Попаданка для герцога?

– О, – вздохнул Аталрик и слегка поклонился, – соболезную. Кажется вы были близки…
– Не то чтобы очень, – вздохнула я, – но мы с Гизеллой хорошо ладили. Идемте в дом. Я посмотрю ваши бумаги после обеда.
Документы у королевского представителя были в порядке, и можно было бы начинать работать, но я была так разбита, что попросила у Аталрика паузу до завтрашнего утра. Надо было привести свои чувства и мысли в порядок.
Я велела Клати разместить Аталарика в последней гостевой комнате, Трилл подавать поминальный обед через полчаса, а сама отправилась к себе в комнату. Мне нужно было переодеться. Пока ходили на кладбище я промочила ноги. Когда я уже привела себя в порядок и собиралась выйти, в дверь постучали.
Там был лекарь. Я, к сожалению, во всем этом сумбуре даже не запомнила, как его зовут.
– Леди Лили, – тихо сказал он, – я принес вам капли, как вы и просили. Позвольте я войду и приготовлю вам лекарство.
Я открыла было рот, чтобы сказать, что я ничего не просила, но лекарь уже оттеснил меня и бесцеремонно вошел в комнату и закрыл за собой дверь.
– Что вы себе позволяете?! – возмутилась я, – я не нуждаюсь в вашей помощи.
– Простите, леди Лили, что пришлось прибегнуть к такому обману, – толстенький пузатенький лекарь сложил короткие ручки на животе, – но я должен предупредить вас. В поместье твориться что-то неладное…
– Что?! – перебила я его невольно, ощущая, как холодок страха сковывает движения.
– Понимаете, – лекарь задумчиво потеребил длинные, как у Тараса Бульбы, усы, – дело в том, что ваша кухарка, Трил, уверена, что ее сестру, Гизеллу, отравили.
– Подождите, – перебила я его снова, – но вы же сами сказали, что это был сердечный приступ?!
–Верно, – вздохнул лекарь, – именно потому я пришел к вам, а не обратился в городскую управу.
Я глубоко, до головокружения вдохнула, и замерла, широко раскрыв глаза. Лилька… куда ты опять вляпалась.
– Леди Лили, – лекарь взял меня за руку, усадил в кресло, накапал в стакан успокоительное и, плеснув воды из графина, протянул мне, – кухарка утверждает, что ее сестра не могла умереть от сердечного приступа. Вы же знаете, что Гизелла была тайной возлюбленной сэра графа, прежнего хозяина этих земель? – спросил лекарь.
– Да, – кивнула я, делая глоток, – она рассказала мне о своей связи с графом в самый первые дни после моего приезда.
– А она говорила вам, что в прошлом году очень сильно болела? Аккурат во время ареста его светлости? – Я снова кивнула и отпила из стакана еще. – Так вот… ее сестра утверждает, что накануне ареста граф отправил в поместье мага-лекаря, который должен был вылечить госпожу Гизеллу. Тот же приехал в поместье, провел пару часов наедине с заболевшей, а потом уехал. И для кухарки это является основанием, чтобы утверждать, что после лечения магом-лекарем ваша экономка была абсолютно здорова.
– То есть, – выдохнула я из себя вопрос, – вы хотите сказать… Гизеллу, правда, убили?!
– Я не думаю, леди Лили. Как я уже говорил, в таком случае не пришел бы к вам, – лекарь накапал в опустевший стакан капли, плеснул воды и выпил одним глотком, – но я должен вас предупредить, ваша кухарка думает, что ее сестру отравили либо вы, либо сэр Фипп.
– Что?! – у меня закружилась голова, а перед глазами все поплыло, – но… почему?! – выдохнула я вопрос и тут же ответила сама себе, – потому что все остальные – свои. А мы чужие.
– Верно, – кивнул лекарь, – и вы должны быть очень осторожны. Трилл… она очень болезненно восприняла смерть сестры. И я не полностью уверен в ее адекватности.
– Спасибо, – пробормотала я и замолчала. Я понимала, что случилось и чем это мне грозит… но принять, что все это происходит на самом деле, пока не получалось. Казалось я сплю… или нахожусь в какой-то кошмарной нереальности…
– Леди Лили, – лекарь протянул мне еще один стакан с каплями, который я взяла, – я бы на вашем месте уволил кухарку…
– Д-да, – прошептала я и поднесла стакан к губам. И тут до меня дошло о чем намекает лекарь, – вы думаете Трилл… может?
Лекарь только пожал плечами и виновато улыбнулся. Что же он прав. Рисковать собой я не намерена.
На кухню я почти бежала. Страх гнал меня, заставляя сделать то, на что я никогда не решилась бы, несмотря на все свои рассуждения.
– Трилл! Ты уволена! – выпалила я с порога.– И ты покинешь усадьбу немедленно. У тебя десять минут, чтобы собрать вещи. Аник отвезет тебя в деревню или на почтовую станцию. Как пожелаешь.
Кухарка в это время резала овощи на жаркое. Она застыла с ножом в руке, глядя на меня ненавидящим взглядом.
– Ты… ты убила мою сестру, а теперь увольняешь меня?! – зашипела она, – тебе конец, отравительница! Я отправлюсь в Крамсбург и пойду в городскую управу! Они выведут тебя на чистую воду!
Она бросила нож, он загремел по каменному полу, высекая искры, развязала фартук и, смяв его, одним рывком швырнула вслед за ножом.
– Это твое право, Трилл. Но сейчас ты немедленно уберешься из моего поместья, – ответила я, еле удерживая себя в дверях кухни. За мной столпились все остальные: слуги, Фипп, королевский представитель и лекарь. И я не могла быть слабой при них. Я баронесса, а не трусливый кролик.
    
Глава 20
Трилл уехала вместе с лекарем. Я следовала за ней по пятам, следя, чтобы она не подгадила мне напоследок. Но она молча собрала вещи и села в карету, ни с кем не попрощавшись.
Кухарка уехала, а тревога осталась. Теперь я видела угрозу в каждом темном углу каждой комнаты в доме и от этого было жутко. И только в своей спальне, за закрытыми дверями становилось немного легче. Я старательно гнала от себя мысли о неестественности смерти Гизеллы, но червячок поселившийся после слов лекаря не унимался и грыз душу, заставляя все внутри сжиматься от страха. А вдруг Трилл права в своих подозрениях?
Нет, ну, в своей невиновности я была уверена абсолютно. А вот невиновность остальных… чем больше я об этом думала, тем сильнее подозревала всех вокруг…
Фипп, к примеру, на самом деле единственный чужой человек, кроме меня. У Клати могли быть конфликты с матерью, о которых мы просто ничего не знали. А Трилл? Вдруг она завидовала Гизелле и мечтала быть на ее месте. Аник, вообще, столько лет видел, как его жена открыто живет с другим мужчиной… Как ни крути, а все оказывались под подозрением.
Я пыталась остановить собственное воображение, напоминая слова лекаря о том, что это был просто несчастный случай… Но получалось не очень.
Стук в дверь заставил меня вскрикнуть от неожиданности. Сердце подскочило к горлу, перекрывая кислород, и я на остатках воздуха прохрипела:
– Кто там?
– Это я, леди Лили, – голос сэра Фиппа успокоил. – Я хотел позвать вас на ужин. Клати накрыла на стол…