Сердце шипов
Он глубоко вздохнул и, вероятно, продолжил бы, но я, несмотря на страх, так густо покраснела, что аж щеки запылали жаром. Я не знала имени темной, которая хотела проклясть мою сестру, но прекрасно поняла, о чем речь.
– По правде говоря, все получилось случайно, – призналась я, прерывая волка. – Я просто надеялась, что проклятье попадет в меня, а не в мою младшую сестру, даже ни о чем не задумывалась.
Волк выпрямился.
– Не задумываться – это, как правило, очень плохая идея. Но у тебя, с твоим храбрым сердцем, все получилось. – Он вывалил язык и, как мне показалось, ухмыльнулся. Так иногда делают собаки. При этом он, правда, показал все клыки, чем ничуть меня не успокоил. – Сердце госпожи Торнхарт было колючим, как терн. А твое, юная воительница, полно мужества – оно упрямое, будто вереск, что способен разрушать крепостные стены.
– Откуда вы знаете, кто я? – наконец удалось спросить мне.
Не каждый день встретишь говорящего волка, и пусть всякий раз, как он открывал пасть, я сразу вспоминала историю Красной Шапочки, он не проявлял никакого желания убить меня и съесть или проглотить целиком – пока что, во всяком случае.
– Все друзья Брианны Огнеястреб в этом лесу знают, кто ты, – ответил волк.
Он продолжал смотреть прямо мне в лицо – обычный зверь не стал бы так делать, поскольку это считалось вызовом. Большие желтые глаза гипнотизировали, и их красоте трудно было не поддаться.
– Это убийца темных? – раздался из-за кустарника на обочине еще один голос, чуть менее грозный.
Из леса справа от меня вышел огромный благородный олень. Я понятия не имела, как он это сделал. Никогда бы не подумала, что в переплетение колючих ветвей протиснется хотя бы кролик.
С другой стороны, олень был тоже говорящий. А для таких просочиться сквозь колючую преграду – сущий пустяк. Все знают о редких волшебных животных в лесах нашего королевства, но никто, и уж тем более я, никогда не думал, что на самом деле их встретит!
Брауни, должно быть, его почуял раньше и на этот раз не вздрогнул. Олень повернул голову, устремляя на меня правый глаз. Хищники, как волк, могут смотреть в лоб, а вот добыче, вроде оленей или лошадей, чтобы ясно видеть, приходится смотреть или одним глазом, или другим. Олень грациозно кивнул.
– О, это она. Чудненько. Так рад, что она сегодня пришла в лес! Ты ей расскажешь или я?
Он склонил ко мне голову, затем ее поднял. На каждом его роге было, наверное, по двадцать ветвей – значит, олень был очень стар.
– Прошу простить, что говорю о тебе так, будто тебя тут вовсе нет, моя госпожа, – добавил он.
– Как раз собирался ей рассказать. Но, вероятно, воительнице будет спокойнее в твоем обществе, нежели в моем. Ты ведь вегетарианец, – проговорил волк. – Если ты хочешь…
– Уверен, что любой, кто противостоял Торнхарт Нечестивой, ни капли тебя не убоится, но давай-ка позволим ей самой решать, ладно? – перебил его олень.
Решение далось мне просто по двум причинам. Пара природных врагов болтали как старые друзья, и волк упомянул Брианну. Да и оба вроде как собирались рассказать мне что-то очень важное. Возможно, мне воздадут какие-нибудь почести? Когда что-то подобное происходит при дворе, право поделиться сведениями – и получить вознаграждение, если таковое причитается, – принадлежит тому, кто пришел первым.
– Я очень ценю ваше предложение, сэр Олень, однако право первенства все же принадлежит сэру Волку, – произнесла я в лучших придворных традициях и слегка поклонилась в седле.
– Вот видишь? Ей с тобой совершенно спокойно, – сказал олень и поклонился мне, как это сделал волк. – И благодарю: там, куда поведет Лобо, у меня вечно путаются рога. Сплошная досада – через каждые пару шагов приходится просить его остановиться и подождать. Что ж, пойду своей дорогой. Было приятно познакомиться, Истребительница темных.
И прежде чем я успела открыть рот, олень встал на дыбы, развернулся на задних ногах и, перепрыгнув кустарник, скрылся в лесу.
Очень впечатляющий уход, однако за ним не последовало стука копыт по земле, и потому я заподозрила, что олень попросту затаился, желая подслушать, что же скажет волк.
Мгновение мы с волком смотрели друг на друга. Я была почти уверена, что в его взгляде сквозило веселье. И меня это полностью устраивало, ведь лучше так, чем если бы в его глазах горел голод.
– Что ж, Кларион, так сказать, выпустил кота из мешка… я здесь, дабы отвести тебя в одно очень секретное место, если ты мне доверишься, – наконец заговорил Лобо. – Я сыт, хотя, даже если бы умирал с голоду, тебе бы я не причинил вреда.
Он умолк на долю секунды.
– Но если Брианна окажется поблизости, когда мы вернемся, я бы без колебаний заглянул вместе с тобой к ней в гости. Она печет лучший масляный торт, – волк вздохнул. – Сладкий липкий масляный торт…
– Он скоро растолстеет и не влезет в логово! – донесся из-за кустарника голос оленя.
Точно затаился.
– Я все слышал!
– Так и надо!
Я сдержала улыбку. Волк снова перевел взгляд на меня. На этот раз выражение его морды было определенно страдальческим.
– Я совершенно уверена, что вы никогда не растолстеете, – твердо произнесла я.
– Благодарствую. И прошу, зови меня Лобо.
– А я просто Мири, без вот этого всего, – отмахнулась я от титулов. – Но вы ужасно скрытны – так и не сказали, куда хотите меня отвести.
– Это потому что мы связаны обязательством не рассказать, а лишь показать. – Лобо кашлянул. – Мы… вернее, наши с Кларионом семьи назначены хранителями, и нам даны очень четкие наказы, которые передаются из поколения в поколение. И, насколько мне известно, только ты или твоя мать… а я сомневаюсь, что она обладает навыками для… того, о чем я не могу рассказать. – Он посмотрел на меня с надеждой. – Но ты ведь мне доверишься?
Я не могла не заметить, как он завилял хвостом.
Что ж, это вовсе не самая странная вещь, которую я слышала. Или видела, если уж на то пошло. Моя жизнь определенно стала интереснее. Кивнув, я развернула Брауни.
– Ведите, а я последую за вами, – ответила я, прикидывая, что перекусить смогу и в седле, если придется уехать дальше от дома, чем я планировала. – Только надеюсь, мы не настолько задержимся, чтобы папа послал на мои поиски королевскую гвардию. Плохо будет нам обоим, но в основном мне. Я обязательно попаду в какие-нибудь неприятности, или меня в чем-нибудь ограничат, если он решит, что я недостаточно ответственна.
– Прослежу, чтобы ты не задержалась, – пообещал Лобо.
Лобо несся впереди, пришлось даже пустить Брауни галопом, чтобы не отстать. Однако я все-таки попросила волка остановиться, когда мы пересекали красивый чистый ручей, чтобы все попили, а Брауни отдышался.
– Далеко нам еще? – спросила я, поглядывая на солнце во время маленького перекуса.