Сумрак

Мой член затвердел, и я застонал, когда Дэймон скользнул рукой по моим джинсам и погладил меня. Рот Эмери приоткрылся, она начала тяжелее дышать.
Она не собиралась бежать.
С каждой секундой, пока я не останавливал его, пока она сидела там, не пытаясь убежать, мне становилось все труднее и труднее.
Может, она снова переживала прошлую ночь, а может, это была последняя чертова вещь, которой я мог поделиться с ней, но по моему телу распространялся озноб, пока она смотрела на нас. Я сжал волосы Дэймона, когда он прильнул к моей шее и начал жадно целовать.
– Черт, – простонал я.
Я на мгновение закрыл глаза, отгоняя тревогу и растворяясь в этом моменте. К черту все.
Я расстегнул его джинсы, пока он расстегивал мои, но, прежде чем смог вытащить его член и показать ей, как хорошо работают мои руки, он наклонился и взял меня в рот, лаская медленно и сильно.
– Боже, – простонал я.
Запустив пальцы в его волосы, пока он двигался вверх и вниз, я напрягся. Жар ее глаз возбуждал меня. Смотрел на нее, футболка спадала с одного плеча, обнажая кожу, а соски торчали сквозь ткань футболки.
Ей нравилось.
Ее ногти впились в маты, она выглядела такой горячей, будто хотела подойти и помочь ему.
Пусть смотрит.
Пусть знает, как это выглядит, когда чей-то рот ласкает мой член.
Посмотрел на Дэймона, меня кинуло в жар, когда он протолкнул меня между своими теплыми губами глубже в горло.
– Она красивая, – выдохнул он, поднимаясь и гладя меня, покусывая меня за подбородок. – И ей будет невыносимо видеть тебя счастливым без нее.
Плюнув в руку, я залез в его джинсы и начал гладить, долго и крепко, целуя его в ответ. Мы сжимали друг друга в ладонях, а его четки легли мне на грудь.
Комната заполнилась ворчанием и стонами, когда темп стал бешеным, предвещая оргазмы, и, клянусь, я слышал стон Эм, пока она наблюдала за нами.
Хотел, чтобы она прикоснулась к себе. Надеялся, что она это сделает.
– Крепче, чувак, – прорычал Дэймон мне в рот.
– Я делаю это настолько крепко, насколько могу, – сказал я. – Ты не засунешь мне это в задницу.
Он фыркнул.
– Ты прав. Твой член меньше. Ты должен быть сверху.
– Да пошел ты.
Он засмеялся, и я улыбнулся, толкаясь в него. Как ни странно, в наши отношения снова вернулись подкалывания.
Я прикрыл глаза. На спине выступил пот, когда я другой рукой начал душить его. Мы оба тяжело дышали, сжимая кулаки сильнее, сперма пролилась из моего члена лишь на мгновение раньше его.
Я с криком выгнул спину.
– Черт.
Простонал, запрокинул голову и с трудом вдохнул. Мои мышцы горели, дрожь пробежала по телу так резко, что мне пришлось отдышаться.
Иисус. Какого хрена?
Он рухнул на маты с моей стороны. Жар его тела распространился на меня. Еще секунду я держал глаза закрытыми, смакуя воспоминание о ее взгляде.
Но когда открыл их и посмотрел на Эмери, то увидел, что она непрерывно смотрела на нас самым красивым взглядом, полным отчаяния и сладости, а ее ногти впивались в бедра.
Она любила это. И ненавидела.
Поднявшись с матов, она облизнула губы и решительно посмотрела на меня.
– Я всегда буду хотеть тебя, – тихо сказала она.
А потом ушла.
Я смотрел ей вслед. Блаженство, которым я наслаждался еще мгновение назад, исчезло.
Она не собиралась уступать, как бы сама сильно того не хотела. Между нами все было кончено.
Закрыв глаза, я стиснул зубы и пожалел, что разбил ту бутылку.
Я больше не стану бегать за ней. Она не была одной из нас. Она никогда не будет бороться за меня.
Я проглотил комок в горле и глубоко вдохнул.
Дэймон встал и подтянул джинсы.
– Я буду в душе, – вздохнул он. – Снова.
    
Глава 27
Эмери 
 
Наше время
Мы никогда не спали в одной постели.
Конечно, у нас никогда не было отношений. Просто украденные моменты.
Я посмотрела на лежащего рядом Уилла – голова отвернута в сторону, обнаженная грудь поднималась и опускалась, а утренний свет просачивался сквозь занавески, заставляя его кожу сиять, а брови казаться шоколадными.
Он принес меня сюда вчера вечером и сказал ложиться спать. Я думала начать спорить, но потом поняла, что не хочу этого.
Я очень сильно устала. Он тоже. К черту все.
Моя рука лежала рядом с ним, мой мизинец касался его, и мне хотелось сплести наши руки, но, если пошевелюсь, то разбужу его, а я не была готова к его пробуждению.
Повернув голову влево, посмотрела на Алекс, свернувшуюся на боку, лицом ко мне, и положившую подушку на голову.
На ней была одна из футболок Уилла. Увидев их вчера вечером, я поняла, насколько они были близки и что мне нравится Алекс. Очень сильно нравится.
Она не хотела причинять мне боль. Я знала это.
Не могла сдержать улыбку на лице. Ее нос забавно скривился, и я могла увидеть ее ноздри.
Ни одного лишнего волоска на всем теле. Ни одного.
Покачала головой и снова уставилась в потолок, пытаясь понять, не должно ли меня смутить то, что я оказалась в постели между моей первой любовью и его девушкой, но это было последнее, о чем мне стоило беспокоиться.
Я перевернулась, медленно поднялась и перелезла через Алекс, глядя на их спящие фигуры. Пройдя за шторку, схватила мочалку и намочила ее горячей водой. Прижала мокрую ткань к лицу, закрыла глаза и позволила теплу проникнуть в меня и успокоить боль в челюсти и в глазу, куда Алекс ударила меня вчера.
Принять полноценную ванну казалось хорошей идеей, но я пока не хотела их будить.
В этот момент что-то коснулось моей ноги, я опустила руки, открыв глаза, и увидела Алекс, сидящую на краю ванны и пристально смотрящую на меня.
– Прости, что разбудила, – сказала я, снова нагревая тряпку под горячей водой.
– Все в порядке.
Отжала воду и подошла к ней, прижав ткань к ее щеке в том месте, где уже зрел под кожей синяк. Она попыталась отобрать мочалку, но я остановила ее.
– Я не собиралась уезжать без тебя, – сказала я.
На случай, если она в этом сомневалась.
Я ненавидела себя, и вчера было легче попытаться исчезнуть, чем столкнуться лицом к лицу с трудностями.
– Что насчет Уилла? – спросила она. – Ты собиралась уйти без него?