Пленница наследника короны
Мы пришли сюда, чтобы понять, что случилось, и выяснить, как ему помочь. И моё неадекватное состояние Агвиду точно не помогает никак.
Вздохнула, собираясь с силами, и мягко высвободилась из тёплых, успокаивающих объятий. Король выпустил беспрепятственное, но отходить от него даже на шаг мне было просто банально страшно. Повернув голову, отыскала его ладонь, переплела наши пальцы.
И шаг вперёд сделала, точно зная, что теперь ничего плохого не произойдёт.
Увидеть ожидала многое, но всё оказалось не так страшно.
Чуть сверкал и переливался радугой, как поверхность мыльной воды, натянутый от края до края по углублению в полу полог. Само углубление оказалось целой комнатой, пол виднелся метрах в пяти под нами. И не было там совершенно ничего, кроме стоящего строго в центре деревянного, а не железного, шкафа с бутылочками. Двадцать штук, по пять на четырёх полках.
Сердце болезненно сжалось от страшного осознания. Всё, что я видела до этого, было детским лепетом в сравнении с тем, что находилось там, внизу.
Нестерпимо хотелось убежать, но:
– Вниз можно? – спросила глухо, не оборачиваясь.
Агвид не ответил, но мягко потянул меня в сторону. В углу оказалась спускающаяся вниз винтовая лестница, по ней мы и пошли.
Шаг. В голове зазвенело от страха.
Шаг. Тяжёлый, неосторожный, похожий больше на падение на ступеньку ниже.
Шаг. Колени не гнулись, а тело шатало.
– Ох, Алиса, – вдруг тяжело вздохнул за спиной супруг, – твоя магия Созерцающей каждый раз подкидывает всё больше неприятных сюрпризов.
И раньше, чем я хотя бы попыталась ответить, Агвид подхватил, оторвав от пола и крепко прижав к себе, и неукротимым вихрем слетел вниз. Я бы ещё минуты три спускалась, он всю лестницу преодолел за пару секунд.
Но, оказавшись на полу, отпускать меня не спешил. Наоборот, судорожно сжал сильнее, словно ему была невыносима одна только мысль о том, чтобы меня отпустить.
– Одно слово, моя хорошая, всего одно твоё слово – и мы убираемся отсюда, – сказал серьёзно, с нажимом, пристально вглядываясь в мои глаза.
Я кивнула, соглашаясь. Такое решение меня более чем устраивало.
Агвид колебался ещё несколько секунд, но в итоге медленно и осторожно поставил меня на ноги, придержал, когда пошатнулась, а затем и вовсе обнял за талию, удерживая от падения.
Ноги не слушались совершенно. Я будто не спала несколько суток, устала каждой клеточкой тела, и даже моргала уже с трудом.
– Здесь какое-то магическое воздействие, да? – пробормотала, едва шевеля тяжёлым языком.
И положила ладонь на грудь супруга, попыталась ухватиться пальцами за ткань, но рука соскользнула, а вслед за ней окончательно ослабла и я. Колени подогнулись, тело рвануло к полу, но Агвид удержал и теперь. Выругался, вновь взял на руки, с трудом сдержал желание уйти прямо сейчас и глухо пообещал:
– Сейчас сниму.
Кажется, я потеряла сознание. Не могу утверждать точно, все мысли и ощущения перемешались, перепутались, стали похожи на какую-то липкую кашу, в которой я слабо барахталась, пытаясь выбраться.
И вдруг всё изменилось. Будто щёлкнули выключателем, и пролившийся свет прояснил разум.
Открыла глаза, ясным взглядом посмотрела на ужасающе мрачного, искренне встревоженного Агвида.
– Лучше? – он попытался улыбнуться, но всё, на что хватило короля – приподнявшийся и тут же сползший обратно уголок рта.
– Да, – подтвердила тихо, с беспокойством вглядываясь в его напряжённое лицо. – Ты сдерживаешь воздействие?
В магии я понимала ничтожно мало, к сожалению.
– Иди, смотри, – не отвечая на вопрос, разрешил супруг и уже во второй раз вернул меня на ноги.
Я встала, постояла, даже не шатаясь и убеждаясь, что стою твёрдо. И пулей метнулась к шкафу.
– Ничего не трогай, – ледяным тоном напомнил Агвид.
Я это и без него помнила, касаться колб и не пыталась, вообще остановилась в шаге от них, напряжённо вглядываясь в названия, приклеенные уже не на шкаф, а на сами закупоренные баночки.
Вот здесь с наименованиями создатели уже поиграли.
«Чёрная смерть» на баночке с кристально чистой водой внутри.
«Марионетка» на бутылочке с нежно-розовой жидкостью. Кажется, именно этим эликсиром угрожала мне королева.
А затем взгляд сам собой метнулся ниже и правее, коснулся бутылочки с кроваво-красным жидким содержимым, скользнул по ровным, уверенным буквам названия.
«Сжигающая страсть».
Я застыла, не дыша. С болезненным грохотом стучало в голове понимание: вот оно. Это зелье я искала. Этим зельем опоили Агвида… У меня не было подтверждений, но сомнений не было тоже. Я просто чувствовала. Просто знала, что права.
И тут, подобно грому, за спиной раздалось наиграно весёлое:
– Совершенно верный вывод, ваше величество. Блестяще!
Содрогнувшись всем телом, я резко обернулась и с ужасом увидела страшное. Старик, встреченный нами наверху, дряблый и немощный на вид, но с подозрительно бодрым голосом, стоял в каких-то пяти шагах от меня, направляя на меня же ставший ясным смеющийся взгляд голубых глаз. Его ладонь спокойно лежала на плече Агвида, а сам маг… гордый, сильный, непокорный, сейчас стоял на одном колене, заметно шатаясь, беззвучно хрипя и, судя по искажённому судорогой напряжения лицу, отчаянно сопротивляясь боли и… чьему-то воздействию.
Я даже знала, кто именно это воздействие оказывал.
Метнув взгляд, разглядела во второй, спокойно опущенной вдоль тела руке учёного серебряную цепочку, как от медальона. Сам он, судя по всему, был сжат в кулаке.
Выводов напрашивалось несколько. Один другого хуже.
Первое: мужчина имеет воздействие на моего Агвида. Судя по тому, как плохо выглядел последний, воздействие было сильным, не терпящим сопротивления.
Второе: на всю прибывшую с нами охрану мужчина также имел расправу. Не знаю, подчинялись они ему или учёный попросту сумел как-то всех нейтрализовать, сути это не меняет.
Третье: возможно, но я почему-то уже не сомневалась, интерес королевы к делам Института Магии не был естественным и на сто процентов её. Раз у работающих здесь нашлось воздействие на Агвида, значит, и на королеву они также могли влиять. И влияли. Никаких сомнений лично у меня на этот счёт не было.
Судя по алчному блеску в голубых глазах, меня планировалось взять в коллекцию подопытных кроликов. Моим мнением, естественно, интересоваться и не думали.
Зря мы сюда сунулись… ой, зря.
– Ну что вы, – мне было до неконтролируемой дрожи во всём теле страшно, но не стоять же столбом в ожидании своей гибели, – блестяще действуете здесь именно вы.