Зачет по любви

– Да пусть, конечно, – пожал плечами Кашнов. – Я раньше завтрашнего дня и не планировал Лику на студию везти.
– Вот и чудненько, – Игорь Викторович повеселел. – Лика, смотайся тогда после обеда к очно-заочникам. Может, кто-то из них ищет работу. Это было бы удобно для всех. Ну а если нет, дадим объявление, а пока Олечка за тебя посидит в деканате.
– Хорошо, – послушно кивнула я.
– Ладно, я тогда поехал, – Кашнов не удержался и душераздирающе зевнул. – Домой надо. Помыться, поесть, поспать, а потом обратно на работу. Лика, я потом позвоню тебе по поводу завтрашнего дня.
– А можно, я провожу тебя…ой, то есть, вас? – пискнула я. – До машины.
– Да, конечно, – немного удивился Кашнов.
И я поспешила за ним, спиной чувствуя насмешливый взгляд своего почти уже бывшего начальника. Но мне было неважно. Меня слегка потряхивало, щеки пылали, а в груди все отчаянно замирало при мысли о том, что я хотела сделать.
К сожалению или к счастью, я никогда не была тем человеком, который все сначала старательно обдумывает, разбирает на плюсы и минусы, а только потом делает. Нет, это не про меня. Я слишком импульсивна. Вспыхивает внутри желание – делаю. А потом уже разбираюсь, правильно поступила или нет.
Так я осталась в Москве, хотя не поступила. Просто в этот же день нашла работу уборщицы в какой-то фирме и договорилась с едва знакомой девочкой, что поживу у нее. Так я знакомилась с актерами и режиссерами, просто подходя и заговаривая с ними. Так я устроилась сюда на работу секретарём. Я просто знала: если тянуть с решением, то страх победит, и я этого не сделаю уже никогда.
И поэтому, когда Кашнов подошел к своей машине и повернулся ко мне, желая, видимо, попрощаться, я встала на цыпочки и порывисто поцеловала его. По-настоящему – размыкая языком твердые горячие губы, глотая его дыхание и чувствуя, что дурею от его вкуса, от его запаха, от ощущения мощных крепких плеч под пальцами. Он был еще лучше, чем я представляла. Он подходил мне на каком-то глубинном, инстинктивном уровне.
Да, я понимала, что схожу с ума. Вот прямо сейчас. Но сил остановиться уже не было.
    
Глава 5. Выход в реальность
Его губы дрогнули, крепкие руки сомкнулись вокруг моей талии, и он яростно мне ответил, вгрызаясь в мой рот и почти рыча, но едва я поплыла, одурманенная его напором, как он тут же оттолкнул меня.
Это было настолько неожиданно, что я бы, наверное, упала, если бы Кашнов не удержал меня на расстоянии вытянутых рук, больно впившись пальцами мне в плечи.
– Ты! – я в первый раз видела его таким испуганным и злым одновременно. Кажется, он был не очень доволен. Кажется, я сделала что-то не то. Совсем не то!
– Что ты творишь? – рявкнул он.
Стало ужасно стыдно. И невыносимо обидно. Слезы комком встали в горле, не давая дышать, заставляя стискивать зубы, чтобы не заплакать.
– Я….мне… – пробормотала я. И все же заревела как маленькая. Отчаянно и громко.
– Лика, девочка, ты чего, – тут же растерянно пробормотал он и притянул меня обратно к своему плечу. – Ты не так меня поняла, Лика. Не надо! Мне это не надо! Я не беру никого через постель! И ты ничего не должна мне за устройство на работу, тем более в такой форме. Я взял тебя исключительно потому, что ты умная и перспективная девочка. Ну же, давай, успокаивайся. И забудем об этом. Это просто глупая досадная ошибка, ничего страшного, бывает.
Я заревела еще сильнее, чувствуя себя настолько униженной, что не понимала, как смогу поднять на него глаза.
– Лика, девочка, ну, посмотри на меня, – мягко уговаривал Кашнов. – Не надо бояться, тебя аж трясет. Я ничего тебе не сделаю – обещаю. Глупая, я же тебе сказал, что не буду приставать. Ты мне не поверила? Я разве дал какой-то повод думать, что тебе надо как-то расплачиваться со мной за предложение о работе?
Я молча глотала слезы. Нет, такого повода ты не давал, но ты дал мне повод думать, что я тебе интересна. Не как маленькая девочка, не как перспективный работник, а как женщина. Ты так на меня смотрел, что у меня внутри все плавилось и становилось сладким и тягучим, как горячая карамель. Но, похоже, я просто перепутала хорошее к себе отношение с сексуальным интересом. Впервые в жизни.
– Я пойду, – пробормотала я, отстраняясь от него. – Прости, пожалуйста…
– Ты не виновата, – твердо сказал Кашнов.
– Забудь обо всем, ладно?
– Уже забыл. Все в порядке, Лика, слышишь?
– Да…да, конечно, – пробормотала я.
– Завтра будь готова выйти на работу, я заберу тебя из дома часов в десять и подвезу до студии. Со всеми познакомлю. Договорились?
– Да… да… спасибо вам, то есть тебе, за все. И прости еще раз.
Так и не рискнув посмотреть ему в лицо, я всхлипнула, отвернулась и быстро зашагала обратно в институт. Там юркнула в туалет, умылась холодной водой и долго стояла у белого пластмассового подоконника, глядя в маленькое мутное окошко. Дождавшись, пока лицо перестанет быть таким опухшим и зареванным, и немного приведя себя в какое-то шаткое подобие равновесия, я вернулась в деканат.
Там меня уже ждали. Игорь Викторович требовал, чтобы я срочно поискала себе замену из студенток очно-заочного, Олечка, которая принимала у меня документы, сокрушалась, что я такая хорошая уйду и что ей без меня будет скучно, а еще в деканат, как на водопой, потянулись студенты и преподаватели. Всем они что-то от меня хотели: то справки, то списки, то учебные планы, а еще им было жутко интересно, с чего это я вдруг так резко увольняюсь. Особо любопытные даже пытались украдкой заглянуть под стол, чтобы увидеть, не беременна ли я и не торчит ли у меня живот. Я им всем заученно улыбалась и отвечала, что нашла новую работу, но, где именно, говорить не стала. Нет, я не была суеверной, но и видеть зависть в чужих глазах тоже не хотелось. Приятного в этом мало.
Но был один несомненный плюс во всей этой суете: она отвлекала меня от мыслей о моем грандиозном проебе. Нет, всякое в моей жизни было, но чтобы вот так сильно ошибиться и навязать себя мужчине, который ничего такого не имел в виду – это у меня в первый раз. И чувствовала я себя отвратительно. Даже мелькнула жалкая мысль позвонить Кашнову и отказаться от работы, чтобы больше никогда с ним не видеться и не мучиться от стыда, но я сразу же ее отмела. Еще чего! Лика не сдается – это не мой метод!
Да и велик шанс, что Кашнов действительно быстро об этом забудет. У него уже наверняка иммунитет на такие приставания. Сто процентов не я первая, и не я последняя, кто вот так к нему вешается на шею. Уж слишком он хорош!
Я задумчиво потерла губы, все еще чувствуя фантомное касание его отросшей за день щетины. В тот короткий момент, когда Кашнов ответил на мой поцелуй, меня словно ураганом подхватило. Такого я не испытывала никогда – ощущение всепоглощающей мужской силы, которая подчиняет и которой хочется подчиниться. Все мальчики, с которыми я до этого встречалась, с которыми спала и в которых влюблялась, были такими же, как я: равными мне по статусу, возрасту и опыту, а Кашнов… Кашнов был другим. Кашнов был как божество – желанное и недосягаемое.