Стихийный мир. Дракон - Вампир
А если он умрет?!.
Сердце пропустило удар, руки похолодели.
Сициан едва заметно улыбнулся.
- Тебя беспокоит только это? - спросил он. - Если так, то не бойся. Я все предусмотрел. Достать меня у заговорщиков не получится. Кроме того сегодня они будут весьма удивлены.
- Удивлены? - не поняла я.
Дож улыбнулся шире и направил чуть прищуренный уверенный взгляд поверх толпы, неторопливо обведя все побережье. В этом взгляде была сила, превосходство, власть. От него веяло гибелью врагов.
Я так глядеть не умела.
- Да, - ответил он. - Обычно в этот день я провожу праздник вместе с гостями, наблюдая за представлением, которое вот-вот начнется. Но сегодня исключение. Сегодня весь город, весь мир увидит, насколько сильна империя Огненной луны. Вспомнит, почему нас стоит бояться.
Алые радужки сверкнули и превратились в огонь, заполнивший белки глаз. Пламя вышло за черту век.
За шиворот будто просыпалась тележка колючих металлических снежинок, промораживая и царапая одновременно.
Дож умел быть страшным. Если хотел этого.
Мгновение - и все исчезло. Он снова взглянул на меня совершенно обычными глазами. Цвета крови.
- Тебе не стоит бояться, - проговорил он мягко, и вдруг протянул руку и положил на мою ладонь, что, как оказалось, крепко вцепилась в подлокотник кресла. - Тебе никто не причинит вред.
Горячее прикосновение было волшебным. В месте, где его пальцы коснулись моей кожи, под ней словно заплясали искры. Они поднимались все выше и выше по руке, пока не распространились по всему телу, сбивая дыхание, вызывая улыбку на губах.
И я вдруг поняла, что мне и впрямь стало спокойнее. Казалось, что императору подвластно все на свете, и рядом с ним мне не страшно ничего. Даже огонь, которого я так боялась. Ведь он сам был огнем.
Но в воспоминания вдруг вторглась непрошенная мысль, сережки в ушах качнулись, перед глазами на миг вспыхнула кровавая пелена с глазами Эдуарда Церра, как тогда, в купальнях.
К счастью, сейчас это было не видение, а лишь память о нем. Но и это изрядно выбивало из нормального состояния, напоминая, что есть еще в этой жизни то, чего я боюсь.
- Кто это? - резко сощурился Сициан, и его красивое лицо приобрело жесткое выражение.
Я вздрогнула, мигом вспоминая, что император умеет читать мысли.
- Я не уверена, - ответила хрипло. - Знаю только, что в городе появился маньяк, убивающий чарогниц. И мне кажется, что я вижу его в своих видениях.
- Ты обладаешь даром предвидения?
Алые глаза дожа распахнулись, и на миг он перевел задумчивый взгляд в пустую тарелку. Он тоже ничего не ел, как и я.
Зато бокал его был полон, и он не переминул одним глотком осушить половину.
- Это большая редкость, - добавил он.
- Я не лгу, - нахмурилась я тогда. - И понятия не имею, обладаю я предвидением или нет. Просто уже два раза мне являлись кровавые видения, в которых я видела глаза одного знакомого… маньяка.
А потом я рассказала Сициану все, что случилось со мной за последнее время. Умолчав только о том, что в купальнях я была не одна, а с морским эмиром.
Какая ему разница, правда?..
- Я и не думаю, что ты лжешь, - покачал головой Сициан, и его пальцы на моей кисти мягко погладили кожу.
Я заставила себя не жмуриться от удовольствия. По нервам будто стреляли мелкой дробью.
- Тогда почему вы… хмуритесь? - выдохнула, вглядываясь в мрачное задумчивое лицо императора.
Наш диалог постепенно становился таким простым и легким, словно мы были знакомы ужасно давно. И таким скрыто-сексуальным, словно были настоящей парой.
Он гладил меня, периодически улыбался, а я млела от его близости.
Все как бывает у обычных любовников.
Но мы же не обычные. Не настоящие, так?..
- Потому что о маньяке, кем бы он ни был, мне не сообщали, - с легким рычанием ответил он и щелкнул пальцами.
В тот же миг у его ног оказался склоненный в три погибели легат в золотых доспехах.
- Сияй, Райя-нор! - громко и подобострастно провозгласил он.
Император едва заметно шевельнул пальцами, и легат распрямился.
- В столице появился убийца чарогниц? - спросил Сициан, стиснув зубы. - Почему я об этом ничего не знаю?
Легат побледнел, но ничем не выдал остальных эмоций.
- Не могу знать, Ваше Сияние, - ответил он. - Но готов узнать по вашему прика…
- Если об этом ничего не знает начальник стражи Хальвейля, то, вероятно, он плохо исполняет свои обязанности, - медленно и спокойно произнес император. В его руке откуда ни возьмись появился один из двух жезлов с головой дракона. Сициан вращал его между пальцами, и я вдруг поняла, что он достал его не для устрашения. А чтобы успокоить собственные нервы: он перебирал его, как четки, ни на что не намекая.
Но легат побелел еще сильнее. Его нижняя губа затряслась, едва в маленькой золотой голове жезла начали вспыхивать каменные рубиновые глаза.
Создавалось впечатление, будто Сициан пугает легата этим колдовским приспособлением, что так легко превращалось в страшный хлыст.
Вот только я как никогда прежде четко осознала, что Сициану плевать на этот хлыст. Он мог убить легата, просто прожарив его в собственных доспехах. Он мог заставить его страдать одним своим колдовским взглядом аватара огня и дракона. И для этого не понадобился бы золотой жезл.
Но глупый командир стражников Хальвейля почему-то боялся именно жезла.
- Нет-нет, Ваше Сияние, - хрипло проговорил он. - Я… я что-то слышал. Говорят, была пара смертей молодых чарогниц, это правда…
- То есть ты пытался меня обмануть? - приподнял бровь Сициан.
Легат упал на колени.
- Нет, Ваше Сияние, я… я… я просто не знал, что это маньяк, у меня нет достаточной информации об этом деле. Но я клянусь, что узнаю в ближайшее время!
Сициан смотрел в свой бокал, окованный драгоценным металлом, изучая, как вино окрашивает его стенки при наклоне. Разноцветные ограненные бусины на тонких цепочках, что крепились к ободку бокала, стучали о хрусталь.
- Всыпать продесту города двадцать плетей, - ответил тогда Сициан. - За то, что маньяк до сих пор не пойман. Передать: если в ближайшее время он не найдет убийцу, то будет казнен.
- Слушаюсь! - громко ответил легат, вытянувшись по струнке. - Разрешите идти?
Сициан шевельнул указательным и средним пальцем, не отнимая остальные от бокала и не глядя на легата.
- Честь имею, ваше Сияние благословенный повелитель! - ударил друг о друга окованными металлом пятками, развернулся и исчез с глаз, будто его и не было.