Цель оправдывает средства. Том четвертый (СИ)
Дроидов не жалко. Дроидов можно построить.
А потому они идут вперед — летят, бегут, крадутся сквозь разрывы бомб, через воронки от разорвавшихся снарядов и мин.
Идет дюрасталевая волна уничтожения еще одного очага Нового Восстания.
Склон перед ним оказался крутым, но преодолимым, и комендантская рота — единственные штурмовики, которых он взял с собой в бой, постепенно продвигались вперед. Огонь противника изредка доставал и до них, но на излете и на таком расстоянии не представлял пока никакой опасности. Штурмовые дроиды двигались не менее чем в полукилометре перед его подразделением. И именно там кипела самая настоящая смерть.
Два мятежных корпуса ИКЗТ намеревались вести перекрестный огонь по колоннам танков и бронетехники, которые должны были войти в город в качестве тяжелой техники прикрытия наземных подразделений. Но этого не случилось.
Вместо этого «курносики», с поддерживающего 10-й корпус звездного разрушителя, нанесли удар по всем главным объектам города, обрушив десятки выросших за последний год зданий. До того, как сюда пришла Вечная Империя, здесь были лишь ветхие лачуги. А сейчас появились небоскребы… Так что, можно сказать, что Закуул забирал свое.
Глухой низкий гул, казалось, шедший из-под земли, отвлек Дято от разглядывания дымящих и рушащихся зданий. Гул нарастал, мелкие обломки стены стали подпрыгивать, и Дято понял, что происходит. Подземный гул становился все громче и сильнее, и вскоре штурмовикам, чтобы удержаться на ногах, пришлось ухватиться за ближайшие незыблемые части построек. В случае маршала, для него этой опорой стал кусок ржавой арматуры, под неизвестным углом торчащий из развороченной стены какого-то здания. Почва под ногами дрожала словно происходило землетрясение. По поверхности пробежали длинные трещины, и из них вырвались языки пламени.
— Преторианец! Доклад?! — крикнул Дято, стараясь перекричать грохот хотя бы внутри своего шлема.
От сильного толчка маршал упал, а в это мгновение весь пролом внезапно закрыла стена огня, взметнувшегося вверх на сотни метров.
Как и многие другие осажденные, мятежники уничтожали все, что не могли удержать. От оглушительного грохота и непереносимо яркой вспышки сенсоры визора шлема на несколько мгновений отключились, зарегистрировав перегрузку для органов чувств, сберегая глаза штурмовика. Ударная волна отбросила его на десятки метров в сторону, но маршал вовремя сгруппировался и отделался лишь болью в плече, когда затормозил всем корпусов об еще одну стену. Затем сверху обрушилась лавина поднятых взрывом обломков, и Дято услышал крики боли и треск ломающихся доспехов. Несколько его штурмовиков погибли, погребенные под обломками скал.
Воздух наполнился мелкой пылью и дымом, а когда командир корпуса счел возможным пошевелиться, он увидел, что большая часть улицы, по которой они двигались, просто исчезла в пламени, оказавшимся настолько интенсивным, что остатки пермакрита дорожного полотна расплавились и принялись стекать серыми ручьями на дно рукотворного ущелья.
— Маршал клон-коммандер Дято, — отозвался голос командира дроидов. — Вы живы?
— Да, — ответил клон, наблюдая за тем, как бойцы комендантской роты проводят перекличку. Двадцать семь человек просто испарились в этой стене огня. Ублюдки-мятежники просто сожгли их с помощью газопровода, который уже разрушен авиацией и артиллерией. Как раз во избежание таких вот «сюрпризов». Иных соображений о том, что могло таким вот образом действовать, у него просто не имелось. Зато есть искусственный мозг преторианца.
— Противник использует системы газоснабжения города для атаки веществом по типу напалма, подавая его по трубам под высоким давлением. Наиболее вероятно, что система была заблаговременно подготовлена к подобному.
— Ублюдки, — Дято почувствовал горечь во рту. — Потери?
— Две тысячи семьсот девяносто один «небовик» уничтожен, — сообщил преторианец. — Продолжать наступление?
— С максимальной скоростью, — ощерился Дято. — Отправь пару отрядов для того, чтобы сканировали город с воздуха. Найдите распределительный узел, с которого они производят эти атаки и зачистите его.
— Данный тактический ход неэффективен, — предупредил преторианец. — Прогнозирую большую убыль среди «небовиков». Три секунды до локализации источника опасности.
— Согласен, — Дято уже и сам понял, что сморозил глупость. Стоит ему только отправить «небовиков» и штурмовых дроидов в прорыв к источнику опасности, противник предпримет новую атаку. Маловероятно, что противник формирует смесь прямиком в резервуарах — значит это происходит непосредственно на распределительном узле. Иначе, в случае атаки имперцев, на месте завода или в его окрестностях, под поверхностью по идее должны были располагаться хранилища газа. А раз так, то смесь могла бы и взорваться при бомбардировке…
— Местонахождение распределительного центра газзопровода локализовано? — поинтересовался он у дроида.
— Так точно, — ответил тот. — Три километра на северо-северо-запад по сетке три…
Электроника шлема мгновенно проецировала перед ним нужные координаты, с учетом шифрограммы. Значит северное направление, шесть километров… Прекрасно. Да, здесь проходит главный топливопровод от перерабатывающего завода на окраине. Завод уже разрушен бомбардировкой с орбиты, но, похоже, оставшиеся внутренние запасы в подземных хранилищах за пределами завода. А распределительный узел, через который проходит газ с завода и хранилищ перед тем, как направиться в разные районы города, вот тут, на северной окраине… Ну все, ублюдки-мятежники, сейчас вы за все ответите!
— Артиллерия, — открыл он канал связи с соответствующими силами поддержки. — Передаю координаты. Удар кинетическими снарядами «болванками».
Такие использовались «Гиацинтами» для пристрелки по позициям противника и уничтожению особо бронированных или глубоко закопанных бункеров. А сейчас же Дято намеревался с их помощью перебить трубопровод диаметром десять метров, выполненный из дюрастали толщиной в пять миллиметров. Малейшей детонации может хватить на то, чтобы взрыв сравнял несколько районов города с землей.
— Координаты получены, — сухо ответил командир приданного дивизиона «Гиацинтов». — Запросил корректировку с орбиты и подтверждение силами МЛА. Десятисекундная готовность.
Спустя обозначенное время в воздухе с чудовищным ревом стали проноситься метрового размера цилиндрические боеприпасы. Дято как-то имел возможность наблюдать за тем, что остается на поверхности планет после того, как дивизион «Гиацинтов» проводит подобную «артиллерийскую пристрелку».
И сейчас он, сидя за полуразрушенной стеной, баюкая поврежденную руку (все-таки сломана), он прислушивался к сотрясающим землю разрывам с севера. Артиллерия била, не обращая внимания ни на что, вкладывая все свои «болванки», несущиеся к цели на огромной, едва ли не крейсерской истребительной, скорости. Он представлял, как эти снаряды вырывают огромные куски почвы в местах попадания, выбрасывая сотни килограмм почвы и разбрасывая их по окрестностям, оставляя после попаданий громадные воронки, в которых с комфортом можно было бы разместить парочку танков «Судный день».
Затем, все так же сотрясая землю гулом и воздух — раскатами грома, все же взорвались подземные хранилища газа.
— С орбиты сообщают, — раздался голос артиллериста в шлеме Дято, — что сдетонировали подземные хранилища вблизи ранее разрушенного завода. Воронка размером со звездный разрушитель…
— Детонации в городе, после разрушенного распределительного узла есть? — поинтересовался маршал.
— Нет, сэр, мы его аккуратно накрыли, — ответил старший артиллерист. — А вот почему рвануло…
— Потому что местные мятежники смешивали свою огнесмесь напрямую в резервуарах подземных хранилищ, — угрюмо произнес Дято. Особо гадать не приходится — экономика Нью-Ков полностью парализована. Газ был главным источником для функционирования систем гражданской инфраструктуры и промышленных объектов.