Цель оправдывает средства. Том четвертый (СИ)
Все готово для победы. Боевая группа на орбите планеты ведет сражение с местными силами обороны — парочкой ротанских звездных разрушителей, которых прикрывают с поверхности несколько ионных орудий системы противокосмической обороны.
Это не продлится долго. Против «блестящих» может быть тойдарианцы и выдержали бы, но не против ветеранов Штурмового Корпуса.
Антон закрыл глаза, продолжая держаться за поручень в десантном отсеке «Часового», ожидая, когда пилоты завершат падение сквозь плотные слои атмосферы Тойдарии. Падение с ускорением — лучший способ для преодоления завесы огня систем ПВО. Которые в настоящий момент уничтожаются бомбардировщиками и штурмовиками со звездных разрушителей.
Но даже не этого нужно опасаться тем, кто сейчас находится в столице Тойдарии. Кровавое сражение, кипящее на орбите и в атмосфере — ничто по сравнению с тем, что будет дальше.
Челнок тряхнуло. В одночасье пропал шум двигателей.
— Угодили под выстрел ионной пушки, — донесся голос пилота из кабины. — Мальчики-десантники не волнуйтесь, наша птичка и не такое переживет. И-и-и-и… раз!
Рывок, произошедший при включении разом всех резервных систем, в том числе и антигравитационных двигателей, едва не вытряхнул штурмовиков из брони.
Маршал клон коммандер с силой сжал веки, раскрыл глаза. Знакомая белизна перезапуска систем брони вновь наполнялась стремительными течениями, временами с алым отблеском, будто он поднимал закрытые глаза к ослепительному сиянию полуденного солнца.
Именно эту, подернутую красным белизну, приобретающую болотистые оттенки, он видел сейчас сквозь иллюминатор, пока корабль проваливался все глубже и глубже в атмосферу Тойдарии. Белизну, сопровождаемую раскатами грома запускаемого главного двигателя, сумбуром приглушенных голосов на тактическом канале…
— Надеюсь, желудок у тебя не предал хозяина, — раздался едкий женский голос позади. Маршал обернулся, взглянув на завернутую в темный плащ Асажж Вентресс.
Девушка стояла вблизи десантной аппарели. Позади нее выстроилась комендантская рота клонированных солдат его корпуса — в броне и шлемах, с бластерными винтовками типа «Паззл» в руках, с патронташами, переброшенными через грудь крест-накрест. и пластиковыми рюкзаками за спинами, под завязку наполненными боезапасом. Их обязанность — охранять штаб. Но сегодня штаба не будет. Потому они идут в атаку. И рады этому. В Штурмовом корпусе солдаты не очень любят быть приписанными к комендантской роте — они созданы для войны и каждый из солдат мечтает быть на передовой.
Клоны негромко переговаривались, как это делают любые закаленные в боях ветераны перед началом очередного сражения. Солдатские шутки, понять потаенный смысл которых было выше сил любого разумного, не связанного с вооруженными силами, не прочувствовавшего на себе всю тяжесть солдатской ласки, заглушали все мрачные предчувствия; единственное, что он мог уловить — шутки тоже были весьма мрачными.
— Нет, все в порядке, — произнес он, усмехнувшись под шлемом. Он прекрасно знал, что женщина ощущает все его эмоции с помощью своей Силы. Во многом это и обеспечивало спокойную ровность развития их отношений — флегматичный характер клона и взрывоопасная натура раттатаки, обожающей различного рода подколки и словесные перепалки.
— Никакого веселья, — мелко засмеялась Вентресс. Благодаря визору шлема Антон видел, что девушка многообещающе улыбается в предвкушении схватки. Убивать она любила и была в этом непревзойденным профессионалом. За что, собственно, клоны 11-го штурмового корпуса стали относиться к бывшей аколитке графа Дуку с большим уважением и почитанием. По крайней мере — этот состав легиона. По сравнению с тем, как часто он терял подчиненных в прошлом, те, с кем предстояло идти в бой сейчас — фактически ветераны. Несмотря на то, что большинству из них меньше полугода с момента выпуска из инкубатора и «учебки».
— Все впереди, мэм! — подал голос один из солдат. Остальные его поддержали.
Антон промолчал. Он не любил операции по зачистке, на которых то и дело начинал специализироваться его корпус. Это напоминало ему о временах, когда он и Вентресс находились по разные стороны Войн Клонов. Времена, когда она лишила его руки…
Маршал посмотрел на восстановленную часть тела. Как родная. И все равно он ощущал некоторую чужеродность новой руки…
Он понимал и принимал тот факт, что Штурмовой Корпус — единственный, кто всегда и при любых условиях будет предан Императору и Империи. А потому — именно им придется проводить зачистку мятежных миров, выступая в роли не солдат, а карателей…
Досадно. Клоны всегда были оружием против внешнего врага. А теперь им приходится направлять оружие против взбунтовавшихся гражданских и предателей из Имперского Корпуса Закрепления Территорий — тех, кто должен был охранять покой планет от врага внутреннего.
— Говорят у всех тойдарианок длинный хобот, которым они пьют воду, посасывая ее как нанос, — мечтательно произнес один из солдат. Намек пошлой шутки был понят всеми без исключения.
— Промашка, боец, — произнесла Вентресс, уловив настрой Антона. — Это их нос. А во рту — немалые такие клыки…
Повисло молчание.
— Опасные твари, — произнес другой боец. — А они точно разумные?
— В противном случае, нашему пилоту должно быть стыдно, — заметил Антон. — Ведь его корабль подстрелили…
— Вообще-то мы все слышим, — заявили из кабины.
— Мы в курсе, — заявил Антон. — На то и расчет.
Пилоты не остались в долгу.
— Ой, воздушная ямка, — донеслось по каналу связи.
Благодаря инерционным компенсаторам, бойцов не швыряло из стороны в сторону в те моменты, когда о корабельные щиты рассеивался вражеский снаряд или когда пилоты совершали невообразимый вираж, уводя корабль от ракет и раскаленной плазмы.
Наверное, парни в кабине корабля отключили это волшебное оборудование, так как клонов перегрузка прижала к переборкам.
— И еще одна, — донеслось из кабины.
В глазах начало темнеть от перегрузок.
— Еще одна — и вам несдобровать, — донеслось шипение, наполненное обещаниями боли и возмездия со стороны прижатой к палубе кораблика Вентресс. Антон на мгновение испытал холодок, пробежавший по спине. Таким тоном Асажж говорила со своими врагами.
— Ямки кончились, — заявил пилот и тут же стало легче переносить полет. — Две минуты до высадки! Отбой! — произнес он через мгновение. — Пять минут. А еще лучше — семь, если хотите добраться в целости.
Даже на высоте в пару сотен метров над уровнем болот плотность облаков оставалась высокой. Антон не сильно удивился бы тому факту, если б им «в лоб» вышел корабль местных сил планетарной обороны. В конце концов, за бортом бушевала война в отвратительных условиях, а на третий год непрерывных сражений он уже успел привыкнуть к неизвестности, которая ждала его на поле битвы.
Впрочем, на стороне имперцев прекрасное оборудование, способное различить цели в облаках и вывести десант прямиком к столице Тойдарии — городу последи болот. Никто даже не знал его названия. Да и не собирался запоминать, если бы услышал — для них это всего лишь еще одна операция, не более того.
Казалось, что клоны воспринимали войну куда проще, чем джедаи — и это никак не было связано с системами визуализации, встроенными в их шлемы, фильтрами, глушившими резкие запахи, наушниками, ослаблявшими грохот взрывов. Выращенные специально для войны, клоны, будь у них в головах чипы-ингибиторы, или же нет, признавали за собой право нести разрушения и убивать врага — тогда, когда им прикажут. И не испытывали по этому поводу большого сожаления.
Так гласила официальная точка зрения. Но на то она и официальная. Антон был одним из них и прекрасно знал, что клоны испытывают дискомфорт от того, что им приходится убивать тех, кто еще сутки назад являлся гражданами Вечной Империи Закуул. Но им не было жаль всех убитых — лишь тех, кто пострадал не по своей вине. И вне зависимости от того, насколько сильное сопротивление им окажут на Тойдарии, без вины виноватые всегда найдутся.