Драконова воля. Книга вторая

«Значит, точно было», — констатировала я и подошла еще ближе.
Плад весьма неудачно разлегся, так что я не могла его нормально рассмотреть. Но, по крайней мере, можно сказать, что у него недурная спина, хоть и отмеченная шрамом, и волосы тоже ничего — темные, густые, достаточно длинные. Чем больше я смотрела на мужчину, тем явственнее ощущала связь между нами: не только моя драконова сущность реагировала на него, но и само тело будто вспоминало касания, еще и низ живота ныл, как после страстной ночи.
Точно было…
Я подавила желание разбудить плада и, развернувшись, вышла из спальни. За следующей дверью оказалась кладовка, забитая вещами. Закрыв ее, я ткнулась в другую дверь, но она была заперта. Воспитанная эньора не станет разгуливать вот так по чужим покоям, но я не воспитанная эньора и даже не помню, с кем переспала, и чтобы двор меня не распнул, мне нужно себя обезопасить и предпринять что-то на случай, если этот плад попробует меня шантажировать.
Я перехватила в руке подобранную шпильку и, склонившись над замочной скважиной, начала действовать, причем со знанием дела; видимо, приходилось в прошлой жизни взламывать замки… Замок щелкнул, и я открыла дверь. Войдя, я прикрыла дверь за собой и осмотрелась.
Это, несомненно, кабинет, но настолько забитый книгами, что его можно назвать библиотекой. Два книжных шкафа полностью заняты книгами; книги громоздятся и на них, причем горкой, лежат на рабочем столе — открытые и закрытые, стоят в углу… Пройдясь по кабинету, я выглянула в окно, и, повернувшись к столу, начала осматривать его.
И снова книги: «Токсикология», «Древние яды», «Загадки алхимии», «Сочинения Эрнеста Вемера». На страницах раскрытых книг были сделаны пометки, но я не разобрала эти каракули. Ящики стола были закрыты. Снова вооружившись шпилькой, я попыталась их открыть, и дверь открылась.
Увидев Блейна в одной простыне, я не просто пыхнула огнем, я им взорвалась, и в тот же момент мое красноватое пламя было разбито его черно-зеленым.
— В моем кабинете попрошу обходиться без огня, — предупредил плад. — Мои книги куда дороже вашей жизни. Если хоть одна пострадает — я вас прирежу.
Меня застигли прямо на месте преступления, однако не это меня волновало. Не отрывая взгляда от мужчины, я медленно выпрямилась. Так это он! Так это с ним я была ночью! Этого не может быть! Это невозможно! Я бы никогда к нему не подошла, не пришла, я бы не стала с ним… его вообще не было вчера на балу!
— Почему вы здесь? — с возмущением спросила я.
— Я? — удивился плад. — Может, это вы ответите, что делаете в моем кабинете?
— Ищу компромат.
Если Блейн и удивился моей наглости, то вида не подал.
— Бесполезно, — невозмутимо ответил он. — Даже если вы найдете что-то, мне все равно ничего не будет. А вам — будет. Мало того что вы ввалились ко мне пьяная и облевали мои подушки, так еще и пытаетесь залезть в мой стол. Вы, как всегда, неподражаемы. Браво.
Я продолжила рассматривать Блейна. Он в одной простыне — это плохо, но он не делает никаких пикантных намеков, и это хорошо. Но я залезла в его кабинет, это плохо, и, оказывается, сама к нему пришла, что еще хуже, и что бы я сейчас ни сказала, он мне не поверит, и вся в целом ситуация просто кошмарна. Но лучшая защита — это нападение.
— Вы меня раздели! — обвинительно сказала я.
— Мне пришлось.
— Ах, пришлось!
— Да, пришлось, представьте себе! — с иронией произнес плад. — Вы пытались содрать с себя платье, которое вас душило — по вашим же словам — затем вас в очередной раз вырвало, вы вся перепачкались, и в итоге мне пришлось избавиться от платья.
— Избавиться?
— Я его сжег. Как и ваши туфли.
— Да вы хоть знаете, сколько они стоят?! — разъярилась я и похвалила себя за искусный перевод стрелок.
Сложив руки на бледной безволосой груди, Блейн долго на меня смотрел.
— Угораздило же Рензо… — задумчиво произнес он.
— Кстати о Рензо, — тут же отреагировала я. — Я своего мужа вообще не вижу! Если с ним что-то случится, я вас…
— Молчать, — спокойно, даже ласково сказал Блейн, однако меня пробрало, и я замолкла.
Плад прошел к столу, оттеснив меня, осмотрелся и, повернувшись ко мне, посмотрел в упор.
— Никак не могу понять: то ли вы глупы до невозможности, то ли смелы до невозможности. Что вы творите?
— Вас это не касается.
— Наглы до невозможности, — определился мужчина. — Не знаю, кто оставил вам шрам, но я понимаю этого человека.
— Ничего вы не понимаете и ничего обо мне не знаете. Сидите лучше и дальше алхимические книжки читайте, а меня судить не беритесь. Будет меня еще всякая шваль учить манерам!
— «Шваль?» — переспросил он и улыбнулся. — Да вы, оказывается, неравнодушны ко мне, эньора!
— Еще как не равнодушна, — кивнула я, — до тошноты и рвоты.
— Видимо, неприязнь ко мне вам передалась по наследству от папочки, — усмехнулся Блейн.
— Не смейте говорить о моем отце!
— А то что? — спросил плад, делая шаг ко мне.
Я попятилась, но он схватил меня за руку и удержал. Мой огонь откликнулся на это действие и распространился по телу волной жара. Я была зла, испугана и напряжена, но физиологическая реакция показала иное — возбуждение. Блейн заметил. Опустив взгляд на мою грудь, он спросил насмешливо:
— Вам холодно, эньора?
Я тоже опустила взгляд и увидела свои затвердевшие соски. Прекрасно…
— Это не я, — с досадой сказала я.
— Они сами? — очень серьезным тоном уточнил Блейн.
— Перестаньте ерничать! Я это не контролирую, оно само! Просто вы плад, и я…
— И вы меня хотите?
— Что вы несете? — холодно спросила я. — Вы плад и отлично понимаете, что все дело в огне. Мы с вами постоянно конфликтуем и он…
— Да, я понимаю, — снова прервал меня Блейн. — У нас связка.
— Что?
— Связка, — повторил плад. — По огню. Мы связались по черноте.
— По чему?
— По пламени смерти.
— Вы шутите…
— Нет, — продолжая удерживать меня, сказал Блейн. — Схема классическая: мужчина-плад и женщина-плад связываются по схожести пламени для продолжения рода. Фрейсы возвышенно называют это «узами пламени».
— Что за бред? Никогда о таком не слышала!
— Еще как слышали, даже участвовали. Перед свадьбой все плады проходят проверку на связку. Вы тоже проходили.
— Вот именно, и я связана со своим мужем!
— Связок может быть сколько угодно. Они образуются и рвутся по решению главного в паре. Об этом вы знаете?