Большой секрет умницы Софии
К слову, очень интересный вопрос. Правда, во сколько?
Закрыв кошку в комнате (на ключ!), я вернулась в гостиную. В оголенное окно беспрепятственно лился солнечный свет. В стене вместо крюка для карниза зияла дыра. Картина выпала из рамы. Книги валялись на полу, варварски вывернутые наизнанку. В общем, разруха царила такая, словно по комнате носилась стая кошек и отряд бытовых магов.
Зато теперь я доподлинно знала, почему студенткам магических академий, особенно с домашними питомцами, наотрез отказывались сдавать приличные меблированные комнаты в хороших домах и отправляли прямым ходом в переполненные женские пансионы. Одним взмахом руки мы способны ввергнуть жилище в хаос, а в общежитии все, что можно было сломать и починить с помощью магии, уже было поломано и починено до нас.
Возвращать в гостиную порядок пришлось, тоже размахивая руками. И не один раз. Магистр же сказал, что не использовать бытовые заклятия – большая глупость. Вот! Мы разделяем эту важную жизненную позицию.
– Чудесно! – стряхивая с ладоней остатки заклятия, довольно улыбнулась я. – Как новенькая.
Понятно, что через месяц все «новенькое» снова рухнет, но с колдовством я управлялась куда лучше, чем с молотком и гвоздями. А потом поди докажи, что карниз упал не сам, а когда-то его совершенно случайно сорвали.
Через час, растрепанная и несколько ошалелая, я стояла возле прилавка единственной известной мне торговой лавки, где рыбок продавали не на еду, а для услады глаз, и пыталась объяснить, как выглядел ныне покойный пловец.
– Красненькая такая, с плавниками-крылышками. – Для наглядности я помахала пальцами, изображая дрожание плавников, но, кажется, больше напоминала ядовитую медузу. – Выпученная!
Снулый бледный продавец посмотрел на меня с живым интересом, словно ждал, когда ему продемонстрируют степень выпучивания рыбки.
– С золотым отливом! – в отчаянии дополнила я описание и сунула ему к носу сжатый кулак: – В половину такого размера!
– Все! – ухнул он.
– Что? – Я с опаской убрала руку и даже засунула в карман пальто.
– Я знаю, что вам нужно!
– Серьезно?
– Атлас тропических аквариумных рыб! – Он щелкнул пальцами и немедленно нырнул под прилавок, где сначала долго ковырялся, а потом шибанул на крышку толстую потрепанную книгу со стертыми буквами на кожаной обложке. – Показывайте эту вашу выпученную!
Чувствуя себя если не дурой, то где-то очень близко, я подвинула к себе том и начала страница за страницей просматривать. Когда в глазах зарябило от ярких иллюстраций, а надежда почти накрылась медной лоханью, как на очередном развороте нашелся рисунок той самой сожранной, красной, выпученной и с плавниками.
– Она! – потыкала пальцем в картинку.
– Алверийский шелкопрэйн, – с видом профессора ихтиологии важно проговорил продавец, но, по-моему, просто прочитал название на первородном.
– А по-шай-эрски?
– По-простому «потомок избранного».
У меня вырвался громкий смешок.
– Извините, не принимайте на свой счет. – Я помахала рукой, кусая губы, чтобы подавить глумливую улыбку. – Название такое… говорящее. Так что, у вас тут потомки избранных продаются?
– Ну, под заказ недели через две привезу, конечно, – протянул он, почесывая острый подбородок.
Веселье как рукой сняло.
– Когда, простите? – тихо уточнила я.
– А что вы хотели, девушка? Они дорогие, капризные, требуют специального ухода, – начал перечислять с флегматичным видом продавец. – Да и стоят по тридцать динаров за штуку.
– Сколько? – У меня глаза полезли на лоб.
Выходило, что Дуся благополучно слопала почти половину нашего ежемесячного содержания. Это был самый дорогой завтрак в ее недолгой жизни! Да и в моей, пожалуй, тоже.
– В Но-Ирэ их разводят только в королевском питомнике, – пожал он плечами. – Вы же знаете, как у нас принято: редкое дешевым не бывает.
– Обалдеть, – пробормотала я и потерла переносицу.
– Я к тому, девушка, что сдалась вам эта дорогая безвкусица, – оживился продавец, вмиг отбросив снулость, и указал пальцем в стеклянный куб, где плавали мелкие полосатые рыбешки. – Возьмите лучше рыбку-клоуна.
Перед мысленным взором появился красивый круглый аквариум в гостиной Рэнсвода. Со дна тянулись тонкие бордовые водоросли, поднимались мелкие пузырьки воздуха, в золотистой подсветке нежно трепетали крыльями-плавниками сказочные потомки избранного, а между ними… затесался клоун.
– Нет! – рявкнула я, изгоняя из воображения страшный образ.
– Нет так нет, зачем голосить? – обиделся продавец. – Я от чистого сердца предложил.
– Скажите, любезный, а где-то можно купить этих химеровых рыб без заказа? Чтобы заплатить и забрать.
– В верхних кварталах есть аквариумные студии, – недовольно проворчал он. – Поищите в них, но цены там будут не в пример нашим.
– Может, адрес подскажете? – жалобно попросила я. – Понимаете, это дело жизни и смерти. Если я не куплю до вечера эту рыбку, то случится конец света.
– Вы хотите, чтобы я поделился адресом конкурентов? – изогнул брови лавочник.
– Любезный, они торгуют рыбами по цене золотых украшений. Поверьте, им целый рыбный рынок не конкурент.
– Хорошо, – неожиданно согласился тот. – Пятьдесят сантимов.
– За что? – возмутилась я.
С высокомерным видом, словно объяснял идиотке принцип сложения простых чисел, он сначала продемонстрировал вырванный из блокнота клочок бумаги, а потом самописное перо с обгрызенным кончиком.
– За расходные материалы.
– Ой, да не надо ничего расходовать. У меня такого добра навалом. – Я живенько вытащила из матерчатой сумки блокнот и грифельный карандаш. – Диктуйте!
В верхних кварталах, в отличие от нижних, уже ощущалось приближение Дня схождения лун. Улицы и витрины оделись в алый цвет – символ грядущего праздника. Между фонарными столбами растянулись гирлянды. Вокруг – ни одной привычной и милой сердцу тележки с быстрым перекусом.
Я до последнего думала, что продавец отправил меня не по нужному адресу, а в известном направлении, но он оказался порядочным парнем и даже с номером дома не обманул. Шикарная аквариумная студия нашлась быстро. В подобных местах на меня все время нападал дурацкий комплекс самозванца. Заранее чувствуя себя не в своей тарелке, я открыла дверь с изящной табличкой.
Первое, что бросилось в глаза, – блестящий мраморный пол и стены, отделанные особенным камнем, испускавшим тусклое серебристое сияние, отчего небольшое помещение казалось наполненным холодным светом. В больших цилиндрических аквариумах вальяжно плавали экзотические рыбы, специально подобранные по цветам. Видимо, здешние клиенты выбирали безмолвных домашних питомцев исключительно из интерьерной необходимости, а не по велению души…