Пленница

– Обязательно, но завтра. Сегодня ты только булыжник, идущий на дно, и сможешь изобразить.
Недовольно фыркаю.
– Скучный ты, не весело с тобой, в следующий раз в собутыльники Андрея приглашу.
– По попе получишь, – переступая порог гостиной с моей тушкой на руках, рычит Юдин.
– Эх, как же я давно по попе не получала. Аж страшно представить. А для женского здоровья, вообще-то, рекомендуется регулярно.
Боже мой, какую чушь я несла!
– Давно – это сколько?
Юдин скотина, на кой ему понадобилось это знать?
–Где-то семь месяцев. Жесть, да? – интересуюсь мнением Рената, и он мне отвечает:
– Не так уж и долго.
– Да ну…, а ты сам хоть раз обходился без секса целых семь месяцев, а?
– Это разные вещи, я же мужчина.
– Австралопитек ты доисторический. Какая разница, мужчина или женщина? Потребности у всех одинаковые.
– Ник, завязывай хулиганить. Завтра ведь заявишь, что это не ты меня, а я тебя домогался.
– Неа, – одна рука наглаживает Юдину спину, другая мнёт грудь, а ртом нет-нет да прикусываю ему мочку уха. – Не заявлю. Я давно только об этом и мечтаю.
Что?! Я не могла такое сказать, это ведь не правда. Язык бы мне выдрать.
– Вероника, сдаётся мне, что ты сама плохо соображаешь, что болтает твоя голова. Обсудим мечты завтра.
Ну вот же, разумные слова, почему же я не послушала?
– Отпусти меня на пол. Сама до спальни дойду,– обижено потребовала я.
Блин, не хочу вспоминать, что было дальше. Я ведь на самом деле тогда не губы надула, а план разработала, как Юдина соблазнить и с блеском в жизнь воплотила, через несколько минут мы у него в комнате оказались, и началось такое…
    
Глава 15
Переспать с Юдиным – больший идиотизм вообразить сложно. И ведь, кроме себя, обвинять некого: инициатором сей глупости была именно я. Возможно, сейчас морально было бы легче, вычеркни алкоголь вчерашний вечер из памяти начисто. Ведь наверняка бы решила, что это Ренат подло воспользовался моим невменяемым состоянием, чтобы затащить в койку. Но ведь и этого крошечного утешения у меня нет. Юдин точно не виноват, он, как только мог, отбрыкивался от близости, несколько раз взывал к голосу разума, объяснял, что из-за выпитого туго соображаю и предупреждал, что если не успокоюсь, утром буду жалеть.
Ну хоть плачь. Как я могла? Мне доводилось, слушать стенания подруг, после того как они высыпались не в той постели, я их не осуждала, но при этом была искренне убеждена, что я-то в такую ситуацию точно не попаду. И вот, на тебе, пожалуйста, мы с Юдиным голые лежим на кровати. Правильно гласит народная мудрость «Не говори «гоп» пока не перепрыгнешь.
Чуть повернув голову набок, глянула на Рената, дыхание ровное, лицо в потёмках не особо хорошо видно, но кажется умиротворённым. Не думаю, что он по поводу случайного секса, как я, будет переживать. Мужчины в принципе, как показывает жизненный опыт, к близости относятся проще, отряхиваются и дальше идут.
С Юдиным ё-моё, ну почему именно с ним?
Он же неслучайный парень из клуба, с которым при желании можно больше никогда не увидеться. Сколько времени в качестве заложницы проведу в его доме? Месяц? Два? И ровно столько мне придётся прятать глаза, слушать язвительные шутки на тему совместной ночи, а возможно и отбивать попытки её повторить.
Хотя по поводу последнего ­­ – бабка надвое сказала. Юдин имел ко мне интерес, но теперь он должен угаснуть. Ему ведь за мной даже охотиться не пришлось, а что досталось легко, то обычно не ценится.
Кстати, насчёт не ценится. Раз уж повезло проснуться раньше Рената, надо скоренько сматываться, чтобы кого-то лишить удовольствия в принудительном порядке выставить меня за дверь.
Для начала привстала на локти и огляделась, светлая тряпка на полу – это скорей всего моё платье, с подлокотника кресла свисает, если зрение не подводит, бюстгальтер, трусов не вижу, да и чёрт с ними…. Даже если они достанутся Юдину как трофей – это не так страшно, как разбудить его, перетряхивая всю комнату.
Осторожно скинув с себя одеяло, полностью сажусь и выдыхаю. Треть дела уже позади, осталось встать, надеть платье и, прихватив бюстгальтер, на цыпочках выйти.
Ну, Ника, смелее… давай….
Сначала одну ногу ставлю на пол, затем другую, после медленно-медленно отрываю пятую точку от матраца, но даже в полный рост выпрямиться не успеваю, как раздаётся голос Рената:
– Далеко ли собралась?
Стремительно лечу обратно на постель. Нет, не так, не сама я упала, меня уронили, Юдин, ухватив за талию, повалил.
– Ты куда? – интересуется мужчина, я же сейчас готова умереть от стыда.
Лежу на спине с широко разведёнными ногами, сверху устроился Юдин, его взгляд устремлён мне в глаза, а руки…, а что вытворяют его руки, даже мысленно озвучить и то смущаюсь.
– К себе хотела уйти? – призналась я.
– Зачем это интересно? – в тоне Рената прозвучали ноты недовольства.
– Чтобы не мешать.
– А кому это ты здесь помешала? М?
Вместо того чтобы дождаться от меня каких-либо слов, Юдин сам ответил на свой же вопрос, а именно впился в мои губы немыслимо жадным поцелуем, наглядно демонстрируя, что в его спальне, по крайней мере, сейчас я желанная гостья.
Очуметь, теперь понимаю, почему меня в пьяном состоянии потянуло в объятия именно Юдина. Алкоголь выключил мозг, мной руководили одни лишь инстинкты, они-то безошибочно и определили, кто из окружения альфа-самец.
Вообще-то, мне как пленнице, положено ненавидеть Рената, вместо этого охотно отзываюсь на поцелуй, воспламеняюсь от прикосновений, да ещё и недвусмысленно тяну его бёдра на себя, приглашая к новому воссоединению.
– Ренат, погоди, – выкрикиваю я и, резко перевернувшись на живот, зажимаю рот ладонью.
– Тошнит?
Мужчина с таким сочувствием спрашивает, словно я не осознанно отравилась алкоголем, а случайно съела что-то несвежее.
Рот открывать побаиваюсь, поэтому киваю.
– Бедолага, – ворчит Ренат, включает прикроватную лампу и в следующее мгновенье протягивает стакан. – Выпей, должно полегчать.
– Что это? – на свой страх и риск, убрав ладонь ото рта, интересуюсь я.
– Рассол. Ты когда уснула, специально на кухню ходил. На случай если болит голова, ещё есть обезболивающее. Дать?
Предварительно натянув на себя одеяло, сажусь, трясущимися пальцами обхватываю стакан и до последней капли выпиваю рассол.
– Теперь можно и таблетку, – облизав губы, говорю я. – А потом пойду к себе.
– Примешь таблетку, а потом сделаю тебе массаж шеи и головы. И даже не спорь.