Порочное влечение

Я не знала, что ответить на этот вопрос и пригубила темный горячий напиток поморщившись. Кофе оказалось некрепким, как раз таким, каким он мне не нравился более всего.
— Ты разве не все подслушивал? — сыронизировала.
А что, Кирилл ведь не отрицал того факта, что прекрасно знает о содержании прошедшей на “семейном” ужине беседе. Но ведь я точно помнила, как он отказался входить внутрь, когда явилась моя персона.
— Стася, ты же умная девочка, — снова включил ловеласа парень, даже не притронувшись к своей чашке. Взгляд его темных глаз прожигал во мне дыру, вызывая странную дрожь внутри. Горяч. Этот мужчина определенно хочет меня. — Всегда такой была.
Я насмешливо хмыкнула в ответ на его последнее заявление. Надо же! Кирилл помнит о моей успеваемости в школе. Как жаль, что он не в курсе, что после девятого класса я бросилась во все тяжкие. И от той умной хорошей девочки, коей была Станислава когда-то, осталась лишь жалкая горстка пепла.
— Ладно, — не став спорить, с горечью ответила. — Но я ни за что в жизни не признаю, что ты прав.
— Ну, и? Ответ на вопрос, сестричка, — Жаров принял правила моей игры в ненавязчивый флирт как-то по-своему. Его рука незаметно для остальных посетителей оказалась на моем обтянутом латексной материей бедре.
Хм, а ещё утром мне казалось забавным надеть подобное на семейный ужин. Только вот сейчас… Уже так не кажется, да.
— Мы пока еще не… — сбилась с мысли, когда поняла, что он начал поглаживать меня. Чертово тело! Злость тут же возобладала над низменными инстинктами. — Я думаю это как-то связано с выборами, — скинула его руку. — И ежу понятно, что твой отец не заинтересован в моей маме. Да у него даже с Соней химии больше, чем со Светланой.
Кирилл не стал настаивать и снова приставать. Он как-то довольно улыбнулся и откинулся на спинку своего стула.
— С чего ты решила? — одна его бровь приподнялась, а глаза сощурились. Тут же вспомнилось, как он раньше делал так, потому что плохо видел без очков. А в моей компании те обязательно оказывались где-то неизменно разбитыми на земле. Раньше я не знала, как еще уравнять свои шансы на победу в наших словесных баталия.
— Просто к слову пришлось, — пожала плечами, продолжая рассматривать уже заматеревшего мужчину, а не просто парня. Приходится признать, он действительно хорошенько поработал над собой, чтобы воссоздать эту лучшую версию себя. — Естественно, Соня не та, кто будет клевать на толстый кошелек, в отличие от…
— От тебя? — договорил за меня Кирилл, подразнив моим мобильником, которым помахал из стороны в сторону. Когда только успел вытащить из кармана?
— Вот заткнулся бы, — тихо огрызнулась, стараясь дать ему понять, что меня совершенно не заботит то, чем он меня дразнил. — Меня не волнует ничье материальное положение. Я и так неплохо живу.
— На деньги тех парней, что обеспечивают тебе жизнь, взамен на секс, — в лоб высказался Жаров, смахнув высветившееся сообщение с экрана моего смартфона.
Я успела только заметить, что писал Егор. Видимо, волновался потому что долго не отвечала. Дерьмо!
— То, что ты можешь в свободном доступе видеть мои переписки, не значит, что ты имеешь права судить обо мне в таком ключе, — сжала зубы, процедив эти слова.
— А как я должен судить, Стася? — немного печально усмехнулся он. — Мне нужно знать, что я могу тебе доверять.
Я, не удержавшись, рассмеялась.
— Мне? Доверять? Кирилл, ты же не вчера родился. Мы никогда не станем доверять друг другу, — сквозь смех выговорила поперхнувшись. Пришлось снова отпивать кофе.
— И почему же ты так считаешь?
— Я тебя ненавижу. Всегда ненавидела, — слова легко слетали с уст. — Ты мне большую часть детства своим присутствием подгадил. Неужели у тебя проблемы с памятью, и тебе нужно ее освежить?
А перед глазами те частые моменты стычек, где каждый из нас пытался доказать, что он прав. Мальчишка тогда всеми возможными подлыми способами отгонял от нас с Соней детвору, мешая общению и возникновению новых знакомств. Вскоре мы остались с сестрой одни. Не будь ее у меня, ровно как и обратно, я бы не выдержала. А так… У нас еще был извечный ботаник Кирилл, всегда жаждущий продемонстрировать свое превосходство над двумя беззащитными девчонками. Нас было некому защищать, поэтому я взяла роль защитника на себя.
— Это были всего лишь детские шалости. Ты тоже, если мне не изменяет память, частенько подставляла меня, — даже немного обиженно произнес Жаров.
Было дело, бесспорно. И подложенные ему в карман его любимых брюк крысиные какашки — самое невинное из всего мною вытворенного.
— Тогда о чем разговор? — развела руками, случайно сбив свою чашку кофе. Напиток тут же темной кляксой растекся по светлой скатерти, словно показывая, что вот она — причина всех невзгод. Но это лишь обычная неосторожность.
— Кофе, кстати, отвратительный, — резюмировала, задумчиво уставившись на пятно. Лучше так, чем дрожать под взглядом Кирилла.
Мне не нравилось, что я так реагирую на него. Зачем он вообще появился в моей жизни? Снова хочет все разрушить? Я и без него с этим делом справилась на “ура”.
— Но есть кое-что, что нас объединяет, — проникновенным голосом сообщил Жаров, когда я потянулась за салфеткой, чтобы промокнуть не впитавшийся в ткань напиток. Его ладонь коснулась моей.
— И что же это? Поделись, если не секрет, — не заинтересовано задала вопрос, прикрыв на мгновение глаза, и стала мысленно считать от одного до десяти в обратном порядке. Падре, мои мысли грешны, каюсь.
— Ты так же, как и я, не желаешь этой свадьбы, — огорошил меня Кирилл, отчего я даже распахнула в изумлении глаза и столкнулась с его — каким-то затягивающим на самое дно безумия.
Что он делает? Зачем постоянно стремится притронуться? Я, вообще-то, ценный экспонат. Руками не трогать!
— С этого и нужно было начинать разговор. С чего бы вдруг сыночку богатенького папочки не хотеть достойной партии для отца? — прошипела, вырвав свою руку и теперь уже протирая ее, как будто коснулась заразы.
Мне хотелось стереть его прикосновение, что словно въедалось под кожу, навечно оставляя за собой след. Меня до сих пор гложила мысль, что я переспала со своим будущим братом. А то, что он предложил… Это был один из выходов, который мне и самой приходил в голову не раз за день — отличная возможность очистить свою совесть.
— Считай это блажью сыночка богатенького папочки, сестренка, — ровным тоном, перенятым явно у своего отца, сообщил Кирилл. Похоже, он обиделся. Надеюсь, не на то, что я не позволяю ему себя трогать?
— Очень остроумно, придурок, — угрожающе произнесла. — Значит, враг моего врага — мой друг, так ты хочешь сказать?
— Я не надеюсь на твою дружбу. Мне это ни к чему. Просто временное перемирие, — равнодушным тоном сообщил совершенно незнакомый мне мужчина, что сидел напротив. Что-то в Кирилле, определенно, изменилось, помимо внешних данных. Характер? Выдержка? Интересно, сможет ли он потягаться со мной в количестве совершенного дерьма? Долго гадать не пришлось, Жаров сам начал раскрывать свои карты: — И еще кое-что. Ты должна будешь уговорить Соню встать на нашу сторону.