Двор драконов

– Ты вся в крови, – прошептал он.
– Раны на голове всегда кровоточат сильнее. – Она с трудом сглотнула. – Моя семья? Твоя семья?
– Они все выжили.
Рен кивнула, и от этого движения голову снова пронзила боль.
– Кто напал? Верлантийцы?
– Да. – На лицо Роуэна опустилась тень. – Они нарушили договор. Мы все эти годы платили десятину, а они все же нанесли удар в спину.
– Обсудим это позже, – сказала Рен и покосилась на разрушенный помост. – Прорыв блокады?
– Мы бросили все силы. Мой отец сейчас с флотом. – Его челюсти сжались. – Они не должны были подобраться так близко.
Рен застыла. Не должны были. Разве что кто-то провел врага через коралловые рифы.
– Нас предали, – выдохнула она.
– Похоже на то.
Она разберутся с этим позже.
– Бритта в безопасности? – Младшая сестра Рен являлась единственной наследницей трона.
– С твоими родителями, – сообщил Роуэн, отстранился, чтобы снять с плеча лук и колчан, и протянул оружие ей: – Можешь бегать и стрелять?
– Придется. – Рен опустилась на колени и отрезала низ платья: длинный подол мешал бы передвигаться. – Насколько все плохо?
– Большая часть битвы переместилась в крепость. Нужно выбираться отсюда, пока еще есть возможность.
– Черт возьми! – Еще никто не проникал в крепость Лорн.
– Готова? – хрипло спросил Роуэн.
– Куда ты, туда и я, – решительно заявила она, поднимаясь.
Роуэн наклонился и быстро, но крепко поцеловал ее, после чего отошел на пару шагов.
– Я прикрою тебя.
– Отправляемся на охоту.
 
Глава пятая 
 Рен

Рен сквозь обломки мчалась к своей семье, рубя всех, кто попадался ей на пути, и сил ей придавала мрачная решимость. Она запнулась лишь раз, когда ее товарищи пали под вражескими мечами.
Верлантийские солдаты с заостренными ушами и черными позолоченными шлемами, скрывавшими большую часть их лиц, сражались анонимно и неустанно, будто и не прилагая особых усилий. Словно обладали нечеловеческой мощью. Возможно, так оно и было. Темные эльфы всегда считались чудовищами, о которых никто не хотел говорить.
Рен прежде не видела верлантийцев, и ее поразила их красота. Даже облаченные во вражеские доспехи и орошенные кровью ее народа, они каким-то образом оставались неземными и притягательными.
Рен их ненавидела.
Обаятельные чудовища – вот их суть.
Безжалостные. Не оставляющие надежды на спасение. Им не мешали никакие чувства. Толпу в часовне они рассматривали только как жертв, которых нужно одолеть.
Рен постаралась не отвлекаться на крики своего народа и сосредоточилась на оружии в руках. Она не была бесполезной, как и воины ее отца, превосходившие противника количеством. С вторгшимися остроухими чудовищами они сражались, не щадя себя. Жителей Драконьих Островов всегда называли варварами и дикарями. И сегодня они с превеликим удовольствием приняли этот титул. Они кричали, нанося удар за ударом, боролись, невзирая на полученные раны. Их боевой клич подстегнул Рен, ее кровь закипела, и она начала пускать стрелы влево, вправо и в центр, пока Роуэн прижимался к ней спиной.
Она ни разу не промахнулась мимо цели и от этого испытывала мрачное удовлетворение. Несколько верлантийских солдат пало – или, по крайней мере, взвыло, – когда ее стрелы пронзили их плоть. Притаившаяся внутри нее жестокая сущность жаждала крови и мечтала, чтобы ей хватило времени уничтожить всех чертовых монстров, когда она доберется до тронного зала.
По каменному помещению эхом разносились крики и звон металла. Она бросила взгляд в сторону помоста, где ее родители отбивались от нескольких солдат.
По спине Рен пробежала волна страха.
Бритты с ними не было.
С колотящимся сердцем она оглядела комнату, грудь вздымалась от нарастающей паники. Где ее сестра?
Успокойся. Наследницу они бы защищали ценой собственной жизни.
В воздухе просвистела стрела, и Рен пригнулась. Та вонзилась в поцарапанную деревянную дверь позади. Роуэн схватил Рен за талию и развернул.
– Нашел Бритту, – выпалил он. – Под столом.
Рен тут же обратила внимание на стол, заваленный свадебными подарками. Одна из завернутых в бумагу коробок упала на пол, явив содержимое: изящные серебряные подсвечники и украшенные драгоценными камнями кубки. Судя по мастерству изготовления, подарок с юга. Под скатертью мелькнула маленькая ручка, выскользнула и затащила под стол один из увесистых подсвечников.
Молодчинка. Бритта знала, что при себе нужно иметь хоть какое-то оружие.
Маленькая девочка выглянула, и ее глаза расширились от ужаса.
Рен должна ее вытащить.
Бормоча ругательства под нос, она двинулась к столу, но тут в помещение вбежало еще больше эльфов. Их численность выросла почти вдвое. Они кишели повсюду. Занимали все место, их как будто даже не становилось меньше. Рен начала осознавать чудовищность ситуации, в которой она очутилась. Все ужасно. Скорее всего все, кого она любила, не выберутся отсюда живыми.
Не смей так думать. Ты выберешься вместе с Бриттой. Ты должна.
Рен стиснула зубы и продолжила сражаться, прокладывая путь к младшей сестре. Она выругалась, когда эльф клинком полоснул ее по плечу, и выронила стрелу. Роуэн лишил этого солдата жизни, а Рен, зажав кровоточащую рану, направилась к Бритте. Ее младшая сестра, разинув рот, смотрела на бойню, и Рен с каждым мгновением все больше изумлялась тому, какой маленькой и дрожащей была Бритта. Ей не исполнилось еще и семи лет. Она, широко раскрыв зеленые глаза, впитывала ужасы, с которыми ей не следовало бы сталкиваться в таком юном возрасте. Рен и Роуэн наконец расчистили путь к Бритте, по щекам девочки потекли слезы. Рен опустилась на пол и забралась под скатерть. Ее младшая сестра вскрикнула и попятилась.
– Все в порядке, Бритта, – прошептала Рен. – Это всего лишь твоя сестренка. Не бойся.
Бритта закрыла уши руками и начала раскачиваться. У нее вот-вот начнется приступ паники.
Рен отложила лук и медленно подвинулась к сестре. Вытерла окровавленные руки о свое платье и вытянула их с ободряющей улыбкой:
– Иди сюда, я здесь.
Она осторожно коснулась поцарапанного колена Бритты. Ее сестра вздрогнула и перестала раскачиваться.
– Все хорошо, малышка, – промурлыкала Рен. – Это всего лишь я.
У девочки задрожала нижняя губа, и она бросилась в объятия сестры. Бритту сильно трясло, и Рен, прижав ее к груди, изо всех сил старалась не зарыдать.