Студентка в подарок
– Меня не устраивает!
– Желания студентов меня мало интересуют. Идите учиться, студентка Тиррос, и не забывайте, что за день прогула отработки на складе, дополнительно вам придется общаться с мсье Оканем еще неделю.
Я резко встала со стула, сжимая кулаки, и с ненавистью взглянула на проректора.
– Вам придется меня отчислить. Я все для этого сделаю.
– Вперед и с песней, студентка. Мне будет интересно на это посмотреть.
Я пулей вылетела в приемную и чуть не сбила с ног Таматина. Он маялся напротив дверей, как видно, желая подслушать, но планам мешала секретарь, бульдогом наблюдающая за каждым движением студента. Секретарь, кстати, была примечательная: сухонькая старушка, с маленькими пальчиками и длинным носом, который будто перевешивал вниз все тело. Она бы выглядела совершеннейшим одуванчиком, если бы не совершенно зверское выражение лица и желание убивать во взгляде. Казалось, будто все эмоции, которые должен был испытывать проректор по отношению ко мне во время разговора, плавно перетекали в его секретаря.
– Добрый день, – я обворожительно улыбнулась, но старушка не ответила.
– Мне кажется, она плохо слышит, – зашептал Таматин и, схватив меня за руку, потянул из приемной. – Я пытался рассказать ей свою теорию происхождения гениальных людей и о моей роли в этом убогом мире, но она просто молча на меня смотрела.
Так, кажется, что причину появления у секретарши желания убивать я поняла.
– Я хорошо слышу! – послышался голос старушки.
Таматин отмахнулся:
– Значит, уже старческое слабоумие, раз не поняла, с кем посчастливилось общаться.
Я порадовалась, что мы вовремя покинули приемную.
– Ты зачем меня ждал?
Таматин враз погрустнел и, глядя куда-то в сторону, спросил:
– Ты ходила жаловаться на то, что я переехал в вашу комнату?
– Нет, я вообще не жаловаться ходила.
– В смысле? А зачем еще ты могла пойти к проректору?
Настроение после разговора с Радагатом Виррасом у меня и так было не совсем хорошее, раздражение накатывало волнами, а тут еще и Таматин со своей манией величия. Я почувствовала, что в голове шумит, а статуи в коридоре начали мелко подрагивать, и несколько раз глубоко вдохнула, чтобы успокоиться.
– Слушай, Таматин, с чего ты взял, что мир вокруг тебя вертится?
Таматин, как обладатель силы воздуха, изменения почувствовал и заставил статуи остановиться.
– Это опыт, Лилиана. Я подмечаю мелкие детали в поведении окружающих, анализирую их и делаю логические выводы. Обдумав все, что мог в тебе наблюдать, я решил, что ничего такого из ряда вон выходящего в твоей жизни не происходит. Поэтому сделал вывод, что причины обращаться к проректору, кроме как с просьбой меня выселить, у тебя нет.
Я так опешила, что даже перестала злиться, а просто зависла, открывая и закрывая рот и не зная, что сказать. Отошла я только минуты через две.
– Ну знаешь, Таматин. Наверное, правда в твоих словах есть, и самая большая моя проблема в жизни – это ты. В следующий раз пойду к проректору именно по этому поводу. А пока веди меня в библиотеку. Ты точно знаешь, где она находится.
– Зачем это?
– Будем устав академии изучать. Узнаешь об одной моей проблеме, которая, конечно, с тобой не сравнится.
– Но сейчас занятия начнутся! Я не могу их пропустить!
– У тебя скоро период бомжевания начнется с такими разговорами.
* * *
– Ты сегодня в спортивной форме, – восхитился Каракат.
Я смущенно потупилась. Проректор свое обещание выполнил, и мантия спала с моего тела за пять минут до тренировки, так что теперь я мало чем отличалась от остальной толпы боевиков. Ну это если не считать большим отличием пол и физические данные. Каракат кровожадно улыбнулся и продолжил:
– Как замечательно, что тебе сегодня придется еще и отрабатывать утренний прогул.
– Но я была у проректора!
– Утешай себя этой мыслью, пока будешь бежать по дорожке. Семь кругов для разминки – вперед… И побыстрее, а то спущу собак.
Разгоняясь, я заметила Хантера, неторопливо прогуливающегося по кромке поля. По-видимому, ему доставляло удовольствие наблюдать за тем, как я умираю на полигоне. Или парень с нетерпением ожидает того момента, как меня измучит мантия и я настолько отчаюсь, что соглашусь с ним переспать? Хантер – мечта всех девиц, но мне категорически не понравилось его предложение, он был уверен, что я соглашусь на эту его дурацкую затею, а значит, почему-то эта мысль в его голове поселилась. Развратно я не одеваюсь, на яркий макияж, кроме первого дня учебы, времени не остается, так что дело в другом. Разбираться в чем, мне не хотелось, и потому, когда Каракат в конце тренировки привлек Дангвара, околачивающегося неподалеку, к моей тренировке, я восторга не испытала. Потому и бегать стала быстрее, и отжиматься с большим энтузиазмом – лишь бы поскорее избавиться от назойливого парня.
* * *
– Итак, студентка Тиррос, – вещал завхоз. – В твои задачи входит разбор шкафов, присвоение инвентарного номера каждому предмету и внесение его в соответствующий журнал.
– Хорошо, – тяжело вздохнула я. Очень хотелось не приходить в обиталище этого зла во плоти, но после того, как мне с помощью Таматина удалось познакомиться поближе с уставом академии, следовало признать, что быстро покинуть это заведение не получится. Согласно уставу отчисление студента возможно только по решению Совета академии, и сбор этого самого Совета возможен только по следующим причинам: умышленное убийство студентом другого студента или преподавателя, разрушение здания академии и утрата студентом магических сил. Силы у меня, как назло, были, я еще не знала, как ими пользоваться, но чувствовала, как они бурлят в моем теле. Причем бурлят настолько сильно, что я боялась использовать их даже в бытовых целях, чтобы никого не покалечить. – Давайте журнал.
– Вот ты какая деловая, – восхитился Окань. – Если бы все было так просто, то ты бы не прочувствовала торжество наказания. Сначала найди его.
Я в недоумении уставилась на завхоза:
– Что значит «найди»?
– То и значит – лет пять назад я его точно видел. Тогда еще не были забиты эти три шкафа. Но это не точно. Так что можешь начать искать здесь, а потом перейдешь на все остальное, – завхоз простер руку куда-то вглубь кабинета. – Мое богатство.
– То есть мне сначала нужно разобрать шкафы, чтобы найти журнал, а потом еще раз сделать то же самое, чтобы внести весь мусор в этот самый журнал?
– Да, именно так, – осклабился Окань. – Можешь приступать.
Я почувствовала, что хочу убивать, но после двух тренировок, следующих друг за другом, силы остались только на кровожадные мысли.
* * *