Спасти Брэда

Я ухожу туда.
В то особое пустынное пространство в моей голове, где никто не может причинить мне вред, и я готовлюсь к худшему.
Я не сомневаюсь, что он говорит правду, и я больше не могу с ним бороться, у меня не осталось энергии.
Пока его руки блуждают в местах, где им не следует находиться, моя последняя сознательная мысль связана с Брэдом и тем, как это будет ужасно, когда он придет домой и обнаружит меня мертвой на полу.
    
Глава 37
Часом ранее
 
Брэд
Что-то не так. Нутром чую. Не могу объяснить, но с того момента, как я вошел в спортзал, не могу ни на чем сосредоточиться. Через полчаса я делаю перерыв и прошу своего телохранителя связаться с Нейтом. Идут длинные гудки, и я не теряю больше ни секунды. Я бегу в раздевалку и достаю свой мобильный, набирая номер Рэйчел.
– Что случилось? – спрашивает Кай, войдя в раздевалку и подходя ко мне сзади.
– Я не могу связаться с Рэйчел, и ее телохранитель тоже не отвечает.
– Черт! Идем!
Мы хватаем сумки и бежим на парковку. Кай вжимает педаль газа в пол, с визгом выезжая на главную дорогу, гоня как маньяк. Я звоню Кеву на случай, если он рядом. Он тоже не берет трубку. Кай звонит парню, отвечающему за охрану, и просит прислать к квартире подкрепление. Затем он звонит Фэй на случай, если девчонки вместе и просто игнорируют свои телефоны. Она подтверждает мои худшие опасения. Сегодня она вообще не видела подругу, и это вселяет страх в мое сердце. Рэйчел сказала мне, что встречается с Фэй после занятий, но, очевидно, солгала. Где, черт возьми, она была и где, черт возьми, она находится сейчас? Кай знает только то, что она хотела сделать мне какой-то сюрприз, и он должен был проследить, что я буду в спортзале.
Кев перезванивает через минуту. Пока я говорю, он запускает приложение для отслеживания на ее телефоне.
– Она в квартире, – подтверждает он.
– А что насчет ее брата? – Я с трудом узнаю свой собственный голос. Я поддаюсь панике.
– Мне не удалось определить его новую личность, поэтому я не могу узнать, где он. Я сейчас же прыгаю в машину.
– Тебе долго ехать?
– Минут двадцать.
– Мы ближе, – говорит Кай. – Встретимся на месте.
– Педаль в пол, братишка.
– Уже.
Я продолжаю попытки дозвониться до Рэйчел всю дорогу до квартиры. Кай не пытается меня успокоить, и я благодарен за это. В данный момент его слова о том, что с ней все будет хорошо, не утешили бы меня. Я чертовски боюсь, что войду в квартиру и найду ее умирающей или мертвой. Мои внутренности скручиваются в узлы.
Кай ведет машину как маньяк, петляя в трафике. Мы добираемся до нашего дома в рекордно короткое время. Как только он загоняет машину в гараж, мы оба выскакиваем, даже не подумав закрыть двери.
Не обращая внимания на лифт, я влетаю через дверь на лестницу и бегу, прыгая через две ступеньки. Нервный адреналин выжимает из моих ног максимум возможного. Кай вытаскивает пистолет из спортивных штанов, когда мы входим на наш этаж. Я смотрю на него с немым вопросом.
– Это после случая в хижине. Не хотел, чтобы меня снова застали врасплох. Разрешение у меня есть.
– Плевать на разрешение. Я рад, что он у тебя есть.
Мы бежим к двери нашей квартиры, когда громкий крик разрывает неподвижный воздух.
– Рэйчел! – Я роюсь в карманах в поисках ключей. Вставив ключ в замок, поворачиваю его, но ничего не происходит. Я снова поворачиваю ключ, но он не двигается.
– Черт! Он запер дверь изнутри!
– Отойди, – командует Кай. Держа пистолет перед собой, он стреляет в замок, выбив его, и я пинаю дверь.
В коридоре темно, и свет выключен во всей квартире. Звуки возни отражаются от стен. Я прохожу за поворот в гостиную и с криком останавливаюсь. Там чертовски темно, но я могу различить две фигуры на полу. Он прижимает ее к полу и держит за горло. Дальше я не думаю. Я просто действую.
Я бросаюсь на него, сбивая вбок, и мы отчаянно боремся на полу.
– Шоу начинается, придурок, – хрипит он, прежде чем ударить меня головой. Перед глазами черные круги, а острая боль пронзает череп. Он скатывается с меня, и я заношу ногу, целясь в его промежность, но мое зрение нечеткое, и я мажу. Моя нога вскользь ударяет его в бедро, и он смеется.
– Руки вверх, извращенец, а то я пристрелю тебя! – Кайлер обходит Рэйчел, направляя пистолет на ее брата. Сумасшедший ублюдок нападает на него, и пистолет летит по воздуху, прежде чем Кай успевает выстрелить, и приземляется где-то в темной комнате. Они оба падают, размахивая кулаками.
Я подползаю к Рэйчел. Она лежит на спине, и ниже пояса она обнажена. Я снимаю свитер и прикрываю ее нижнюю часть. По моему лицу текут слезы. Крупное красное пятно темнеет спереди на ее кремовой блузке, а шея залита кровью. Ее глаза закрыты, и она неподвижна.
– Боже, Рэйч! Нет! Пожалуйста, детка, пожалуйста, будь жива! – Я прижимаю дрожащую руку к ее шее и чуть не падаю в обморок, когда чувствую ее пульс под моими пальцами.
Меня отвлекает громкий треск. Алек врезал Кая в стену, и я с ужасом наблюдаю, как мой лучший друг оседает на пол, замирая.
Алек медленно оборачивается. Он также обнажен ниже пояса, и вид его полутвердого члена и высокомерное, насмешливое лицо будто щелкают тумблером во мне. Я теряю контроль, бросаюсь на него и рычу. Он наносит мне удар в живот, но я почти не чувствую этого. Я замахиваюсь, целясь в левую сторону его лица.
Мы сражаемся, колотя друг друга и пытаясь добиться превосходства, но приблизительно равны по силам. Я наношу еще один удар, когда комнату наполняет вой приближающихся сирен. Он начинает пятиться к двери. Нет уж, черт возьми. Его единственный способ выбраться отсюда – в наручниках или в мешке для трупов.
Я хватаю его за рубашку, и он совершает глупую ошибку, споткнувшись, когда пытается уклониться. Алек теряет равновесие и падает на пол. Я прыгаю на него, размахивая кулаками, с силой вдавливая колено в его обнаженный пах, и он вскрикивает от боли. Его руки дико мечутся в воздухе, но я крепко прижимаю его и поливаю дождем ударов. Через некоторое время он перестает сопротивляться, но я продолжаю бить, обрушивая удары в чистой ярости. Кровь льется из его рта, брызжет на меня, но я хочу продолжать, чтобы убедиться, что он никогда больше не встанет. Но при этом не хочу присоединиться к моему отцу в тюремной камере.
Я заставляю себя подняться, утирая кровь со рта, когда топот шагов становится громче. Фигуры появляются в дверном проеме.
– Подними руки вверх, чтобы я мог их видеть, сынок! – командует полицейский, прищурившись в попытке разглядеть сцену в темноте. Полоски света просачиваются из коридора позади через распахнутую дверь, освещая Кая и Алека, лежащих на полу без сознания, истекающих кровью.