Путешествие в страну снега и медведей

«Надо вернуть это Грейвзу», — фыркнул он. Мальчишка вел себя очень наивно, если думал, что Трелони не увидит его слюней при одной мысли о юной княжне. Он напоследок еще раз вздохнул аромат духов и направился к двери... только он взялся за ручку, как дверь сама подалась в его сторону, и на пороге появился Грейвз. Радовало одно: он не вырядился, аки старая перечница в Большой Театр. Персиваль услышал призыв Трелони одеться во что-то получше, чем его обычные слишком большие пиджаки и слишком длинные брюки. Этот костюм так же плохо сидел на сутуловатой, тощей фигуре юноши, но он хотя бы был сшит из хорошей ткани.

— Грейвз, оторвите руки своему портному, — только и сказал Альберт, втаскивая юношу в свой номер и захлопывая дверь. — Это невозможно: допустим, он хочет придать Вам представительности, но двухметровые плечи заставляют Вас выглядеть подобно ребенку, дорвавшемуся до родительского шкафа.

— Я покупал костюмы в магазине готового платья, — веско произнес Персиваль.

— Еще хуже, — бросил Трелони, оглядывая полы и рукава. — Первый урок, мистер Грейвз: костюм должен подходить Вам, создавать нового человека. С Вашего позволения, — он взял в руки палочку и одним взмахом заставил нитки покинуть стежки, а потом занять новые места, прокладывая аккуратные строчки в черной блестящей ткани. Тычком в плечо Трелони развернул Грейвза к зеркалу, и при виде своего отражения Персиваль почувствовал... ничего.

Не было того воодушевления и покалывания в животе, как у сказочных принцесс. Подогнанный по фигуре костюм действительно хорошо сидел, но не больше. Персиваль и так знал, что он высокий, что у него ладное телосложение и крепкие руки, но вот Альберт явно был горд своей работой.

— А теперь волосы, — щелкнул пальцами Трелони. В его руках появился костяной гребень с вырезанными на нем гербами рода Трелони.

— О нет, спасибо. Это бесполезно, — отмахнулся Грейвз. — На первый раз хватит костюма.

— Я не берусь за работу, если не могу сделать ее на сто процентов, — покачал головой Альберт, подступая на шаг к Грейвзу. Персиваль отступил назад. Потом еще один шаг, а через несколько секунд вошедшая горничная увидела двоих мужчин в дорогих костюмах, гонявших друг друга по комнате. Метавшийся из угла в угол Грейвз прикрывал руками голову, а британец грозно сжимал в руках гребень. Спустя минуту такой погони Трелони остановился и вежливо попросил горничную прийти позже.

Мужчина махнул палочкой в сторону ящика с галстуками и, завязав на черной ленте петлю, послал ее простым вингардиумом в сторону Персиваля.

— Хорошо, дело Ваше. Будем считать, что это «стиль», — произнес он, отбрасывая со лба челку. — Попробуем начать с галстука.

— Удавка, — рыкнул Грейвз, тем не менее, принимая черную шелковую ленту.

— Это признак цивилизованного человека. Умение держать себя в узде — вот, что отличает нас от варваров. А Вы, Грейвз, пока в моих глазах — совершенный варвар.

С полным ненависти взглядом американец натянул на себя предложенный напарником галстук. Трелони довольно фыркнул и подошел ближе к юноше, чтобы подтянуть узел на шее. Мальчишка ощутимо напрягся, и англичанин поймал себя на мысли, что держит в своих руках не просто варвара, а дикого зверя. И тут Грейвз со всей своей прямолинейностью брякнул:

— Готов поспорить, на пенсии Вы откроете магазин мужского платья.

— И женского, — ответил мужчина. — Обожаю женщин в брюках, — оскалился он. — А теперь потрудитесь сами почистить свои ботинки и хотя бы расчесать свои патлы, — добавил он и похлопал юношу по плечу.

Он отошел, оглядывая дело рук своих.

— Ну, а теперь поговорим немного о речи. Нас пригласили в роскошный дом, Вам важно вести себя наиболее естественно. То есть ведите себя так, словно Вы на скучнейшей экскурсии в музее. И не ведите себя фамильярно с княжной, даже если она будет бросать Вам в лицо неприличные анекдоты. Лучше вообще молчите. Светскую беседу мы потренируем на более безопасных вариантах, — сказал он, доставая свой справочник. — А теперь повторим обращения...

Грейвз вздохнул и смиренно кивнул. Он ни за что бы не согласился на подобное, но слова Трелони о том, что он — пушечное мясо для Грин-де-Вальда, заставляли Персиваля бороться со своей неприязнью. Он должен был наработать себе бóльшую себестоимость, чтобы МАКУСА не вздумала избавиться от него. А если они послали его сюда именно с этой целью, то американец собирался показать им, насколько они ошиблись. Ворочаясь ночью с этой мыслью, Грейвз решил, что он должен во что бы то ни стало притащить Грин-де-Вальда в Нью-Йорк. И его знакомство со служащими Канцелярии, пускай и не особенно высокопоставленными, могло сослужить ему хорошую службу. Грейвз чувствовал, что им хотят воспользоваться, и он готов был отплатить той же монетой. Во всяком случае, так ему казалось.

— Ну, допустим, — произнес Альберт, захлопывая книгу. — Мистер Грейвз, сегодня Вы должны продемонстрировать свое умение кивать и говорить: «да, Ваша Светлость», а в нужные моменты говорить: «на этот вопрос лучше ответит мой коллега». Я в Вас верю. А теперь — нам пора в путь.

Он поднялся и взял со стола печать-портал. Грейвз хмуро следил за ним, понимая, что скоро Трелони начнет твердить, что юноша ему обязан. «Не дождется», — подумал Персиваль и сжал сложенное в кармане письмо княжны. Оно грело ему душу и, кажется, саму ладонь. Отчего-то юноша знал, что княжна и он смогут помочь друг другу. В каждом завитке букв он чувствовал ее улыбку и пронзительную синеву глаз.

— Сотрите глупую улыбку со своего лица и цепляйтесь, — произнес англичанин, вставая посреди комнаты. — Вы теперь серьезный человек. Ну или прикиньтесь им для начала.

— Серьезные взрослые люди путешествуют под ручку? — фыркнул Грейвз, глядя на него из-под зарослей бровей.

— Только так они и путешествуют, — усмехнулся англичанин. — Будьте любезны, не испытывайте мое терпение. Русские, конечно, странный народ относительно опозданий. Они просят не торопиться, но при этом очень волнуются, когда кто-то приходит не вовремя, а сами опаздывают напропалую, — он испытующе посмотрел на Персиваля, явно ожидая какого-то ответа.

— Да..? — протянул юноша, положив руки в карманы брюк.

— Экспрессивнее, пожалуйста, Персиваль! — встряхнул его Трелони. — Вам нужно уметь ввернуть фразу даже после двадцатиминутного монолога в стихах на древневенгерском. Запомните одну фразу: «Поразительно! Не могу поверить!» и говорите ее на разные лады.

— Не рассчитываете же Вы, что я буду повторять ее, как попугай, даже когда мне будут рассказывать план по захвату мира, — скривился юноша.

— О, в таком случае я настоятельно рекомендую Вам говорить именно эти слова с наибольшим восторгом — от этого может зависеть Ваша жизнь. А теперь — полный вперед, — сказал Трелони и коснулся палочкой порт-ключа. Грейвз вцепился в его плечо железной хваткой и в момент, когда их со скоростью света понесло через пространство, британец понял, что сам тоже с удовольствием вцепился бы в кого-нибудь. А через несколько секунд их ноги впечатались в пол особняка Аргутинских на Арбате.