В тени короля

— Давно ждёшь? — из-за угла вынырнула пышная молодая женщина с каштановыми кудрями и выразительными карими глазами. — Извини, пришлось немного задержаться, напарница подвела.
Лили шумно сдунула прядь, упавшую на раскрасневшееся лицо, и ослепительно блеснула зубками в широкой улыбке.
— Часы я тебе уже дарил, оплату однажды урезал, а сколько раз отчитывал — и вспоминать не хочу, — Шарпворд коснулся губами протянутой руки. — Скажи мне, моя прекрасная Лили, что я должен сделать, чтобы ты научилась ценить чужое время?
— Перестать брюзжать для начала, — кокетливо рассмеявшись, она потянула его к небольшой кофейне через дорогу. — Лучше угости даму чем-нибудь прохладительным.
— Не многовато ли хочет дама? — пробурчал Ян, но сопротивляться её напору не стал.
— Знал бы ты, что я тебе расскажу, не ворчал бы без повода!
Он решил не допытывать Лили раньше времени — бесполезно, хотя так и свербело. Любит она интригу, этого у неё не отнять. А ещё Лили любила всякие слухи и сплетни, причём не лишь бы языком почесать, а не ленилась их перепроверять, и в этом была её главная ценность. Ян никогда не торговался с ней, платил за информацию тотчас же, порой с прибавкой. У поваров в каструме нынче оклад не ахти какой, а двоих детей кормить чем-то нужно. С мужем, к сожалению, ей не повезло: беспробудный пьяница и мерзкий слизняк, тащивший из дома всё, за что можно выручить хотя бы пару медяков.
— Как поживают твои малыши? Надеюсь, Люси уже лучше? — Ян помог спутнице усесться и подал знак официанту. — Один «Лонг Сайленс» и лимонад, пожалуйста.
— О, не переживай за неё, — прощебетала Лили, — она в полном порядке. Но за ней глаз да глаз нужен, а матушка с трудом справляется. В школу бы её побыстрее, хоть какая-то передышка. А вот с Бобом всё не так просто. Заявился вчера весь избитый, теперь и его обхаживай.
— Почему ты тогда не уйдёшь от него? — Ян искренне не понимал, зачем держаться за того, кто тебя сознательно топит, а сам забирается ногами на плечи, чтобы не захлебнуться. — Он не изменится, ты бы хоть о детях подумала.
— Без меня он сдохнет на помойке, — Лили сказала это обыденно, даже с некоторой гордостью. — Давай-ка лучше поговорим о тебе. Что у тебя нового?
— Всё как обычно, — Шарпворд грустно улыбнулся. Откуда взяться новому, если нет ни личной жизни, ни семьи, ни друзей — только работа. Кто будет терпеть рядом с собой писаку, вечно клюющего носом над блокнотом?
Паренёк в больших очках с толстыми стёклами неуклюже подобрался к их столику и поставил перед Яном стакан с тёмно-рубиновым напитком, даме же достался лимонад. Лили поджала губки и, поменяв принесённое местами, пригубила коктейль.
— Сойдёт, — причмокивая, кивнула она, потом понизила голос. — Я тебе такое расскажу — волосы дыбом встанут! Но предупреждаю, в этот раз цена другая. Я ведь могу и работы лишиться, а то и головы!
— И сколько же ты хочешь?
— Три сотни золотых, — выпалила Лили, явно смущаясь своего требования, — и половина наперёд.
— Где ж я тебе столько достану?! Это же вдвое больше моего месячного оклада.
— Прости, Ян, — она тяжело вздохнула. — Рисковать ради меньшего я не готова. Мне о детях думать надо.
Шарпворд уже собрался отказаться, но его любопытство победило здравый смысл — речь явно не о мелких пакостях «королька», Лили не свойственно приукрашивать. И всё же он решил уточнить:
— Скажи мне честно, оно того стоит?
Собеседница оскорблённо насупилась:
— А я когда-нибудь тебя обманывала?
— Ну хорошо-хорошо, тогда по рукам. Но таких денег у меня пока нет, — Шарпворд отстегнул ремешок фамильных часов — единственная ценность, доставшаяся ему от деда. — Они золотые, стоят не меньше пяти сотен. Сойдёт за залог?
Задумчиво покрутив часы в пальцах, Лили вновь шумно вздохнула и спрятала их в сумочку:
— Ладно, сойдёт. Ну, тогда слушай: тебе наверняка известно, что из замка сбежали королевские скорпионы. Ох, видел бы ты, что они натворили! До сих стоят пор перед глазами горы трупов… Но случилось кое-что ещё, — она совсем понизила голос, хотя в этом не было острой нужды — кофейня пустовала. — С ними сбежала принцесса Ровена. Да-да, дочь прежнего короля. Поговаривают, она замыслила переворот и подговорила осквернённых. Что уж там она им наобещала — одним богам известно, но выродки — я лично слышала! — на неё чуть ли не молились.
Лили прервала рассказ на самом интересном месте. Шарпворд нетерпеливо забарабанил пальцами по столу, пока она смаковала любимый напиток.
— Как-то раз, ещё до Скорбной Ночи, — наконец продолжила она, — я случайно подслушала беседу двух сервусов. Они говорили о принцессе, о том, что она — их будущее, их спасительница, и всякое в таком духе. Тогда я не поняла, о чём речь, но сейчас, кажется, всё встало на свои места. Думаю, принцесса хочет освободить осквернённых!
— Но это только твои догадки.
— Да-да, конечно! Но, смотри, как всё сходится: принцесса бежит в ту же ночь, когда Перо нападает на Материнскую Скорбь. И вот что я тебе скажу точно — среди нападавших были королевские скорпионы! Мне об этом один знакомый шепнул. Не задаром, естественно, — добавила она и, наморщив носик, поёрзала на стуле.
Шарпворд восхищённо присвистнул. Принцесса и Перо… Это не просто новость, это настоящая молния! Но зачем королю скрывать такое? Его же племянница участвует в заговоре против него самого, а он её прикрывает? Чрезвычайно странно! В великодушие Юстиниана не поверит даже новорождённый младенец, здесь определённо кроется какой-то подвох.
— И ещё… Правда, здесь по большей части мои домыслы, так что считай это маленьким бонусом.
— Я весь в нетерпении, — рассеянно отозвался Шарпворд, переваривая услышанное. Потрясающе! Оливия придёт в восторг. Это же отличная возможность для «Народной правды» наконец избавиться от унизительного клейма бульварной газетёнки!
— Есть у меня подруга, главная прачка в каструме. Весёлая женщина, добродушная. Так вот, её дочь — настоящая красавица. Видел бы ты её! Светловолосая, белокожая, глазища — во! Огромные, зелёные, как изумруды. Прям куколка, — Лили собрала в щепотку пальцы и, поднеся их к губам, звонко чмокнула. — Год назад, когда девочке стукнуло пятнадцать, Вики, подруга моя значит, в замок её пристроила, в служанки. И так уж вышло, что сам король на неё глаз положил, — сделав ещё глоток, Лили предупредительно покачала головой. — Ты не осуждай её, Ян, жизнь непростая штука. О таком покровителе любая мечтает. А как он баловал её! Вики тем летом даже дом прикупила. Всё нарадоваться не могла: пятеро детей на ней одной, муж-то от горячки умер несколько лет назад, а тут такое счастье подвалило. Дочь прачки вдруг стала королевской фавориткой — уму непостижимо! Так вот, поначалу всё было идеально: деньги рекой потекли, подруга уже подумывала отправить дочку в университет. Представляешь, университет! Как вдруг Бэль начала возвращаться после таких свиданий вся в побоях. Это уже Вики потом призналась, после случившегося. В защиту ей скажу, долго она не раздумывала и после очередного раза забрала её из каструма подальше от короля.