Порожденная грехом: Часть 1

— Ты действительно думаешь, что он ничего не подозревает?
— Ох, я уверена, что он подозревает. Но твой отец слеп, когда дело доходит до того, что ты становишься женщиной.
— Мужчины.
Мама коснулась моей руки.
— Вы использовали защиту?
 Потребовалось мгновение, чтобы понять, что она имела в виду, и жар прилил к моим щекам.
— Нет, — призналась я.
Мама кивнула, сглотнув.
— Я принесу тебе тест на беременность сегодня, а потом ты сможешь пройти его на случай, если у тебя будет задержка.
Мои месячные должны были начаться со дня на день. У меня не постоянный цикл, так что трудно сказать.
— Спасибо, мам.
Моя жизнь всегда была тщательно спланированной конструкцией, сложной сущностью, которую я годами структурировала и строила. Теперь я поняла, что это был всего лишь карточный домик. Я всегда думала, что в мой план на будущее встроено достаточно мер безопасности, чтобы даже несколько пропавших карт не разрушили карточный домик. Конечно, я никогда не думала, что кто-то ворвется в мою жизнь и разрушит мой карточный домик на мелкие кусочки. Все мои хитроумно продуманные планы на будущее внезапно оказались на грани развала.
Я любила Мэддокса, любила его так сильно, как всегда, мечтала любить кого-то, желала его так сильно, как надеялась. Мои мысли вращались вокруг него так, как я никогда раньше, и уж точно не с Джованни. Я любила его, но я также любила свою семью. Как можно сравнивать одну любовь с другой? Как можно сравнивать это друг с другом? Я не могла. Я не могла отказаться от Мэддокса. Я не могла бросить свою семью.
Я вновь уставилась на каффу.
Я бы предоставила Мэддоксу выбор сегодня, невозможный выбор, тот, который определил бы, был ли у нас вообще шанс, выбор, который мог бы разорвать мое сердце надвое.
 
 
Глава 19
  
Моя голова раскалывалась от боли, когда я пришел в себя. Я не был уверен, сколько сейчас времени. Я слышал шарканье вокруг себя и хриплое дыхание. Со стоном я заставил себя открыть глаза, несмотря на агонию, которую это вызвало.
Сырые стены. Вонь сырости и плесени, мочи и крови. Я в подвале, в камере пыток Витиелло, без сомнения.
— Наконец-то проснулся, хах? — пробормотал Коди.
Я повернул голову и понял, что привязан к стулу. Я попытался опрокинуть его, но ножки были прикреплены к полу. Конечно, Витиелло обо всем подумал.
— Это твоя вина, — прорычал Эрл.
Он и Коди сидели на стульях слева от меня, а рядом с ними сидел Смит, перспектив. Он выглядел довольно плохо, из двух ран на ноге и боку текла кровь. Но я был только рад, что вместо него был не Грей.
— Как долго мы здесь находимся?
Коди плюнул в мою сторону, но плевок приземлился в нескольких сантиметрах от моих ботинок.
— Достаточно долго, чтобы я дважды сходил в штаны, мудак.
Эрл смотрел на меня свирепыми глазами.
— Если бы ты послушал меня и обменял Марселлу на Витиелло, мы были бы теми, кто подвергал бы пыткам. Но ты не мог насытиться, — прорычал я.
— Не упоминай имя этой шлюхи!
Я отрицательно покачал головой.
— Надеюсь, что Витиелло очень скоро начнет нас пытать. Нет ничего хуже, чем находиться в одной комнате с вами, двумя мудаками.
— Он убьет меня последним, так что я увижу, как ты умрешь медленно и мучительно, — сказал Эрл с мерзкой ухмылкой.
— Грей? Ты его видел?
— Трус сбежал. Он мертв для меня. В любом случае, он долго не протянет один. Витиелло вскоре его поймает.
— Это твоя работа охранять его. Вместо этого ты спасал свою собственную задницу и побежал наверх.
Тяжелая дверь застонала.
— Вот дерьмо, — сказал Коди. — Пожалуйста, Боже, сохрани меня.
Я послал в его сторону веселый взгляд.
— Ты действительно думаешь, что Бог будет благосклонен к тебе?
В помещение вошли Амо и Лука Витиелло. Один взгляд на них, и я понял, что не умру сегодня, даже если буду умолять.
В меня стреляли, кололи, жгли, я переломал бесчисленное количество костей в несчастных случаях.
Я не боялся боли или смерти, но я знал, что у Витиелло есть способы заставить даже закаленных мужчин заплакать по своей мамочке.
— С Марселлой все в порядке? — я спросил.
Эрл фыркнул.
Амо подошел ко мне и ударил кулаком в ребра и живот.
— Никогда больше не упоминай о ней.
Я кашлянул, затем ухмыльнулся.
— Так ты теперь заменяешь отца в качестве главного палача?
— Нет, — сказал Лука низким голосом, который мог бы заставить меня наложить в штаны, если бы я не слышал его раньше. — Я позабочусь и разберусь с каждым из вас. Но у нас достаточно времени, чтобы Амо и мой брат тоже получили свою возможность.
Амо подошел к столу с инструментами, которых я раньше не замечал.
— О боже, — захныкал Коди, когда Амо поднял зубцы.
Я собрался с духом, молясь, чтобы у меня хватило сил не молить о пощаде.
Может, у меня хватит смелости откусить себе язык. Закрыв глаза, я вспомнил Марселлу. Образ, достойный моих последних мгновений.
 
Я редко прикладывала столько усилий к тому, чтобы появиться на вечеринке или светском мероприятии, как сейчас, наблюдая, как Эрл Уайт умирает жестокой смертью. Я купила черные кожаные брюки и красную шелковую блузку после разрыва с Джованни, но у меня так и не было возможности надеть ни то, ни другое. Сегодня тот самый день.
Мои руки дрожали, когда я надела свои черные лакированные лабутены. Я согнула пальцы, желая, чтобы они перестали дрожать. Сделав глубокий вдох, я открыла дверь и направилась к выходу.
Мама ждала меня в вестибюле. Ее глаза наполнились непролитыми слезами и беспокойством. Она взяла меня за руку, заглядывая в глаза.
— Ты уверена?
Она не пыталась отговорить меня от встречи с моими похитителями, но я видела, что ей почти плохо от беспокойства. И все же я нуждалась в этом, чтобы действительно примириться со всем, произошедшим. Валерио был у тети Лилианы, так что он не станет свидетелем нашей суматохи. Держу пари, он и наш двоюродный брат Флавио не говорили бы ни о чем другом, кроме похищения и того, что в любом случае случится с моими похитителями. Наши родители всегда думали, что мы ничего не замечаем и что они могут защитить нас.
— Безусловно. Я хочу быть там. Хочу показать им, прежде чем они умрут, что я сильнее, чем раньше.
— Так и есть. Я так горжусь тобой, Марси. Ты настоящий воин. В тебе сила твоего отца.