Будь со мной нежным

Визг тормозов бьет по мозгам, но воспринимаю его как-то отстраненно. Как только джип останавливается, дергаю ручку двери на себя. Мажор удивленно смотрит на меня, но я хватаю его за грудки и вытаскиваю на асфальт.
— Я думала, что сойду с ума, — всхлипываю и бросаюсь к нему на шею.
Он крепко обнимает меня. Так крепко, что кажется, еще чуть-чуть, и затрещат мои кости. Мы стоим, прижавшись друг к другу и молчим. Макар гладит меня по голове, потом отстраняет, смотрит в лицо, словно спрашивая разрешения, и нежно прикасается в губам.
Более сладкого поцелуя у меня никогда не было. Наслаждалась каждым вдохом, каждым поворотом губ, смаковала, облизывала, стонала…
Макар отрывается от меня, смотрит повлажневшим взглядом.
— А ты горячая штучка, лейтенант Седых.
А мне кажется, будто у меня отобрали ковш с живительной водой. Я снова тянусь к нему, глажу скулы, нос, обвожу пальцем губы.
— Пожалуйста, еще…
— Молодые люди, может, подумаете о приличиях? — сердитый голос выливает на меня ушат ледяной воды.
Вздрагиваю и оборачиваюсь: Леонид Михайлович смотрит насмешливо и кивает в сторону крыльца участка. Перевожу взгляд и холодею: там собрались мои коллеги. Они удивленно переговариваются, показывая на нас пальцем.
— Уля, садись в машину, — приказывает Макар.
Я заливаюсь краской до ушей. Заглядываю в зеркало и от смущения не знаю, куда спрятаться. Горит лицо, уши, пунцовая шея вообще пламенеет ярче огня.
— Ты куда уехал? Знаешь же, что нельзя.
— Прости, ты была у начальника, а этот небесный товарищ меня напугал.
— Как напугал?
Я немного успокаиваюсь, наблюдаю, как адвокат выруливает на проспект, как плавно ведет машину, и слушаю уже внимательно.
— Когда я увидел Леонида, сначала решил, что это ангел. Но это был настоящий адвокат. Он пришел, чтобы уладить формальности с моим иском.
— Ага, хотел содрать с меня деньги? — надуваюсь, как рыбий пузырь я.
— Не волнуйся, с этим вопросом все решено.
— А куда вы исчезли?
— Дай договорить, не торопи, — мажор успокаивающе сжимает мои пальцы, я даже не заметила, что мы сидим, как влюбленные, щечка к щечке. — Я убедил Леонида забрать иск. А тут звонит приятель Алекс и умоляет вывезти его из фотостудии.
— Приехали! А этот как там оказался?
От удивления челюсть отвисает.
— А это вовсе не он. Наш малыш-ангел впечатлился прелестями модельки и решил с ней развлечься.
— У вас же людей все так просто, — поджимает губы адвокат.
Я смотрю на него подозрительно и спрашиваю:
— А ты сейчас кто?
— Пайель я.
— Короче. Он влез в тело Алекса, попытался сделать подкат к Алисе, пока мы с тобой решали дела с пожаром. Та была на съемках. Этот…— Макар показывает кулак в зеркало. — Сорвал рекламный процесс. Он в теле звезды районного масштаба, то бишь Алекса, появился в студии и отвлек внимание на себя. Все сразу бросились к нему, просили сделать селфи, дать автограф. Алиса разозлилась, и, когда ангел полез к ней в гримерку, заперла его там и уехала.
— И сколько ты там сидел? — смех так и распирает грудь, боюсь, еще чуть-чуть, и расхохочусь.
— Всю ночь и еще полдня.
— Почему не позвонил?
— У меня был телефон Алекса, а в книге звонков не было ни одного Макара. Вот и пытался вычислить, набирал всех подряд.
— Ну, ты даешь! — восклицаем мы хором, а потом не выдерживаем и начинаем смеяться.
— Ага, сглупил, как вы люди говорите.
— И… под… каким… ником я записан? — давясь смехом спрашивает Макар.
— Мартышка, — тихо отвечает ангел и сворачивает на стоянку торгового центра «Грандэ».
— Что? Как? Ну, Алекс, держись! — смеется Макар.
— А куда дели адвоката? — возвращаю всех на землю я.
— Пришлось доставить Алекса домой, а Пайель переселился в тело Леонида. Вот такой кордебалет получился.
— А сейчас мы куда пойдем?
Настороженно смотрю на роскошный центр, а сердце замирает от волнения.
— Будем решать вопрос со свадьбой.
— Не торопимся?
— А чего ждать? Сама видишь, что происходит. Я отсутствовал минут сорок, а ты дошла до полного отчаяния.
— Хочешь сказать, что сам был спокоен.
— Не скажу, ангел — свидетель, у меня живот так скрутило, думал душа вместе с кишками в унитаз вылетит.
Мы заходим в широкий холл. Со всех сторон несутся ароматы парфюма, щекочут нос и манят за собой, невольно глубоко вдыхаю. Как я далека от этой светской тусовки!
Макар решительно берет меня за руку и тянет за собой. Я иду за ним, будто овца на заклание, и молюсь, чтобы не встретить знакомых.
Мажор нажимает кнопку лифта. Я наблюдаю, как прозрачная кабина опускается вниз. Двери разъезжаются, мы пропускаем пассажиров.
— Макар! — раздается сзади мужской голос. — Как это понимать?
    
Глава 26. Дамы, дамы, брейк!
Оборачиваюсь и скриплю зубами: принесла же нелегкая отца! Первый порыв — отпустить руку Ульяны и сделать вид, что схватил ее случайно, давлю на корню: пусть батя принимает ситуацию такой, какая уж есть. Мосты сожжены, сук, на котором сидел, срублен. Тем более, что миниатюрный лейтенант выглядит сейчас очень стильно и привлекательно.
— Пап, притормози, не наезжай, — останавливая его. — Хочешь поговорить?
— Здравствуйте, — тихо говорит Седых, бледнея на глазах.
Она пытается выдернуть свои пальцы из моей ладони, но я держу крепко, не на того напала. Не меняю на ходу своих решений и не отказываюсь от данных слов.
— Думаю, тебе надо объясниться, — отец поворачивается к Уле, окидывает ее профессиональным взглядом и спрашивает: — Кто вы, юная леди?
— Пап, прошу в мой кабинет.
Больше не разговариваю, вызываю новый лифт, и мы вместе едем на административный этаж. Секретарша, заметив нас, вскакивает.
— Ой, Макар Павлович, Павел…
— Маша, меня ни для кого нет!
Хватаюсь за ручку двери, но секретарша бросается наперерез.
— Макар Павлович, там…
Договорить не успевает: дверь распахивается и на пороге появляется собственной персоной Алиса. Вот она никогда не теряется, мгновенно оценивает обстановку, видит меня, Улю, отца, поджимает губы.
— Как это понимать? — дергает меня за рукав.
— Потом.
Я отодвигаю ее и вхожу в кабинет, не собираюсь устраивать личные разборки на глазах у сотрудников. Провожаю Ульяну к дивану, сам намеренно сажусь рядом.