Эротические истории пенджабских вдов

— Я сейчас занята. Шина велела женщинам из моего кружка явиться ровно в семь.
— Из твоего литературного кружка? Вы что, теперь собираетесь здесь?
Никки кивнула.
— А что случилось с досуговым центром? — спросил Джейсон.
— Кулвиндер узнала, чем мы там на самом деле занимаемся, и распустила кружок. Меня уволили.
— А как она узнала?
— Зашла в класс и услышала. Пришли новые незнакомые женщины — заниматься, и мы не проявили должной осмотрительности. В общем, это долгая история, и я не хочу сейчас в нее вдаваться. Вдов везет Шина, и они будут здесь с минуты на минуту.
— Мы можем встретиться после занятия? Я снова подойду.
— У меня сейчас много забот, и у тебя, очевидно, тоже.
— Я бы хотел получить шанс объясниться с тобой, — сказал Джейсон. — Только выслушай меня. Просто скажи, когда и где мы встретимся, и я там буду.
— Даю тебе последний шанс, — ответила Никки. — В половине десятого у меня.
— Я приду.
Никки иронически подняла бровь.
— Приду, — твердо повторил Джейсон.
 
* * *
Первые несколько женщин появились почти через сорок пять минут после объявленного начала занятий. Они нерешительно остановились на пороге, заглянули внутрь и недовольно поморщились. Шина протиснулась внутрь.
— Пришлось попотеть, — прошептала она на ухо Никки. — Как только они сообразили, что я увожу их из Саутолла, сразу засыпали меня вопросами. Куда мы едем? В какую часть Лондона? Первый раз вижу этот указатель, где мы? Наконец я повернулась и говорю: «Мы едем в паб Никки, ясно? Не хотите со мной — можете выходить и возвращаться на автобусе домой».
— И что?
— Все остались. Бедняжки насмерть перепугались. Притам начала громко молиться.
Никки подошла к двери.
— Это я, дамы, — она улыбнулась. — Как чудесно, что вы все-таки приехали.
Арвиндер, Притам, Биби и Танвир, сбившись в кучку, уставились на нее.
— Это все? — шепотом осведомилась Никки у Шины.
— За мной ехала еще одна машина с женщинами, но они могли заплутать, — ответила Шина, проверяя телефон. — А может, решили повернуть назад.
— Входите, — сказала Никки. — Погода опять нас не балует, верно? А внутри тепло и уютно, — молчание вдов поколебало уверенность Никки. Все оказалось труднее, чем она представляла. — Мы подадим прохладительные напитки и сок, — продолжала девушка. Женщины не сдвинулись с места. — И чай со специями, — добавила она. Последнее было преувеличением: в пабе имелся лишь «эрл грей», который можно было сдобрить молоком и корицей. Лицо Биби слегка просветлело. Никки заметила, что она потирает руки. — На улице холодно, — хитро заметила девушка и нарочито поежилась. — Почему бы вам не зайти и не выпить чего-нибудь согревающего?
— Нет, — возразила Притам, когда Биби сделала неуверенный шаг вперед. — Здесь не место для пенджабских женщин. Мы не здешние.
— А я тут живу, — ответила Никки. — В квартире наверху, — внезапно в ней проснулась ожесточенная гордость за этот убогий паб. — И работаю в этом заведении больше двух лет.
— Если мы войдем, люди будут пялиться на нас, — сказала Танвир. — Вот что имела в виду Притам. Совсем как тогда, когда мы только перебрались в Лондон. Они увидят наши шальвар-камизы и подумают: «Убирайтесь, откуда понаехали».
— Окружающие привыкли так говорить, — подхватила Биби. — Сейчас уже реже, но мы до сих пор по глазам это видим.
Арвиндер неловко переминалась с ноги на ногу. Взглянув на ее напряженное лицо, Никки решила, что и она согласна с остальными.
— Я понимаю, вы боитесь, — сказала Никки. — Мне очень жаль, что люди были так враждебны к вам. Но я выбрала этот паб именно потому, что здесь рады всем.
Биби продолжала потирать руки.
— А вдруг нас заставят пить пиво?
— Никто не может вас заставить.
— А вдруг нам незаметно подольют в чай спирт, а? — не унималась Биби.
— Я буду очень внимательно следить за тем, чтобы этого не случилось, — заверила ее Никки.
Внезапно Арвиндер протиснулась мимо остальных женщин и решительно вошла в паб. Не успела Никки возгордиться собственным умением убеждать, как услышала громкий голос Арвиндер, вопрошавшей на ломаном английском:
— Извините, пожалуйста, где туалет?
— Я же велела ей, чтоб не пила столько воды перед отъездом, — проворчала Притам. — Она все время жаловалась, что у нее першит в горле.
Танвир закашляла.
— Кажется, она подхватила вирус от меня. Никки, ты сказала, у вас есть чай?
— Да.
— Я бы выпила немного, — и Танвир принялась энергично растирать ладонями хрупкие плечи Биби. — Пойдем, Биби. Внутри ты согреешься.
Виновато покосившись на Притам, обе женщины скрылись в пабе.
Притам осталась одна.
— Ох-ох, — зашептала она. — Меня предали.
Было неясно, к кому обращены эти слова: к Никки или к некой незримой аудитории.
— Там есть телевизор, — сообщила Никки.
— И что?
— По нему показывают хорошие английские сериалы.
Притам обиженно вздернула подбородок.
— Я все равно не пойму.
— Зато вы очень хорошо придумываете истории об увиденном на экране, — напомнила ей Никки. — Почему бы вам не войти? Другие женщины обожают ваши рассказы.
Притам на мгновение заколебалась, прежде чем сказать «нет». Вероятно, эта заминка ничего не значила. Никки вздохнула.
— Что ж, тогда вы подождете нас здесь? Нас не будет довольно долго.
Притам поправила на голове дупатту.
— Ничего страшного, — сухо ответила она.
— Воля ваша, — сказала Никки.
В пабе вдовы устроились за ближайшим ко входу столиком. Они оказались правы насчет внимания окружающих. Немногочисленные посетители и персонал бара взирали на пенджабок со смесью удивления и любопытства.
— Почему бы нам не найти уголок потише, — предложила Никки и отвела женщин в заднюю комнату, которая в действительности представляла собой дальний закуток главного зала. Арвиндер, Биби и Танвир шли молча, крепко прижав к себе сумки.
Они уселись за длинный стол в стороне от других посетителей. Над столом находилось окно, выходящее на тротуар. В поле зрения на секунду возникли, а затем снова исчезли ноги Притам. Никки заметила, что Арвиндер наблюдает за дочерью.
— Может, все-таки попытаться затащить ее сюда? — спросила Никки.
— Нет, — ответила Арвиндер. — Пусть получше познакомится с вашим районом.