можно долго и гордо вопить о том, что мне не нужна его жалость. Но так хоть что-то заставляло его пытаться наладить со мной отношения. А там, может быть, что-нибудь у него где-нибудь и вспыхнуло бы. А теперь…
В общем, теперь я сидела на работе в расстроенных чувствах, с упавшим настроением и с глазами на мокром месте.
Девочки уже как-то традиционно меня не трогали. Задали парочку наводящих вопросов и, пожав плечами, «отвяли».
Вот так: проср… в смысле, прошляпила ты, Каролина, и подруг, и любимого мужчину.
Незаметно прошла неделя. А потом и еще одна.
На работе был штиль, подруги, как-то, непринужденно самоустранились. В зазеркалье обо мне, казалось, и не вспоминали. Кабинет Бальте ежевечерне радовал чудными закатами, золотившими стрельчатые окна, и звенящей пустотой.
Артефакт я активировала уже просто по привычке. Или, по физиологической необходимости. Надежда медленно, но верно, сдыхала в муках. Ночами я уже почти не плакала. Хотя и засыпала, все еще, тщетно вглядываясь в пустоту зазеркалья. Вряд ли я еще на что-то надеялась, в самом деле. Скорее просто соблюдала установленный самою собой ритуал.
Тем неожиданнее стал для меня вечер вновь наступившей пятницы.
Без каких-либо розовых грез, я вползла в пустую квартиру. В коридоре споткнулась об остатки последнего стула, не до конца доеденного Фиалочкой, и без энтузиазма же матюкнулась.
На самом деле, если бы не сиреневая троглодитка, методично уничтожающая скудный интерьер моего жилища, я бы, наверное, давно приняла все недавно произошедшее за бредовый сон. Настолько координально и полноценно исчез из моей жизни любой намек на активность в зазеркалье. Теперь за стеклом, по итогам моих манипуляций, просто появлялась картинка чужого кабинета. Как живые обои на рабочем столе. Не более. Во что оставалось верить? А тут полноценное напоминание о параллельной реальности- фиолетовый въёльт. Ну и пусть у меня дома из мебели осталась только кровать и встроенная кухня. Зато, я точно знаю, что не сошла с ума и не придумала все вышеописанное- ведь кисонька то со мной!
Молча я прошла в спальню, скидывая по ходу движения узкие туфли и перешагивая через упавшую расстегнутую юбку. Не особо вникая в очередность своих действий, уколола себе палец и мимоходом приложила его к артефакту, одновременно стаскивая через голову шелковую блузку.
— Кхе-кхе- поперхнулся кто-то за моей спиной в этот момент.
Я подпрыгнула от неожиданности, одергивая блузку обратно и упираясь взглядом в зеркало.
На той стороне стоял крайне обескураженный Бальте, с непередаваемым выражением крайнего удивления на лице, и пожирающий меня глазами.
Губы мои, помимо воли, растянулись в блаженную улыбку. Настроение резко подскочило до отметки «Ура! Есть, все-таки, в жизни счастье!»:
— Привет! — не переставая радостно улыбаться выдала я, боясь отвести взгляд хоть на мгновение. Вдруг, он опять исчезнет?
— Эээ… добрый вечер- неуверенно выдал Гиён, также не отводя от меня взгляда.
— Я так рада тебя видеть! — не удержавшись выпалила я, почему-то, всхлипывая.
— Правда? — еще более неуверенно уточнил Бальте, жадно вглядываясь в мое лицо- Я помню, что ты не хотела больше со мной общаться.
— Что?! Это еще почему? — возмутилась я.
— Потому что ты именно так и сказала- удивленно пожал плечами мужчина.
— Не правда! Я просто сказала, что не хочу разговаривать. И вообще, мало ли, что говорит женщина в истерике! — возмутилась я.
— Серьезно? — скептически выгнул бровь он- Это только к той фразе относится, или вообще ко всему, что ты говоришь?
— Эээ… Не будем сейчас все сразу обобщать- выкрутилась я.
Ну а мало ли? Я же не помню дословно, что еще успела ему в пылу злости наговорить.