Попаданки домой не возвращаются! (СИ)

Он мне не поверил? Почему? Что еще значит факт законченного предназначения?
— Не берусь утверждать, — ответила Леди Опал.
Она разглядывала туман. Скрестив руки на груди, дама в изумрудном костюме ушла в глухую защиту.
— У комитета нравственности и утвержденного стиля нет экспертного мнения? — Тинхе продолжал давить.
— У комитета неписанных правил есть. — Подала голос Леди Дана.
У меня тоже оно было, но больше походило на скандал с вкраплениями насильственных действий и несло мало смысловой нагрузки. Поэтому я отложила образ Королевы Драмы в коробочку «когда-нибудь пригодится» и продолжила валяться «пораженная магией».
— Ты не можешь делать никаких заявлений!
Дама едва ли ножкой не топнула.
— Утверждать — не могу. — Девушка бросила на меня оценивающий взгляд, после чего скрутила рубиновый хлыст и на показ (для меня) засунула его обратно под слой бесформенной одежды. — А мнение все же выскажу.
Пошатываясь, она направилась к двум высоким фигурам лэйтарцев.
— Нет у нее никакого дара. — Заявила Леди Дана с вызовом глядя на Тинхе. — Он сам по себе, и он зеркалит. Вот откуда весь блеск и золото.
— Дана!
— Нет, Опал. Магия материальна. Она имеет вес и форму, — девушка сложила руки так, будто держит невидимый арбуз средних размеров. — Когда передаешь другому магию, она должна прижиться. Сродниться с сутью. Мы научились без последствий имплантировать дары присоединенных миров. Наша же магия эволюционировала. Видоизменилась, став отличной от того, что когда-то было. В таком виде она не подходит никому, кроме лэйтарцев. Когда ее пробовали пересадить обычному человеку, магия легко приживалась, но в итоге, подчиняла носителя себе и коверкала до неузнаваемости. Это убивало обоих.
На лице Тинхе промелькнуло недовольство.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Она не мутант, — это адресовалось Леди Опал. — Не превратится в монстра. Ее дар не прижит. Они не одно целое. Поэтому ничего не понятно. Дар развивается, но не ее практикой, а своей собственной. Предположу, что это сохраняет ей разум.
Надо же, я все-таки особенная.
И да, Малыш, на секундочку.
Тинхе, кажется, такой ответ не устроил. Да он и мне не особо понравился.
— Магия не разумна. — Холодно возразил Враг.
— Я не утверждаю обратное. — Пожала плечами Дана. Обойдя Тинхе, девушка заняла место подле Леди Опал. — У дятлов, к примеру, нет самосознания, но в случае появления соперника, они дадут отпор.
Не переживай, Малыш. Сравнение с дятлом не худшее, что могло прозвучать.
— Отлично! — Внезапно вмешалась Леди Опал. — Ты услышал, что хотел? Если ее дар передать, скорее всего, он убьет следующего носителя. И я не могу дать однозначного ответа о ее принадлежности. Только совет может решать, что все это значит. Он состоится.
Враг не улыбнулся, но то, что отразилось в его глазах, означало победу.
— Леди, — кивнул он. — Не смею больше задерживать. Свободного дня.
— Свободного пути, Странник, — эхом отозвались обе Леди. И если Дана откликнулась вполне дружелюбно, Опал позволила проявиться раздражению.
Пространство пошло рябью.
Плиты подо мной зашлись ходуном. Туман и зал растворялись вместе с фигурами лэйтарок.
— Дробь.
Ах, да. Я еще здесь.
— Как ты меня заметил?
Тинхе оказался рядом раньше, чем я успела подняться. Не терпя возражений, он подхватил меня с черных плит. Мрамор растворялся на глазах (даже во сне на материалах экономят!).
— Что происходит?
— Это уголок Леди Опал. Ее площадка. Уходит она, исчезает и ее творение. Держись, мы отправимся в другое место.
Я вцепилась в Тинхе.
Безопаснее было сорваться в пропасть.
Враг перехватил меня крепче.
«Это все не по-настоящему, — напомнила я себе, игнорируя близость Тинхе. — На самом деле он далеко и не может ничего сделать. Мы оба не реальны».
— Не тешь себя иллюзиями, моя неосторожная Дробь.
— 10 -
Цветущий зеленый сад. Под ногами клеверная дорожка, убегающая сквозь украшенные арки. Вдоль изгородь декоративных кустарников, в центре миниатюрный фонтанчика. Примятая трава мягкая, пышущая здоровьем и блеском. Так сразу не поймешь, что стоишь на крыше особняка в самом центре Золотой империи.
 
Сердечко ёкнуло.
Нет, конечно же, мы не в Лэйтарии. Такой же сон, как и другие. Враг не способен вытащить меня в реальность. Все элементы — не более чем кусочки из воспоминаний, собранных вместе.
— Тинхе. Отпусти. — Потребовала, пробуя выбраться из чужих рук.
Несколько долгих секунду Враг не реагировал.
— Тинхе!
Мужчина вздрогнул. Легкое замешательство мелькнуло на безупречном лице и тут же пропало. Ладони в перчатках скользнули по моему телу, цепляя тонкую ткань полупрозрачного платья.
— Позволил себе забыться, Дробь. — Открыто усмехнулся Враг, пряча руки в карманах. — Сны такие коварные. Особенно магические.
— Да, я помню, — хмыкнула я, уставившись на ковер из клевера. — Знаешь, я не думала, что на самом деле до тебя дозовусь. Я же не владею магией снов. Как все получилось?
«И когда ты успел подготовить засаду?» — повисло в воздухе.
— К чему удивление? Ты же не в первый раз связываешься со мной подобным образом.
— Да, но в прошлый раз вопрос шел о нескольких днях. Ты ждал меня. Сам оговорил срок. Но сейчас иная ситуация. Как ты понял, что я позову?
Враг неохотно вытащил руку и продемонстрировал кольцо. Опалесцирующий камешек мрака в оправе из черненого металла.
— Он предупреждает меня.
Мои брови поползли вверх.
— Секундочку. Ты знаешь, когда я сплю?
Если он скажет «да», я плюну на свое будущее и навсегда запрусь в Центре. Потому что, извините конечно, но у преследования должны быть границы.
— Я знаю, когда ты зовешь меня по имени. Во сне. — Тинхе немного поколебался, но добавил. — Осознанно и с целью меня увидеть.
Я прижала руку к груди, всем видом демонстрируя возмущение до глубины души.
— А для чего, по-твоему, я еще могу использовать твое имя?
В мечтах я до нашей свадьбы даже не добралась (мы всего лишь помолвлены, мило держимся за ручки, болтаем всю ночь напролет и долго смотрим друг другу в глаза на фоне мириады звезд), первая брачная ночь далеко впереди. У моих преследований тоже есть границы!
Тинхе отзеркалил мое движение рукой, скопировав выражение лица.
Я фыркнула.
Издевайся-издевайся. Вот назову первенца Клодом (в честь Моне, конечно же).
Враг поправил отвороты кардигана и вновь спрятал руку. Будто боялся, что иначе позволит себе больше, чем заложено в образ сконструированной роли.
— Вернемся к главному вопросу. Какому восхитительному событию я обязан за радость видеть тебя, моя чудесная Дробь?
Иногда я подозревала, что Враг специально подбирает приторно-клишированные фразы из слащавых романов. В другие дни таких сомнений не возникало. Конечно же у него под подушкой лежит потрепанная книжечка в мягком переплете, из которой черпается вдохновение.
Если сильно не подфартит, я ее отыщу. Если сильно не подфартит Тинхе, я ее сопру, и сама прочитаю.
— Какому событию, Тинхе. Серьезно? Тому, который устроил сам. Что за представление? Ладно бы столичных див пригласил, так нет, офисная змея и школьница с опасными игрушками.
Мужчина кивнул в сторону тропинки.
— Ты все уже поняла, — сказал он, пропуская меня вперед. Сидеть у фонтана под огромным развесистым деревом куда приятней, чем топтаться под палящим солнцем. — К чему тратить ускользающее время на разговоры о других женщинах? Пусть они не занимают мысли в твоей головке. Скажи, ты помнишь мой сад?
— Да, особенно те лианы у карниза.
Мы разместились у фонтанчика. Трубочки успокаивающе перекатывали воду по деревянным сосудам, приятно позвякивая.
Враг стянул капюшон.
— Тебе здесь нравилось?
Красивые арки, экзотические цветы, петляющие тропинки. Как такое может не понравится?