Попаданка за штурвалом

План срочной переброски людей по соседним островам у меня в верхнем ящике стола, я проверяю и обновляю его каждый месяц. И совершенно не думаю, куда я дену людей, если разом рухнут пусть даже не все острова, а самые крупные.
Разговор о том, что мы не пороге конца завёл князь Горцин и вскоре трагически погиб от рук культистов. Тогда я не придал значения, а теперь… Обычно культисты берут на себя ответственность, как было со мной. Капитан, прежде чем вонзить в себя клинок, чётко сказал, что и во имя кого он совершает. Но в тот раз культисты заявили, что князя Горцина они не беспокоили. Приблизительно в то же время жрецы Близнецов-Ветров развернули хвалебные молебны. Успокоить людей — нормально, но… Больше тему грядущей катастрофы никто не поднимал.
Детали, которые раньше я считал обыденностью и не замечал, Джен подсветила совершенно по-новому. и они складываются в единую картину…
Я вскакиваю.
Отпускать Джен в храм было плохой, очень плохой идеей!
Стул с грохотом падает.
— Мой господин, — в дверях появляется Лидар. Он как всегда невозмутим, но всё же выражение его лица отличается от обычного.
— Прикажи подать коня.
— Мой господин, плохие новости. Господин Говард Авей прислал слугу. Ваша супруга пропала в храме.
— Что?
Прямо в храме?
Я опоздал…
Лидар проходит в кабинет и опускает на стол конверт, затем невозмутимо поднимает стул:
— Свидетельница, младшая жрица, сейчас в Чайной комнате. Также на словах слуга передал, что господин Говард Авей остаётся в храме и предпринимает попытки прояснить ситуацию.
— Сначала я поговорю со слугой.
— Простите, мой господин, но речь о кучере. Он уже возвращается в храм. Прикажете вернуть?
— Нет.
— Сообщаю, что господин вызвал к себе…
— Избавь, — останавливаю я.
Долгую секунду я растираю переносицу. Сейчас самое важное выслушать жрицу, чтобы принять решение. И не важно, что она младшая и в храме она, практически, служанка. Я обязан говорить с ней спокойно и не имею права показать чувства, не имею права сорваться.
Лидар отступает в сторону, пропуская меня.
Я давлю в себе порыв броситься в храм — толку? Там уже дядя разбирается. С высоты его опыта… он справится лучше меня.
В Чайной девчушка в традиционном одеянии лопает предложенное угощение, и я застаю её в неудобный момент: набитый рот, щёки раздулись как у очень жадного хомяка, а столешница в крошках.
Это точно жрица главного храма? Откуда такое чудо?
— Ой.
Она пытается одновременно вскочить, поздороваться, проглотить и избавиться от крошек.
— Не смущайтесь. Я предлагаю забыть о формальностях. Лидар, кажется, нашей гостье понравились закуски. Распорядись принести ещё.
— Да, мой господин.
Жрица кое-как справляется с пирогом, который она, по-моему, целиком ела.
— Простите, князь.
— Чувствуйте себя свободно, — повторяю я. — Пожалуйста, расскажите мне, что произошло.
— В храм прибыли господин и молодая госпожа. Я позже узнала, что это господин Говард Авей и княгиня. Они сказали, что пришли увидеть старшего жреца, но он завершал вечернее почитание Близнецов-Ветров и не мог принять гостей немедленно. Он пригласил их разделить с ним ужин.
— Дальше, — подбадриваю я, потому что жрица замялась.
— Я проводила гостей в павильон, как и положено в таких случаях и пошла докладывать.
Мне стоит её перебить или пока просто слушать? Девочка явно “прыгает” по времени. Начала с приглашения на ужин, потом “отступила” к докладу. У меня от неё ощущение сумбура, но в то же время честности. Не похоже, что она нарочно наводит муть.
— Чаю? — я сам наполняю её чашку.
Эффект получается своеобразный. Девушка восторженно распахивает глаза и впадает в прострацию. Испытывает мои нервы!
— Спасибо! — очнувшись, она расплывается в счастливой улыбке. — И, кстати, господину и княгине тоже подали чай, но не я.
— А кто?
— Кто-то из младших, наверное.
— То есть вы не видели?
— Нет. Когда я пришла сообщить, что старший жрец примет гостей за ужином через полчаса, чай уже был. Княгиня…, — жрица сжимается и прикрывает рот ладошкой, отводит взгляд.
— Что княгиня?
— Княгиня попросилась в дамскую комнату, и я отвела её в гостевой домик. Княгиня заверила, что найдёт обратную дорогу, и я ушла.
— Гости не должны находиться на территории храма без сопровождения.
— Да, но старший жрец сказал, чтобы я сообщила на кухню, что ужин следует подать на троих.
— Дальше.
— А больше я ничего не знаю. Княгиня долго не возвращалась, и господин Говард начал беспокоиться. Нашли меня, и я сказала, куда отвела княгиню. В домике её не нашли.
То есть не факт, что Дженсен похитили. Возможно, она сама куда-то ушла. Только куда и зачем?
— Ясно.
— Я слышала, что старший жрец лично руководит поиском.
Конечно, если он причастен к пропаже, то ничего он не найдёт. Точнее, найдёт фальшивые улики и пустит нас по ложному следу.
Дядя не доверяет никому, но в то же время дядя знает, что именно храм может оказаться настоящим врагом.
Еду!
Я прощаюсь кивком и поднимаюсь из-за столика. Я не знаю, чего в моём решении больше, настоящей необходимости присутствовать лично или эмоций. Когда я успел так крепко привязаться к Джен?
Только ехать надо не в храм.
Я прислушиваюсь к ощущениям и улавливаю чёткое направление.
Дядя бы сказал, что я дурак — наша с Джен связь не тайна, и создать ложное притяжение в теории возможно. По крайней мере мне хватит ума не лезть одному, а взять в сопровождение отряд боевых магов.
— Капитана ко мне! — рявкаю я в пустоту коридора. Наконец-то можно.
— Мой господин, лошадь и отряд ожидают вас.
— Спасибо, Лидар.
Лидар из той редкой категории слуг, которые умеют предугадывать нужды господина.
Я спускаюсь.
Двенадцать магов во главе с капитаном действительно ждут, и как мне ни хочется вскочить на коня и рвануть, следуя за путеводной нитью, я обращаюсь к воинам. Они должны знать, что мы в любой момент можем подвергнуться нападению культистов.
Свои подозрения на счёт храма я держу при себе, они не нужны. Что культисты, что жрецы — один сорт противника.
Я трогаю коня пятками и срываюсь в галоп, благо поместье вне города и можно не бояться кого-то затоптать.