Сделка с ректором. Секреты древнего континента
И очень обидно, что реальный Ренар не располагал достаточным количеством свободного времени, чтобы вот так сидеть со мной в парке и ни о чём не думать. У него за целые сутки находилось всего несколько минут, чтобы забежать за завтраком и цветами, заглянуть ко мне ранним утром, оставить подарки на столе, поцелуй на моих губах и уйти.
Я не жалуюсь и ничего не требую, я просто очень беспокоюсь за него и… скучаю. Очень сильно.
Словно услышав, о чём я думаю, Ренар сделал шаг назад, обнял меня со спины, подчёркнуто тяжело вздохнул и наигранно печальным голосом начал:
– Наверно, надо было сразу предупреждать, что у меня работа нервная и я могу неделями дома не появляться.
Повторив его тяжелый вздох, я откинулась на такую уютную мужскую грудь, положила ладони поверх его рук и тем же печальным голосом ответила:
– Это было с самого начала ясно, просто… я не думала, что буду так сильно скучать.
Ответом мне было молчание. Я подождала, ещё подождала, но Ренар так и не произнёс ни звука.
Не вытерпев, подняла голову и увидела такую жутко хитрую и вместе с тем очень-очень довольную улыбку архимага.
– Смешно? – вопросила, мрачнея.
Я о нём тут беспокоюсь, страдаю, понимаете ли, а ему смешно.
Опустив голову, молча, но решительно попыталась вырваться. Меня не отпустили – меня мягко развернули на месте, удержали, коснулись лица ладонью, вынуждая посмотреть в светлое лицо лорда Армейда.
– Я не смеюсь над тобой, суровая моя. Меня лишь крайне радует тот факт, что моё отсутствие заставляет тебя скучать.
Меня уже вообще ничего не радовало. Ладно, мягкая улыбка любимого порадовала чуть-чуть… совсем немного… вот ровно настолько, чтобы я тоже начала улыбаться, а стягивавшее изнутри беспокойство ослабло и отступило.
– Так и что мы делаем в парке на виду у всех? – спросила с теплящимся внутри счастьем.
– А, привлекаем внимание, – беззаботно отозвался Ренар, не способный оторвать зачарованного взгляда от моих глаз.
– М-м, мы уже не первый раз так делаем? – догадалась я.
Тихая усмешка и весёлое:
– Вторую неделю по городу гуляем.
Очень интересно.
– А сейчас зачем по правде из академии вышли?
Мой вопрос словно заставил лорда Армейда вспомнить о важном. Чуть скривившись, маг вновь взял меня за руку и повёл назад на улицу, с которой мы только что пришли.
А потом резко вправо, вверх по десяти каменным ступенькам, через бежевые двери в коридорчик и сразу влево на лестницу. В отдалении звучали голоса, в воздухе витал аромат горячей острой еды – ресторан. В смысле, мы вошли в ресторан, поднялись на второй этаж, никем не замеченные, дошли до конца коридора и без стука вошли в последнюю тёмную дверь.
– Ах, лорд Армейд, леди Эвард, – ожидающий в отдельном кабинете немолодой явно маг, но из секретарских, поднялся и заговорил только после того, как дверь закрылась и мы оба стали видимы его глазам.
Причём открытие двери он точно видел, даже голову повернул и молча ждал развития событий. А нас увидел только после того, как кабинет оказался отсечён от коридора. Интересно.
– Рад знакомству, – улыбнулся мне незнакомец, на чьём лице возраст оставил морщинистый след, а на тёмных волосах – серебряные нити, – вас здесь нет, как я понимаю?
– Как и вас, – с величественной насмешкой Ренар взглядом указал на пустой стол, взял меня за руку, довёл и усадил на мягкий стул.
Только после этого опустились и мужчины – Армейд рядом, незнакомец из секретарских напротив.
– Лишнее внимание нам ни к чему, – вежливо улыбнулся он архимагу, а дальше уже говорил исключительно со мной. – Агван Далай, Первый секретарь Королевского банка. Я помогаю вам лишь потому, что остаюсь в неоплатном долгу перед лордом Армейдом.
Я уже вообще ничего не понимала, но слушала внимательно, пытаясь осознать сказанное.
Секретарь, видя недоумение в моих глазах, понимающе улыбнулся, раскрыл лежащую перед ним папку и, развернув, картинным жестом придвинул ко мне.
Там, на белоснежном бланке с золотыми банковскими вензелями, красовалась выписка со счёта с длинным номером, рядом с которым почему-то стояло моё имя, а ниже шла сумма… я такой в жизни не видела. Это была огромная, неприлично огромная сумма, от количество знаков в которой у меня начало рябить перед глазами.
Затем эти самые глаза изумленно округлились, взгляд метнулся вначале на отчего-то довольного лорда Далайа, после на тоже улыбающегося Ренара.
И, кажется, я всё поняла.
– Счёт? – выдохнула сипло.
– Счёт, – улыбаясь шире, загадочно подтвердил архимаг.
Но мне этого оказалось недостаточно и я внесла ещё одно уточнение:
– Твой?
Укоризненный взгляд и откровенно издевающееся:
– Ты не увидела собственное имя, невнимательная моя?
И как-то поубавилось моего изумления, и я отозвалась едким:
– Мне очень интересно, что моё имя делает рядом с твоими, – выделила выразительно, – деньгами, забывчивый мой.
Секретарь не издавал ни звука, лишь с улыбкой переводил взгляд с меня на Армейда.
Донельзя довольный и всё такой же загадочный, словно знал то, о чём не подозревала я, Ренар догадливо уточнил:
– Твоё обращение связано с твоим же категорическим запретом открывать счёт на твоё имя?
Даже подтверждать не стала, и так же ведь всё знает. Просто молча, не отрывая взгляда от серо-зелёных глаз, протянула руку, подцепила верхний бланк и подняла так, чтобы смотрящий на меня архимаг его увидел.
– Любовь моя, – с трудом сдерживая смех, позвал лорд, – послушай, что скажет тебе лорд Далай.
А что он мог мне сказать? Но вежливость заставила вернуть бланк в папку, бросить ещё один недовольный взгляд на Ренара и повернуться к секретарю, взглядом спрашивая, что он там мне рассказать хотел.
Знала бы я…
– Счёт на ваше имя открыл лорд Экерт Саэллар, – начал вежливый мужчина, заставляя меня непонимающе нахмуриться и внимательно слушать дальше. – И средства поступают стабильно вот уже два года.
Верхний бланк лёг в сторону, открывая выписку вплоть до вчерашнего дня, за который совершилось два перевода на общую сумму, за какую можно было бы купить домик где-нибудь в тихом городке.
– Отправители разные, – палец секретаря указал на столбик, где было лишь несколько длинных номеров, в остальных местах стояли прочерки, – большая часть из них заплатила за то, чтобы остаться неизвестными.
Покачав головой, была вынуждена признать, что ничего не понимаю.
– Что это означает? – тихо спросила у работника банка, бездумно вглядываясь в цифры. – Откуда эти деньги?