Семья в аренду

Наблюдаю, как чашка наполняется жидкость шоколадного цвета. Как только кофемашина подает сигнал, что мой кофе готов, быстро выхватываю чашку, слишком быстро — она очень горячая, одергиваю руку, потому что обжигаюсь и еле слышно ругаюсь:
— Египетская сила.
— Это набор слов, или в них есть смысл?
От неожиданности вздрагиваю, резко поворачиваюсь узнать, кто это сказал. Не может быть!
Ну и день сегодня. На меня смотрит мужчина, еще и ухмыляется. Это же? Мужик из садика? Что он здесь делает?
    
Глава 3
Вера
— Ты? — Он похоже удивлен не меньше меня.
— Для тебя я — Вы. — Язвлю ему в ответ, вспоминая давнюю шутку. Но шутить он явно не намерен. Меня бросило в краску, а щёки покраснели как спелый томат.
— Что вы здесь делаете? — Он стоял, сердито глядя на меня сверху вниз и скрестив руки на широкой груди.
— Пришла на собеседование.
— Насколько мне известно, собеседование этажом ниже.
— Заблудилась немного, — блин, лучше бы я сидела в приемной и страдала по кофе. Спокойнее, — говорю себе мысленно. — Все хорошо. Я даже еще не работаю здесь. Уволить меня не могут. Переживать не о чем.
— Это место для сотрудников, а вы еще не сотрудник, — он указал на кружку с кофе.
Для сотрудников? Тогда что он здесь делает? Он тоже здесь работает?
— А вам, конечно, можно здесь находиться, — перечу я.
Он хмурится, явно озадаченный моим ответом.
— Напомните ваше имя.
— Вера.
— Почему вы так странно выглядите?
Смотрю на испачканную блузку и опускаю взгляд на свои туфли, так как он снова разглядывает меня с ног до головы.
Внезапно раздается уже знакомый детский смешок.
Мы оба поворачиваемся в сторону окна, за шторкой кто-то есть, потому что она шевелится.
— Маша, это ты? — спрашивает мой новый знакомый. — Маша, выходи.
Думаю, вы догадались кто в меня стрелял краской.
Я не выдерживаю и одергиваю шторку. Малявка спряталась за шторой, как умно. Девочка выходит вперед и подбегает к отцу и снимает шлем.
— Маша, это ты испачкала краской, — он показывает в мою сторону.
— Конечно, нет. Это строители, — проказница сделала ангельское лицо, и я бы ей поверила, настолько убедительно она выглядела. Из нее получится отличная актриса.
— Какие строители, Маша.
Я хмыкаю и наблюдаю за их диалогом. Папаша явно не справляется со своей ролью.
— Теперь я понимаю, кто вчера был зачинщиком побега, — он посмотрел на меня холодным взглядом, как на врага, спорить не стал.
— Могу оплатить химчистку вашей блузки.
На мгновенье теряюсь. Звучит очень искренне. Неужели он таким образом извиняется?
— В этом нет необходимости, — стараюсь перейти на официальный стиль разговора. — Вы лучше следите за своей дочерью.
— Что?
Я попыталась проскользнуть мимо него.
— Вы забыли свой кофе? — говорит он мне вслед.
Я замираю у двери и оцениваю риски. Все же решаю вернуться и забрать кружку с кофе.
А потом убегаю от него к лифту. Двери открылись. Я заскочила внутрь, быстро нажала кнопку и стала смотреть, как убывают цифры этажей на экране.
Как только лифт спустился в вестибюль, я вылетела из кабины и поспешила в холл. Очередь убавилась. Но, что мне делать с моим внешним видом. Вспоминаю про хлопковый палантин. Накидываю на плечи, он неплохо заменил пиджак, так пятно хотя бы не видно.
День мгновенно перестает быть хорошим.
Теперь все сложилось в моей голове. В компании два брата: один архитектор, второй дизайнер. Похоже, дизайнер — это Макар.
Не повезло мне. В мире урбанистики он был настоящим гением. Довольно молодой, чтобы управлять компанией.
— Вера Сладкая, вы следующая. — Напоминает мне Светлана.
— Сладкая, ударение на вторую букву а. — Всегда приходится поправлять, никому не приходит в голову, что есть другой вариант произношения.
Десять раз поправляю волосы, стряхиваю волосинки и пылинки с юбки. Руки становятся липкими от пота. Пытаюсь отгородиться от всего того, что уже успело произойти со мной с утра, и привожу мысли в порядок.
Открываю дверь кабинета и уверенным шагом захожу.
Откашлявшись, я начала рассказ о себе. Потом мне задают стандартные вопросы и рассказывают, чем придется заниматься, если получу должность.Встреча проходит спокойно, пока дверь кабинета не открывается и не появляется отец Маши.
— Не против, если я поучаствую в собеседовании, — Макар вальяжно проходит к столу, не сводя с меня глаз. Выражение ее лица трудно было прочесть. Берет стул и усаживается напротив.
Они явно не ждали его и для них это такая же неожиданность, как и для меня. Было бы куда легче, не будь он таким красавчиком, а лучше если бы его вообще тут не было.
Превосходно, просто превосходно. Куда я попала и что мне делать? Из всех фирм я попала именно сюда, к нему.
— Вы продолжайте, — он ехидно улыбается, откидывается на спинку кресла и читает мое резюме.
Я со значением на него поглядела, подмечая мелкие детали его внешности. Длинные пальцы, ухоженные ногти, элегантный деловой черный галстук с золотистым зажимом, ровный загар, видимо недавно вернулся с отдыха и устремлённые на меня внимательные глаза, в которых светятся яркие огоньки. Он симпатичный, если забыть каким вредным может быть.
Макар ловит мой взгляд. Он ухмыляется, ситуация его явно забавляет.
Приходится сделать над собой усилие, чтобы не смотреть в пол под его волнующем взглядом.
— Нас смущает, что у вас мало опыта, но ваши проекты интересны, — подмечает эйчар менеджер.
Макар перебивает его и коварно прищурясь, спрашивает: — А почему вы ушли с предыдущего места работы? Я помню из книжки «50 советов как удачно пройти собеседование», как бы невзначай, задать встречный вопрос: — А почему прежний работник уволился с вашей обалденной должности?
Только мою прыть Макар не оценил. Надо держаться в рамках профессиональной этики, но при нем у меня плохо получалось себя сдерживать, так и хотелось язвить.
— Наш предыдущий дизайнер ушла в декрет.
— Понятно.
— Вы не собираетесь в декрет? — Он потер подбородок, изучающе глядя на меня.
— Нет.
— Вы замужем?
— Нет, — что за допрос с пристрастием хотела спросить, но встретилась взглядом, в котором читалось: еще одна колкость и вас Вера Сладкая точно не примут на работу.