Магия Крови

Тед сидел рядом с каменным лицом.
Он действовал у меня за спиной. В моей памяти всплыл Мауро, принесший мне коробку с уликами. Зачем бы Мауро стал делать это? Все посылки приходили на стол Максин, и он ни разу не заносил их мне. Если только посылка не была в кабинете Теда до этого, и тот не велел ему отнести ее.
Тед просмотрел все документы по моему делу, а потом сидел с невозмутимым лицом, пока я излагала свои выводы.
— Кейт? — Напомнил голос Сайман.
Я взяла свою чашку и помешала кофе ложечкой. Я где-то читала, что выполнение небольших повторяющихся движений, таких как перемешивание или рисование, помогает уменьшить стресс, а мне нужно было уменьшить свой стресс, иначе он вспыхнет и разобьется о Теда Монахана, как тонна кирпичей.
— Я думаю.
— Ты заметила, что твой преступник не нападает на женщин? Либо они обладают естественным иммунитетом к его силе, либо он просто не чувствует в них угрозы.
— Я заметила.
— Тогда ты должна понимать, что выбор Монахана состоит из тебя и Андреа Нэш. Монахан ни во что не ставит Нэш, не знаю почему, но я уверен, что рано или поздно это выясню, так что ты для него — единственное приемлемое решение. На самом деле, я не удивлюсь, если он сейчас сидит в твоем кабинете и подслушивает наш разговор, чтобы быть уверенным, что ты обеспечила сотрудничество со мной. Тебя поставили к стенке, Кейт. При таких обстоятельствах гонорар в пятьдесят тысяч — это подарок. Прими его великодушно.
Ложка согнулась под давлением моих пальцев. Я вытащила ее и начала сгибать уже обеими руками, туда-сюда, туда-сюда
— Отлично, — сказала я. — Тебе заплатят пятьдесят тысяч долларов, когда мы получим неопровержимые доказательства того, что Мэри мертв или арестован.
— Или уехал за пределы вашей юрисдикции. Меня не прельщает перспектива гоняться за ним по всей стране.
Я еще немного согнула ложку.
— Согласна. Так какова реальная цена, Сайман?
— Ты сопроводишь меня на одном мероприятии, Кейт. Это будет публичный прием, ты наденешь вечернее платье и будешь идти со мной под руку. Можешь думать об этом как о свидании.
Ложка хрустнула у меня в руках. Я выбросила ее в мусорное ведро.
— В последний раз, когда мы практиковали подобное, я оказалась вся в демонической крови.
— Уверяю, ты будешь в полной безопасности. Если быть точнее, это мероприятие происходит в одном из самых безопасных мест Атланты.
— Меня беспокоит не моя безопасность. А твоя компания. Ты, кажется, очень воодушевлен перспективе показаться со мной. Есть ли какой-то скрытый мотив?
— Всегда есть скрытый мотив, — заверил меня Сайман. — Но, кроме этого, я нахожу твое присутствие рядом восхитительным.
Его присутствие рядом было раздражительным.
Он преувеличенно тяжело вздохнул:
— Я не собираюсь принуждать тебя к сексуальным отношениям. Я хочу соблазнить тебя. Это требует гораздо большего мастерства. Боюсь, мне действительно нужен твой ответ. Да или нет?
— Да. — Слово было склизким на вкус, как будто я откусила гнилой апельсин.
— Ты говоришь это с таким отвращением. Считаю, мне повезло, что в данный момент я нахожусь вне зоны твоего поражения. Так у нас есть договоренность?
— У нас есть.
— Великолепно. Я заеду за тобой завтра в девять вечера. К восьми часам к тебе домой доставят платье с подходящей парой туфель. Тебе нужно что-нибудь еще, чулки, нижнее белье…
Сопровождать сексуальных девиантов на вечеринки в ближайшее время не входило в мои планы.
— Это довольно короткий срок. Я немного занята с распыляющим эпидемии-маньяком, пытающимся уничтожить город. Можно ли это отложить?
— Ни в коем случае. Это должно быть завтра вечером, иначе мы не договоримся.
Что, черт возьми, было такого важного?
— Ладно, но я надену свою собственную одежду. — Никто не мог предугадать, какой сумасшедший наряд он придумал.
— Уверяю тебя, платье, которое я выбрал, изыскано.
— Тогда, может быть, тебе лучше его надеть? Я уверена, что ты станешь королевой бала.
Сайман вздохнул:
— Ты ставишь под сомнение мой вкус?
— В прошлый раз ты нарядил меня Вьетнамской принцессой. Я надену свое платье.
— Для меня бесконечно важно, чтобы ты надела правильное платье. Я иду на большой риск.
— Мое сердце обливается кровью за тебя. Если ты хотел, чтобы я надела твое платье, ты должен был упомянуть об этом в нашем соглашении.
— Предлагаю компромисс. — Голос Саймана был мягким, как расплавленный шоколад. — Ты ответишь на мой вопрос, и я оставлю вопрос о платье.
— Валяй.
— Как ты всегда узнаешь меня, независимо от того, какой образ я принимаю?
— Глаза, — ответила я. — Они каждый раз тебя выдают.
Он молчал долгую минуту.
— Понятно. Очень хорошо. Я буду свободен примерно через три часа. Я хотел бы начать свой анализ с последнего места происшествия со Стальной Мэри. Мне потребуется присутствие по меньшей мере пяти свидетелей.
— Все будет устроено, — сообщила я. — Увидимся в Гильдии через три часа.
— Я меняю свое лицо, пока мы говорим. До встречи.
Ему удалось вложить в последние слова столько нескрываемых намеков, что мне понадобилась бы тряпка, чтобы стереть это с телефона.
Я повесила трубку и повернулась к Теду:
— Вы просматривали мои вещественные доказательства за моей спиной.
Он угостил меня своим лучшим воплощением статуи с острова Пасхи.
— Вы мне не верите.
Боевой пудель зарычал, подчеркивая мои слова. Я бросила на него взгляд, и он лег на пол.
Тед откинулся назад:
— Я не верю, что ты не облажаешься. Ты не учишься быстро, и у меня нет времени преподавать тебе, поэтому я поставил тебя на короткий поводок.
Накапливаемый во мне гнев, перерос в полномасштабную ярость. Я много работала. Я вложила столько сил в это. Я заслужила долбаное доверие.
— Я не смогу работать, если вы стоите за моей спиной.
— И это твоя проблема, Дэниелс. У тебя есть эго. Каждый день ты заходишь в этот офис, как будто он принадлежит тебе. Как будто ты это заслужила. Правда в том, что ты не смогла пройти весь путь Академии. У тебя нет образования и дисциплины, необходимых для работы. Ты не рыцарь и никогда им не станешь. Ты еще не доказала мне, что чего-то стоишь.
— Я доказала это.