Месть ликвидатора

— Великий лорет! — торжественно ответил Гай Морно. — Клянусь, что ваше первое приказание на троне Тирантома станет для меня и всех присутствующих делом чести! А сейчас, — Гай обернулся к Акиро, застывшему в ожидании неподалеку. — Сейчас ваш телохранитель проводит вас домой …
Когда во тьме коридора затихли шаги удаляющихся Ансура Кендро и его сопровождающего, Гай Морно с долей восхищения покачал головой и криво усмехнулся:
— Вот что значит — кровь! Узнаю Сетуса Кендро! Этот славный мальчик оставит свой след в истории Тирантома!
Тахсон исподлобья взглянул на него:
— Я думаю, этому, как вы выразились «славному мальчику», необходима помощь людей, весьма искусных в управлении государством! Если он в полной мере пойдет по стопам своего отца, то … При всем уважении к потомкам лоретов, я не считал Сетуса Кендро достойным трона великой империи. Вы понимаете, о чем я …
— Конечно, уважаемый палари, — серьезно ответил Гай. — Все мы прекрасно знаем, какого высокопоставленного монстра загрыз тогда в застенках пресловутый азаро … Хоть он и был моим другом, я не питал иллюзий относительно его личности. И мы должны приложить все усилия, дабы из парня не вырос кровавый тиран. Но … Что касается кровной мести — тут я с парнем согласен. Мне заняться этим?
— Нет, этим делом займутся воины палари, у вас и без того дел невпроворот. Кстати, как продвигается реализация наших замыслов?
— Палари, смею заверить — план близок к завершению! Ключевые фигуры расставлены. В самое ближайшее время ряд провокаций на границах с Эрмином послужит началом для самого полномасштабного военного конфликта со времен Десятилетней войны. Зетро храни нас и Тирантом!
— Зетро храни! — эхом откликнулся жрец.
   
Глава 2
Гиблый лес, как и тогда — несколько лет назад, встретил его таинственным молчанием, нежданной для этого времени года прохладой и мелким моросящим дождем. Щемящее чувство, что-то сродни ностальгии, внезапно охватило Сергея. Глядя на карликовые хвойные деревья и усеянные фиолетовым мхом скалистые утесы, он вновь окунулся в давно позабытую атмосферу тех суровых дней, когда впервые появился в этом мире.
Признаться, все это время он довольно часто вспоминал о дебрях зачарованного леса — его тревожила мысль о том, что могло произойти за эти годы с природой, отравленной его соотечественниками радиоактивными отходами. Решетов не был знатоком в области захоронения губительных для всего живого отбросов, но то, что они попросту выбрасывались в этой местности с вертолетов, пусть даже и в контейнерах, не предвещало ничего хорошего.
Седой не имел представления о том, насколько разительно было соотношение во временных потоках, разделявших Землю и Лейне, но плоды воздействия радиации на природу имел честь засвидетельствовать еще пять лет назад. Мутировавшие уже тогда лесные псы — азаро …Похожие на земных неандертальцев, квахо — зверолюди, жившие в тайге … Необычные цвета представители флоры, преимущественно фиолетового оттенка … Он невольно содрогнулся, припомнив о том, как едва не погиб в удушающем захвате корней исполинского цветка — мутанта, одурманившего его своей пыльцой.
Решетов не раз уже хотел совершить сюда короткую экспедицию — оценить, так сказать, урон для природы и потенциальную угрозу появления новых, искалеченных радиацией организмов. Но, скрепя сердце, откладывал … И дело здесь было вовсе не в радиации — уж в этом-то плане он мог не переживать — спасибо Аанс! Мало того, что воздействием своей инопланетной энергетики она позволила ему выжить в отравленном радиацией чреве матери, так еще и наделила его отменным здоровьем и весьма завидными для обычного человека физическими данными. Да, дело было отнюдь не в радиации … Вероятно, он попросту боялся увидеть то, во что превращается Гиблый лес и его обитатели …
Но все в одночасье изменилось. Изменилось в тот момент, когда несколько дней назад они с Кертом нашли тело молодого охотника из поместья Витаро — Грайса. Вернее не тело, а то, что от него осталось … Скелет парня был обглодан начисто, и опознать его они смогли лишь по колчану из-под стрел, украшенному мехом пушного зверька — онори. В радиусе нескольких метров валялись раздробленные человеческие кости — кости Грайса.
Керт — прирожденный охотник и следопыт какое-то время осматривался, попросив Сергея не двигаться с места. Решетов, со вздохом присев неподалеку, наблюдал за действиями спутника, отгоняя назойливых мух, слетевшихся на запах разложившейся плоти.
Вскоре раздался приглушенный свист — охотник жестом руки подозвал его. Стоя в нескольких метрах от него, на илистом берегу ручья, Керт многозначительно указывал на что-то, поразившее его настолько, что он на какое-то время потерял дар речи. Взглянув в указанном направлении, Решетов оторопел — среди многочисленных отпечатков лап азаро он заметил оттиски таких размеров, что …Он невольно попытался представить себе этого зверя — получалось, что хищник в холке мог достигать его груди. Если не выше …
— Знаешь что интересно …, — задумчиво промолвил следопыт. — Судя по следам … Получается, что стая загоняла Грайса, выводя его к этому … большому. Я не знаю, как это выразить, но … Он будто руководил ими! Первым насытился вожак. Остатки его трапезы растащила пристяжь. Потом они пошли к водопою … Сергей, что это?!
Какое-то время Седой напряженно размышлял. В голову назойливо лезли мысли о видоизменении живых организмов под воздействием радиации, мелькали кадры из забытых фильмов ужасов, которые он, в бытность свою еще землянином, смотрел по видаку … Картина складывалась, как бы это … Довольно нелицеприятная — вот точное слово! Сергей нахмурил брови и пристально взглянул на спутника:
— Делаем так — ты берешь кайсанов и отправляешься домой. Я иду по направлению Гиблого леса.
— Я с тобой, — упрямо помотав головой, не раздумывая ответил Керт. — И даже не …
— Стоп, — поднял руку Решетов. — Не обсуждается. Там, в этом лесу …, — на мгновение он замялся, не зная — как вкратце объяснить угрозу проникновения в организм радиации. — Короче, там водится такая хрень, что сожрет твое тело за считанные дни. Нельзя тебе туда.
— Хрень? — переспросил охотник и поморщился, словно пробуя на вкус незнакомое слово.
Следует заметить, что в общении с аборигенами Сергей частенько вворачивал словечки из своего земного лексикона. Ну, и то, что в многочисленном, сплоченном и разношерстном коллективе обитателей поместья он пользовался завидным авторитетом, довольно скоро принесло свои плоды. С легкой руки Решетова довольно модными и частыми в употреблении стали слова: «байда», «фигня», «не парься» — и прочие незамысловатые и простые в обиходе выражения. С невольной улыбкой Седой вспомнил случай, когда молодой мечник в ответ на замечание самого Витаро брякнул — «По ушам мне не езди!». С тех пор Сергей начал в буквальном смысле «следить за базаром», опасаясь засорить словарный запас падких на «модные словечки» лейнцев. Или лейнинцев, как их там — Решетов так до конца и не определился.
— Понимаешь, — Сергей повел рукой в воздухе. — Хрень … Нет, точнее — радиация. Это такая болезнь … Яд, который во всем — трава, мох, деревья, вода … Постепенно он проникает и в тела рыб, животных …людей, — Седой нахмурил брови. — И, по всей видимости, судя по тому, что мы здесь видим — этот яд, если не убивает, то способен видоизменять эти самые тела …