Наследник не для мужа

— Я постараюсь, — её тихий голос, покорность, готовность безоговорочно подчиняться сводит меня с ума. Мечусь, словно дикий зверь, загнанный в стальную клетку. Ненависть к ублюдку сильна, как никогда. Но им я займусь позже. Сейчас гораздо важнее она.
Отвожу Арину в ванную, сам возвращаюсь в спальню, достаю из шкафа махровый халат, случайно купленный несколько лет назад вместе с комплектом полотенец, скидываю с себя пиджак, расстегиваю рубашку, снимаю майку и зависаю на своем отражении. Глубокие борозды рубцов исполосовали широкую грудь, вид не просто отталкивающий, он отвратительный и жалкий. Ненавижу, когда на меня смотрят как на уродца. Хотя знаю, что по сути я им являюсь.
Вся спина покрыта ожогами, руки сплошняком покрыты небольшими шрамами, их не касался нож пластического хирурга. Без слез не взглянешь. Не хотелось бы пугать Арину, ей и без меня стресса в жизни хватает.
Одеваю футболку с длинным рукавом, натягиваю свободные штаны по щиколотку, но остаюсь босиком, иначе точно вспарюсь. Жарко. Но пока она живёт в моём доме придется потерпеть.
— Держи, — спустя несколько мучительно долгих минут захожу в ванную и кладу полотенце и халат на полку, стараюсь не смотреть на женский точечный силуэт, виднеющийся сквозь полупрозрачное синего. — Я буду ждать на кухне, — усилием воли закрываю за собой дверь.
— Спасибо! — несётся в спину. Ничего не говорю, лишь машу головой и ловлю себя на том, что улыбаюсь.
Ставлю сковородку на плиту, достаю из полупустого холодильника последние яйца, сыр, колбасу, несколько кусков хлеба. Жду, когда металлическая поверхность разогреется и разбиваю скорлупу, осторожно, чтобы не повредить желток, выливаю содержимое на сковородку. Белок моментально нагревается, начинает шкворчать, по квартире плавки запах яичницы.
Я бы хотел накормить Арину чем-то более существенным, но сейчас банально нечем, а заказывать еду и ждать пока привезут не хочется. Тем более ни малейшего понятия не имею, что едят беременные женщины! Это же совсем другой мир. Хреново. Хотел же домработницу нанять… Теперь поздно.
Продуктов в доме почти нет, ведь я здесь практически не бываю. Пожалуй, первым делом, как поедим, нужно заказать доставку из магазина. Из квартиры уезжать нельзя. Взгляд падает на два огромных пакета, стоящих у стены. Заглянув внутрь, мысленно благодарю Майка за предусмотрительность. Он позаботился о том, чтобы нам было что есть.
На стол тут же ложится творог, йогурт, соленая рыба, сливочное масло, ещё какая-то хрень в цветной коробочке с надписью сливочный сыр. В общем, я достал все, что так или иначе показалось съедобным, остальное убрал по местам.
— Влад, у тебя горят яйца! — взволнованно произносит Арина, скорее кидаясь к плите.
— Мои вроде на месте, — кидаю, не особо следя за словами. Женщина смущается. Ааааа! Как же это мило! Арина после всего пережитого ТАК реагирует на меня?! Невероятно!
— Дурак! — бросает мне, быстро отворачиваясь и скрывая улыбку. Она спешно переставляет сковороду на соседнюю конфорку, берет лопатку, пытается отскрести ото дна. Не выходит. Прижарилось намертво.
Любуюсь ей, заледеневшее сердце вновь начинает биться быстрее, я снова ощущаю себя живым. Разнеженная после душа, такая безоружная домашняя она окончательно сводит с ума. Так хочется подойти к ней вплотную, прижать к тебе, вдохнуть чудесный аромат, почувствовать каждый изгиб её изящного тела.
Заставляю себя стоять на месте. Но мысли — не тело, им указ не важен. Богатая фантазия и воспоминания сливаются воедино и вот я уже в своих мыслях трахаю Арину прямо на этом столе. Чувствую, как член начинает наливаться, как настырная головка упирается в мягкую ткань. Твою же мать! И как выдержать рядом с ней хотя бы один гребаный день?! Про неделю, что просит Майк, я вообще думать боюсь. Я же не через час отымею!
Бля. Нужно немедленно взять себя в руки. Иначе наделаю бед.
    
Глава 41. Арина. Мурашки по коже
Я чувствую кожей, как Влад смотрит на меня и внутри начинает происходить нечто невообразимое. Его обжигающий взгляд распаляет инстинкты, грудь тяжелеет, между ног сводит от нетерпения, я с ужасом понимаю, что до бесконечности хочу Его.
Аж трясёт всю от силы этого желания!
Отставляю в сторону сковородку с доброй половиной пригоревших яиц, опираюсь руками на столешницу, делаю пару глубоких вдохов, мечтая отвлечься. Меня кроет. Присутствие этого мужчины пробуждает уснувшие желания и я никак не могу их взять под контроль. Они вырвались и теперь кружатся в танце, маня и раззадоривая.
Секса хочется до дрожи! По подогнутых коленей! До головокружения! Ахххх… Натиск выдержать не могу…
Запах Влада везде. Он пьянит, он дурманит, он сводит с ума. Как же хочется сейчас раствориться в его сильных руках, растаять под тяжестью сильного тела, раствориться в его ласках, позабыв обо всем.
Не думала, что после Марата так быстро готова буду к близости с мужчиной. Но гормонам на психику просто насрать. Они бушуют в крови, они оголяют инстинкты, они требуют немедленного удовлетворения нужд беременного организма. А он хочет секса. Прямо сейчас!
— Ммм, — стон вырывается сквозь сжатые зубы. Сексуальное желание никак не могу взять под контроль. Свожу сильнее ноги, сладкая истома прокатывается по телу. Запрокидываю голову назад, переминаясь с ноги на ногу ещё раз стону.
— Ариш, — вопросительно встревоженный голос Влада прорывается сквозь дурман в голове. — Все в порядке? — мужчина подходит ближе, опускает свои руки рядом с моими, я забываю как нужно дышать.
Влад встаёт вплотную ко мне, чувствую спиной его горячее тело, кладу голову ему на грудь. Там с бешеной скоростью бьется сильное сердце. Закрываю глаза, вдыхаю воздух, пропахший насквозь ИМ. Он наполняет лёгкие, проникает в подкорку мозга, застревает там и не желает никуда уходить. Я пьяна без вина, Влада тоже ведёт, я слышу по сбивчивому ритму, отзывающийся пульсацией глубоко внутри. Моё истерзанное тело так жаждет прикосновений любимого мужчины. Мучительно страстно желаю Его и боюсь.
— Все хорошо, — шепчу, облизывая вмиг пересохшие губы. Выдыхаю. Позволяю водовороту чувств поглотить себя с головой. Меня уносит на волнах в открытое море и я больше не ведаю, что творю. Разворачиваюсь, смотрю ему в глаза и утопаю в бушующем урагане. — Влад, — набираюсь смелости, но попросить не решаюсь. Возбуждённый орган нахально упирается мне прямо в живот. Нереальные ощущения.
— Что? — хриплый шепот, горячее дыхание, близость губ. Все какое-то нереальное. Это все словно не с нами. Так страшно разрушить волшебный момент.
— Не оставляй меня больше, — прошу с содроганием. — Я не переживу, если в моей жизни не будет тебя, — говорю чистую правду и выдыхаю. Страшно до одури, что оттолкнет.
Влад замирает. Я впервые так беззащитна, но строить из себя сильную больше нет сил.
— Прости меня, пожалуйста, — мой шепот в полнейшей тишине, нарушаемой лишь нашим частым дыханием звучит слишком громко, кладу руку на его щеку, где белеется некогда крупный шрам. Мужчина прикрывает глаза, наклоняется к моей раскрытой ладони, трётся от нее, словно раненый зверь. Дыхание замирает.