Смерть может танцевать 5
За те полгода, что миновали со дня расформирования моего отдела, очень многое изменилось. В том числе и место работы непосредственного начальника Сухова.
Лично для меня было очень забавным встретить его спустя четыре месяца на обычной, гражданской должности. И всё бы ничего, если бы он вдруг стал консультантом по безопасности в какой-нибудь крупной корпорации да хоть в том же банке. Понял, если бы он создал свой ЧОП или даже частное детективное агентство. Да хоть инструктором по боевой подготовке устроился.
А он открыл мастерскую по пошиву и ремонту обуви!
Да скажи мне кто об этом год назад, я бы расхохотался этому идиоту в лицо!
Однако есть факт и с ним не поспорить. Это не конспирация, не какое-то прикрытие, а самая настоящая обувная мастерская, где пахнет клеем и гуталином. А бывший генерал-лейтенант Сухов с усердием и лёгкой блуждающей улыбкой штопает чей-то сапог. Вот уж действительно непривычное зрелище.
– Здавь желаю, тащ генерал-лейтенант! – рявкнул я прежде, чем тот успел обратить на меня взор, отреагировав на колокольчик над дверью.
– Бл… Твою мать, Влад! – вздрогнул тот и выронил из рук швейный крючок. – Ты меня так до инфаркта доведёшь. Рад тебя видеть, переверни табличку, пойдём чай попьём. Как раз собирался сделать перерыв.
Я послушно крутанул вывеску на стеклянной двери и запер её на задвижку. После чего уже спокойно прошёл в подсобку, где хлопотал Сухов.
– Ну как ты? – не оборачиваясь спросил он. – Скучаешь, наверное, по старой работе? Я же знаю, оно как наркотик.
– Да ты знаешь, уже нет, – ответил я и опустился на стул.
– Обвыкся, значит? – с неким хитрым прищуром взглянул он на меня.
– Не совсем, Алексеич, – покачал я головой. – Скорее, наоборот.
– Ясно, – вздохнул тот и уселся напротив за маленьким столиком. – Значит, нашёл неприятности?
– Выходит, что так, – согласно кивнул я. – Или они меня.
– Ты ведь не просто так заглянул, да? – сделался серьёзным бывший начальник. – Я вижу, что-то изменилось в тебе. Вот он, тот самый взгляд, когда ты по уши погружён в работу.
– Сан Сеич, ты мне вот что скажи: от кого поступали приказы?
– Вон ты куда загнул, – расхохотался тот. – Я не вправе обсуждать эти вопросы, ты сам всё прекрасно знаешь.
– Знаю, просто хочу разобраться в одном щепетильном вопросе. Мы же не работали в интересах государства, так? Всё это дело рук кланов…
– Та-а-ак, – затянул Сухов и забарабанил пальцами по столу, после чего поднялся с места и сходил проверить дверь. – Кажется, я догадываюсь, в какие неприятности ты вляпался.
– Вы удивитесь, насколько давно это случилось, – усмехнулся я. – Так что, я прав?
– И да, и нет, – поморщился он. – В первую очередь мы всё же защищали нашу страну, всё остальное уже побочно. Да, основное финансирование шло от кланов, но подчинялись мы напрямую приказам военных.
– Значит, ты знал.
– В общих чертах. По сути, я точно такой же подчинённый, как и ты, просто мой допуск и полномочия немного шире. Опять же, они всё равно ограничены и я никогда не видел всей картины.
– Я тебя не осуждаю. У меня просто есть некие вопросы, – я расстегнул молнию на сумке и извлёк из неё тощую папку со скудной информацией. – Посмотри, может, тебе приходилось пересекаться с кем-то из этих людей.
Генерал-лейтенант взял в руки фотографии Тихого и Ярга, бросил на них быстрый взгляд и почти сразу отложил в сторону. На его лице не осталось и следа от того улыбчивого, добродушного деда, что занимается ремонтом обуви. Сейчас передо мной сидел тот самый жёсткий и строгий начальник.
– Одного из них зовут Ярг, и однажды мне приходилось с ним пересечься. Влад, что бы у тебя ни случилось, я настоятельно рекомендую тебе оставить это дело. Ты даже не представляешь, на что способен этот человек, и какие за ним стоят силы.
– Что по второму?
– Нет, его лицо мне незнакомо.
– Где и при каких условиях ты пересекался с Яргом?
– Это что, допрос? Влад, честное слово, лучше тебе не влезать во всё это дерьмо. У этих людей столько власти, что нам с тобой и не снилось…
– Я знаю, Алексеич, – сухо посмотрел я ему в глаза. – Знаю гораздо больше тебя.
– Понятно, – устало вздохнул тот. – Значит, ты уже завяз по самые помидоры.
– Всё, как всегда, сложно, – усмехнулся я и покрутил пальцами в воздухе. – Мне нужна информация по Яргу, всё, что можешь вспомнить. С кем приезжал, при каких обстоятельствах встречался и зачем.
– Ты тогда в командировке был, участвовал в Османском конфликте, помнишь?
– В бывшей Сирии, которая теперь Османии принадлежит?
– Да, та самая, – кивнул тот. – Мы тебя тогда отозвали. Ну а теперь ты понимаешь из-за кого. Тот конфликт как раз финансировался этим самым Яргом, он и в данный момент имеет там какие-то интересы.
– Интересы, говоришь? – задумался я. – Нефть?
– Да какое там, – отмахнулся Сухов. – Мы потому и вписались в этот конфликт, что он отдал стране все месторождения.
– А вот это уже интересно, – ухватился я за странность. – И что же ему там было нужно?
– Да хрен его поймёшь, – пожал плечами генерал-лейтенант. – Он всё твердил про какие-то «Дикие земли», мол, их часть должна быть где-то там. И мы, мол, обязаны освободить некую территорию. Ведь ты понимаешь, мы не могли просто взять и сравнять город с землёй, на тот момент там было слишком много мирняка, но он словно не слышал.
– Действительно, странно, – почесал переносицу я. – А что за люди с ним были? Зачем он вообще искал с тобой встречи?
– Если бы… Нужен я ему, как собаке пятая нога, – усмехнулся Сухов. – Я так, в дополнение на встрече присутствовал. Переговоры велись на самых высоких уровнях. Там, по сути, даже не он главным был, хотя говорил больше других. Баба какая-то всем рулила, когда она рот открывала, все вокруг замолкали – вот этого не заметить было невозможно.
– Не эта? – я вытянул фотографию Кетты из папки и тоже показал Сухову.
– Она самая, – подтвердил тот. – Да, Влад, сунул ты голову в пасть крокодилу.
– Это мы ещё посмотрим, – с ухмылкой ответил я. – Ладно, ты мне вот ещё что скажи: Кнут и Ли́хо, как мне их найти?
– Зачем они тебе? – напрягся генерал-лейтенант. – Собираешься их в свои разборки втянуть? Дай им жить спокойно, угробишь, ведь, пацанов.
– Я ведь с Ли́хом виделся месяца через два после того, как мы работы лишились. Не наше это, пойми, Алексеич… Он уже тогда предлагал мне в некую контору вступить, где такие, как мы, всегда при деле.
– Ну, ведь ты отказался, так?
– Ага, как видишь, несильно-то мне оно помогло. Так что с парнями?