Сделка с ректором. Секреты древнего континента

Аед оценил, хмыкнул, улыбнулся, повернулся к моей маме лицом и уже нормально сказал:
– Я Тьма знает, что происходит. Судя по всему, бывшая королева Ингареда охамела в край. Архимаги не оценили, потому что искренне считали самыми охамевшими себя, конкуренцию терпеть не стали и после недолгих раздумий на тему «Чего б такого обнаглевшего сделать?» решили, что два полноправных короля единовременно в одном государстве – потрясающая идея. И ведь не ошиблись, совет там сидит потрясённый глубоко и основательно, как и первый король, да и в целом с поставленной перед собой задачей ваши архимаги справились, статус самых охамевших себе вернули успешно, тут не поспоришь.
Мы все сидели и слушали, лично я ощущала себя министром – в смысле, была словами вообще-то короля глубоко потрясена. Просто где вы видели правителя с таким лексиконом?
Вот и папа об этом подумал.
– А тебя вообще где отрыли? – старательно сдерживая жалость во взгляде, спросил он у Аеда.
Тот просиял гордостью и радостью.
– Ревенеш.
М-м, небольшое, но славное королевство за океаном…
– Выгнали, да? – маме боевого мама тоже жаль стало.
Аед на её слова и взгляд не обиделся, он усмехнулся так, что мы все разом поняли: такого попробуй, выгони.
А я вот о чём подумала:
– А почему метаморфы с Альвхейдой работают? Ведь, насколько я знаю, на них трудно магически воздействовать, они подавляющую волю магию гасят.
Окончание моей фразы прозвучало неуверенно, вопросительный взгляд метнулся к боевому магу и тот подтвердил мою правоту кивком и серьёзным:
– У них клановая защита.
Я в этом понимала очень мало.
Зато прекрасно разбирались мои родители.
– Так Альвхейда весь клан к рукам и прибрала, – пояснила мама недовольно, поджав губы.
– Какой? – Аед мгновенно напрягся.
И папа явно подтвердил его худшие опасения, потому что ответил мрачно и холодно:
– Лунный.
– Вот Бездна! – выругался король в сердцах.
Ревенеш – западное королевство, от них Бездна очень близко, и религия, соответственно, от нашей отличается. У нас верят в светлую деву… и в архимагов, а у них – в Бездну, потому что в такую жуть лучше верить, чем поголовно её бояться.
– Я ничего не понимаю, – с тоской покачала головой, оглядывая всех поочерёдно.
Пояснил мне, как ни странно, сам Аед.
– Понимаешь, Лунный клан метаморфов – он, как бы, самый главным. Под его управлением и защитой все остальные кланы.
Кивнула, эту часть осознав, но так и не поняв:
– Так и почему плохо то, что Альвхейда прихватизировала именно его?
Мама улыбнулась от моих слов, но уже через мгновение вновь стала серьёзной и объяснила:
– Потому что слово Лунного клана – закон. И если они отдали приказ перевоплощаться и выдвигаться в Ингаред, все метаморфы так и сделали.
Ой-ой-ой!
Но испугалась я лишь в первый момент, потом поняла очевидное:
– Такое количество гостей не осталось бы незамеченным…
Сказала и содрогнулась всем телом!
Мне вдруг вспомнился ресторан «Лунная песнь», подозрительно большое количество владельцев Эль-метеев, князь Мрака, его попытка войти в отдельную кабинку и обращённый ко мне вопрос: «Вы обедаете с Ивором Лески?». А Ивор Лески – министр иностранных дел Ингареда, так Ренар сказал!
Так может… исключительно в качестве предположения, может быть, люди из Кранеша разыскивали нашего министра как раз из-за вопроса метаморфов, которые дружно рванули на наш континент и появление которых надо было как-то или прикрыть, или красиво объяснить?!
Вот хорг!
Это же получается… это что же получается?!
Внезапно поняла, что хочу к Ренару. В его надёжные, способные защитить от всего на свете объятья, в пропитанное ароматом кофе и орехов тепло его гостиной в академии, сесть и просто обсудить всё случившееся, всё, что произошло и что я по этому поводу думала, послушать, что думает он сам, что скажет в ответ на мои слова…
Хочу к Ренару, как же сильно я к нему хочу!
– Ну так что, – вернул нас к важному Аед, – идти папаню спать? Или пусть метаморфы его прирежут в своё удовольствие?
Мама с папой переглянулись, запоздало осознавая, что на трон не простого левого парня посадили, и кровь королевская в нём всё же имелась.
А я, медленно вырываясь из охватившего ужаса, спросила:
– Погоди, а они все что, сидят и ждут, пока ты вернёшься?
Боевой маг крайне внимательно на меня посмотрел, словно понял куда больше, криво усмехнулся, провёл пятернёй по коротким волосам, скривился, видимо, не привыкший к длине, и ответил:
– Не, там сейчас моя иллюзия со всеми знакомится.
Интересно…
Но было и ещё кое-что, что интересовало безмерно.
– Сколько сейчас метаморфов в столице? – спросила я прямо и пристально посмотрела вначале на маму, затем на папу.
Вот он-то меня снова за руку взял, чуть сжал, помедлил немного, а потом столь же прямо серьёзно сказал:
– С маячками хорошо придумала, только во дворце они не сработают.
Я не могла не спросить:
– Почему? – вглядываясь в глаза того, кто точно знал ответ.
И папа не стал лукавить, молчать и даже тянуть, он сказал:
– Гобелен с драконом на втором этаже нужно сжечь. Пока горит огонь, подойти к вазе с фиолетовыми цветами и выдохнуть, наполняя энергией: «Эмо-те те ренг». Это уничтожит магическую систему подавления и твои маячки заработают.
Я почему-то не усомнилась в правдивости его слов ни на миг, но сказала:
– Маячки срабатывают только на смену ауры.
Папа кивнул, говоря, что ему известно и это… Тьма раздери, я же их совсем недавно создала! Совсем недавно!
Увидев недовольство в моих глазах, папа виновато поджал губы, качнул головой и уклончиво попросил, именно попросил:
– Мы позже поговорим об этом…
– Обо всём, – мама подалась ближе и накрыла ладонью вторую мою ручку, сжала куда сильнее, чем папа.
Я нехотя кивнула и только после этого услышала:
– Доберись до ближайшего маячка, вскрой матрицу и вплети в первый поток формулу «трэ-мго-эсхш», у третьего поменяй тональность, подними на два касания, пятый и шестой экранируй.
Мне оставалось лишь изумляться и с лёгкой горечью осознавать: вот он, истинный артефактор! Тот, кому не нужно проводить часы за письменными исследованиями, который прекрасно знал своё дело, который знал результат уже сейчас!