Нарушая правила

— Я слышала, что ты учился за границей.
— Да. Первую вышку получал в Англии. Вторую уже здесь.
— Тогда украду твой вопрос, — улыбаюсь, — не жалеешь?
— Иногда бывает. Честно, — положа руку на сердце, посмеивается Илья.
Я для себя отмечаю, что у него очень красивый смех. Да и улыбка тоже. Да, по-прежнему не в моем вкусе и смазлив, но приятен. Это нельзя отрицать. И болтать с Ильей Владимировичем оказывается очень легко, когда нет рамок и границ.
Сегодня генеральный в черном пальто, только под ним не рубашка, как он обычно появляется в офисе, а черная водолазка. Темно-русые волосы немного взъерошены порывом налетевшего ветра, а на скулах модная щетина. Открытый взгляд и мальчишеская улыбка — он хорош собой. Мои холостые коллеги, если бы узнали о нашей неформальной встрече, точно сожгли бы меня на костре, как ведьму! Даже здесь всю дорогу женщины на него только так заглядываются. Илья же словно не замечает их.
— Не думал переквалифицироваться? — спрашиваю, когда пауза начинает затягиваться.
— Не-а, — беззаботно отмахивается мужчина. — Меня быстро отпускает, когда я психую. Я вообще отходчивый человек.
— О-о, в коллективе все об этом знают.
— Ага, и бессовестно пользуются!
Мы переглядываемся, посмеиваясь.
— Думаю, — продолжает мужчина уже серьезно, — если бы это было не моим делом жизни, то все у меня не складывалась бы так удачно.
Мы проходим мимо детской площадки. В нашу сторону вылетает футбольный мяч, который мальчишки лет десяти умудряются гонять по мокрой траве. Илья его перехватывает и своими дорогими лакированными ботинками отпинывает. Да так удачно, что попадает прямо в импровизированные ворота. Мальчишки восхищенно аплодируют нам вслед. Это невольно вызывает улыбку.
— Хороший удар, Илья Владимирович.
— Благодарю, Виктория Марковна.
— Ты сказал «удачно». В каком смысле?
— Да в прямом. Не успел закончить ВУЗ — попал на конкурс начинающих архитекторов. Выиграл — получил грант на строительство. Потом предложения посыпались, как из рога изобилия. Каюсь, я особо и усилий не прилагал. Карьера сама ладилась.
— Ты сразу открыл свою фирму? Отец помог?
— Нет, конечно. Отец вообще не при делах, он твердо убежден, что каждый чего-то в этой жизни должен добиться сам. Мол, я тебе с универом помог, а остальное — твоя дорога.
— Мне нравится такой подход, — говорю честно. — По крайней мере, при нем никто не сует в твою жизнь свой нос, как мой отец.
— Пару лет я проработал на фирму-конкурента, пока не понял, что мне «тесно». Ушел. Сначала трудился сам. Потом пошел на расширение, когда перестал справляться. Одному тянуть сразу много разноплановых проектов тяжело.
— Понимаю. Но у тебя все получилось. Это круто!
— Ага. Вик, слушай?
— М-м?
— Я знаю тут неподалеку очень классное местечко, где делают самые крутые в городе десерты. Ты как? Подкрепимся перед… — выругивается и замолкает, — чуть не проболтался.
— Но я услышала. Колись! Подкрепимся перед… чем?
Илья останавливается и берет меня за руку. Заглядывает в глаза, что вызывает легкую неловкость. Они у него такие внимательные, а взгляд чуткий. А еще этот его извечный легкий прищур! На совещаниях немало пугает, а сейчас вызывает мурашки.
Блин, а может, у нас реально могло бы что-то получиться? Илья, конечно, не Ренат. Но может, в этом и есть его плюс? Так сказать, одного со мной поля ягода. Оба дети «не простых» семей. Может, нужно дать ему шанс? Да, определенно я дам ему шанс.
— Так куда мы поедем дальше, Илья?
— Раз уж сегодня такая прекрасная погода… Вик, я слышал, что ты любишь лошадей. Вроде как даже неплохо держишься в седле. Это правда?
Уж не знаю, что видит на моем лице Илья, полагаю, загоревшийся от удивления и восхищения взгляд, но мужчина улыбается. Он попал в точку. В чем я пламенно его и уверяю:
— О, да! Не встречала животных прекрасней, чем лошади. И да, я умею. Да! — аж сердце зачастило, а руки немного задрожали. Я из-за работы уже так давно не была на ипподроме, что душу готова продать за такую возможность!
— Тогда, думаю, ты будешь не против поездки в конный клуб?
— Вау! — взвизгиваю я, Илья довольно улыбается.
— У моего друга один из лучших в нашем городе. Так уж получилось, что я тоже немного в верховой езде разбираюсь, — подмигивает, добавляя «скромно», — кому я вру, я просто лучший в этом деле! — что вызывает искренний смех.
— От скромности ты не умрешь!
— Скучно быть скромным. Так что, Виктория? Едем?
— С огромнейшим удовольствием! Покажу тебе, как выглядит по-настоящему хорошо сидящий в седле человек! — хватаю мужчину за руку и под его тихий смех увлекаю в сторону парковки. Где там машина? Я уже хочу к лошадкам!
Не знаю, каким образом моему генеральному это удается, но если он продолжит в том же духе, играя чуткого и заботливого мужчину, я рискую влюбиться в него по-настоящему!
 
Ренат
— Рень, ты за телефоном вообще собираешься? — сует нос в ванную Цветочек, беспардонно проходя за мной следом и подпирая задницей стиральную машинку. — Или тебе и без него нормуль живется, м?
Я игнорирую жужжание сестры. Врубаю в раковине холодную воду и ополаскиваю заспанное лицо. Прохожусь ладонями по щекам и пятерней по волосам, приглаживая. Виски давит.
Время — семь часов вечера. Я только проснулся. Как пришел домой со смены в двенадцать, так и завалился спать. Отключился моментально и протопил до самого прихода Розы.
Да и дальше бы спал, если бы не Цветочек, чуть не вынесшая своим стуком входную дверь и перепугавшая старую впечатлительную соседку бабку Марфу, едва не бросившуюся вызывать МЧС. Просто Роза реально так долго в дверь долбилась, что они обе дружно решили, что я тут «кони двинул».
Но я просто спал. Крепко. Со мной такое бывает. Рубит по-страшному, и я отключаюсь, в прямом смысле этого слова. Ничего не слышу, когда день на работе получается непростой. Как этот.
Смена для нашей группы выдалась напряженная. Два выезда за двадцать четыре часа — это еще не предел, но и рядовыми буднями не назовешь. В первом случае три отморозка взяли в заложники официанток из придорожного кафе. Девчонки молоденькие, как Вики, перепугались, впечатлились, но благодаря нам живы и почти невредимы. Пара ссадин не считается. А во-втором маски-шоу в ночном клубе устраивали. Тот еще наркопритон. Нам давно «нашептывали», что в этой дыре среди молодежи распространяют новый синт, и только вчера операм информацию слили, где и когда будет проходить «передача». В общем, всех повязали, дальше уже ФСКН разберется.
После таких трудовых смен, как правило, утром нас гоняют на тренировке, как говорится, и в хвост и в гриву, чтобы не тащили негативную энергию домой, и отпускают только в обед. Весело, короче.