Порочное влечение

— Что-то я засиделась здесь, — промямлила, хлюпая носом. — Пойду подышу свежим воздухом, заодно и присмотрю что-нибудь для завтрака Соне. Ей нужно побольше белка.
Я поднялась с места и пошла к выходу, больше ничего не говоря.
— Я присмотрю за твоей сестрой, — вслед донеслось.
— Нашей, Кирилл, — поспешила поправить его. — Не забывай, что свадьба еще не расторгнута, поэтому есть вероятность, что мы станем родственниками.
Секунда тишины и…
— Стася.
— М? — прежде чем выйти, я все же обернулась.
Кирилл так и замер возле моего уже опустевшего стула, вероятно, размышляя о чем-то своем.
— Ты очень сильная девушка, — после недолгой заминки сказал он.
— Знал бы ты, как я устала такой быть, — усмехнулась себе под нос и покинула квартиру.
    
Глава 19
Станислава
Ежась от предутреннего холода, я шла вдоль набережной городской реки. Конечно, ни о каком завтраке или кофе в такой ранний час не могло идти и речи. Солнце только начало подниматься над горизонтом, оставляя капельки росы на зеленых травинках, а над рекой стоял небольшой туман.
Мне просто хотелось побыть одной. Где-то там слышались отдаленные звуки редких автомобилей, рев сирен, а здесь — щебет ранних пташек, которым было плевать на все, что происходило вокруг них. Я завидовала им: они могли улететь куда угодно и обрести там дом. Начать жизнь с чистого листа… Неужели мне не по силам такое? К сожалению, люди слишком привязываются к другим людям, местам, своему образу жизни. Выйти из зоны комфорта для меня подобно смерти. Я так сильно не хотела лишаться своей возможности спокойно дышать, что даже не заметила, как начала жить словно на автомате. Встреча с одним парнем, другим, имитирование учебы, вечные тусовки — это лишь способы остаться на плаву.
— Красавица, не найдется огонька? — хриплый прокуренный голос вывел меня из размышлений, и я обратила внимание, что все это время стояла на краю моста для поцелуев, а рядом ошивался какой-то пожилой мужчина неприятной внешности. Судя по вони, исходящей от него, без определенного места жительства.
Нахмурившись, отцепила от перил руки, что так сильно сжала незаметно для себя, и сделала шаг назад.
— Что, прыгать собралась? — старичок тоже подошел к перилам и присвистнул. — Так, а смысл? Тут же даже неглубоко. Вот я знаю отличное место…
— Извините, я разве похожа на того, кто нуждается в чьем-либо совете? — странное онемение, возникшее из-за мыслей о том, что я пережила когда-то, постепенно отступало.
— Чем черт не шутит, — позитивно пожал плечами старик и достал из-за уха какую-то повидавшую жизнь замусоленную сигарету, всунув ее в рот. — Так что на счет прикурить? Не очень хочется потом рыскать по твоему утопшему телу в поисках вымокших спичек или что там у тебя.
Понимая, что он так просто от меня не отстанет, я медленно пошарилась в карманах своей сумочки и, обнаружив искомое, протянула ему зажигалку. Когда-то давно она была мне очень дорога, но сейчас… Даже не понимаю, почему я все еще носила ее с собой везде.
— Другое дело! Я уже думал так и помру не затянувшись. Благ тебе и всего… чего там еще желают в таких случаях, — взяв нужное, старик похромал куда-то только в ведомую ему сторону.
Позвонила сестра. Поведав мне о небывало “щедром” предложении семьи Жаровых, прощебетала что-то про свои вещи и отключилась.
А мне вдруг отчего так горько в душе стало. И даже не от того, что Кир снова воспользовался возможностью сблизить сестру со своим отцом или оттого, что бездомный мужик просто взял и присвоил себе мою зажигалку, а скорее от мысли, что сейчас я снова останусь одна. Наедине со своими демонами…
— Мужчина, подождите! — крикнула, догоняя хромого. — Не найдется еще сигаретки?
 
* * *
Сообщение от Сони застало меня, когда я вовсю жарила куриный окорок, купленный в ближайшем супермаркете по скидке и сейчас наколотый на импровизированный шампур в виде обрубка железного штыря, над костром в каких-то трущобах города. Нахмурившись, я попыталась разглядеть хоть что-нибудь на безобразно размазанном фото, что скинула сестра, и тут же убрала телефон, что дала мне соседка Кира, обратно. Нужно было срочно ехать на помощь сестре…
Дядя Федор, так представил тот старичок, оказался очень интересным собеседником. Мы проболтали с ним о всех невзгодах жизни добрую половину утра. И после того, как я узнала о его трагичной судьбе, мне даже полегчало. Мужчина, оказывается, в прошлом был достаточно неплохим предпринимателем. Довольно успешно торговал списанными машинами, пока его не вытеснили конкуренты. После этого его жизнь пошла под откос: жена бросила, повзрослевшие дети разъехались по всей стране, а дом забрали за долги. Теперь он скитался по городу с такими же обездоленными, смиренно ожидая того часа, когда все изменится. Собирал мелочь на переходах, пропивал вырученные деньги и просто жил одним днем. Честно говоря, я ужаснулась.
Неужели и меня ждет такой же конец?
— Молодая ты еще, оттого и глупая. У тебя еще столько впереди. Успеешь настрадаться. А пока живи наслаждайся молодостью и полным комплектом зубов, — дядя Федор продемонстрировал щербатую улыбку во все оставшиеся зубы. Их оказалось не так много.
Я скривилась и передала права на поварское дело старику. Тот, чуть ли не исходя слюной, принял у меня из рук штырь с насаженным мясом.
— С вами очень увлекательно, но мне пора бежать. Старайтесь меньше пить и жизнь наладится, — усмехнулась, отряхивая руки.
— Ишь какая умная. А сама-то! — съязвил дядя Федор, даже не оборачиваясь, чтобы попрощаться. Мясо, определенно, казалось, ему привлекательнее.
Я тепло улыбнулась и побрела на ближайшую автобусную остановку.
До Сони ехала недолго, все время находясь в состоянии полусна. Наверное, поэтому, когда я оказалась непосредственно перед домом сестры, и та бросилась мне на шею в слезах, для меня стало удивление то, что она сказала:
— Фу, Стась, от тебя свалкой какой-то воняет. Где ты была?
— Долго объяснять, — отмахнулась, фокусируясь на проблемах сестры. — Что стряслось? Этот мудак не хочет возвращать твои вещи?
Соня молча взяла меня за руку и повела в подъезд. Уже когда мы добрались до ее этажа, я поняла в чем дело. В том, что ее Никита подлый мстительный слизняк!
— Сонь, отойди-ка, — попросила в намерении добраться до говнюка.
— Что ты собралась делать? Просто помоги собрать вещи, и мы уйдем, — голос Сони дрожал.
— Сначала я ему врежу, — угрюмо заявила, начиная долбиться в железную дверь. — Открывай, урод! Смерть твоя пришла!
По ту сторону послышалась возня. В глазке мелькнул свет и тут же пропал. Я мрачно усмехнулась: прячется, трус. Боится.
— Стась, — робко послышалось от Сони, что вовсю рылась в своих разбросанных вещах.