В погоне за мечтой

— Условия здесь скотские, но я не за это переживаю. Твое жилище совсем рядом с казармой, как ты будешь тренироваться с Уолтером?
Об этом я не подумала. Оглянувшись на строения, и, прикинув насколько близко они расположены друг к другу, я не могла не согласиться, что Алекс прав.
— Будем тренироваться в лесу, — сказала я. — Там точно никто не увидит.
Он с сожалением посмотрел на меня и слегка приобнял за плечи. Мы уже подходили к полигону, когда нам в спину прилетело:
— Отставить свои нежности! — прогремел сзади голос командира Эдвина, и Алекс отпрянул от меня. — Мне не интересны ваши личные отношения друг с другом, но пока вы в моем расположении, соблюдайте приличия!
От того, что кто-то заподозрил меня и Алекса в интимных отношениях, я смутилась и покраснела.
— На полигон! Живо! — скомандовал Эдвин Нарийский, и мы кинулись в сторону полигона, где находилось десять гвардейцев. Все десять, как и мы с Алексом, были в тренировочных костюмах и упражнялись в подтягивании. На наше появление они никак не отреагировали, все также продолжали подтягиваться на перекладинах. У каждого на правой руке имелась накладка для гладиумов, и мне сразу бросилось в глаза, что максимальное количество перекрещенных мечей было у рыжего парня, целых четыре. У остальных по два-три гладиума.
— Гвардейцы! Отставить! Строиться! — прозвучал приказ командира, и десять драконов за пару секунд выстроились в шеренгу.
Запыхавшиеся и уставшие парни стояли смирно, но, то и дело кидали на меня и друга заинтересованные взгляды. Когда все бойцы встали напротив нас, я смогла оценить, насколько я и Алекс уступаем им. В Армию призывали гвардейцев в восемнадцать лет, а служить в передовом отряде разрешали только самым лучшим и подготовленным. Многие рвались в передовой отряд, поскольку гонорары за службу на границе были в три раза выше, чем в обычных отрядах, и только здесь можно было получить необходимое количество гладиумов для продвижения по службе, но далеко не все допускались сюда.
Перед нами стояли статные, накаченные и взрослые драконы. Они на три года были старше меня и на два года старше Алекса, но выглядели по сравнению с нами, как настоящие воины. Нет, у нас с Алексом тоже была хорошая подготовка, и мой друг выглядел тоже весьма достойно и не многим хуже наших вновь обретенных товарищей, но он был младше, и это резко бросалось глаза. Про себя я вообще молчу, я была как минимум на полторы головы ниже каждого из них, и никак не производила впечатление достойного соперника. Но как говорит мой наставник, первое впечатление часто бывает обманчивым.
— В нашем отряде внеплановое пополнение! — сообщил Эдвин «радостную» весть. А по пульсирующей вене на шее было видно, насколько сильно он рад нашему появлению здесь. — С этого дня у нас служат гвардейцы Арабелла и Александрин. Прошу любить и жаловать!
Гвардейцы удивленно переводили взгляды с меня на Алекса, но молчали. Вот она армейская выправка, нельзя задавать никаких вопросов, и комментировать слова командира.
— Давайте, гвардейцы, — Эдвин перевел на меня и друга недовольный взгляд. — Покажите, чему вас учили все эти годы! Полоса препятствий в вашем полном распоряжении.
Раздался свисток, и мы с Алексом кинулись к первому препятствию, которым оказалась высокая изгородь, на которую нам надо было взобраться. Дома мы привыкли проходить аналогичные испытания, и армейская полоса препятствий ничем кардинально не отличалась от той, на которой мы выросли.
Я в шесть лет научилась проходить препятствия точно и ловко, а все последующие годы тренировалась в скорости прохождения. Сейчас я решила выложиться по полной, мне совершенно не нравилось, как ко мне относится наш новый командир, и я собиралась изменить его отношения к своей персоне. Я не избалованная принцесса, меня воспитали бойцом, и я докажу всем, чего я стою. К счастью, здесь не императорский дворец, где все для меня ново и непривычно, здесь все к чему я привыкла с детства, это моя стихия. У меня внутри все болело и выворачивало, но я усилием воли заставила себя не обращать внимания на боль, а сконцентрироваться на поставленной задаче. Не позволю своей любовной привязке испортить мои результаты от прохождения полосы препятствий!
За секунду я вскарабкалась на изгородь, и чтобы не тратить время на спуск, ловко спрыгнула, приземлившись точно на носочки, как меня учил Уолтер. Послышался одобрительный свист, и я совсем расслабилась, почувствовав себя, как дома, где мои тренировки часто проходили под одобрительные возгласы наблюдающих драконов. Пока Алекс спускался с изгороди, я уже запрыгнула на тонкое горизонтальное бревно, по которому не пошла, а побежала, идеально удерживая равновесие.
Следующим был вертикальный забор, он стоял под наклоном, и, взобравшись на него, я убедилась, что он, как и полагается такому препятствию, качается. Всегда любила движущиеся преграды! Я легко залезла на самый верх и принялась раскачиваться, чтобы не тратить время на спуск, а сразу запрыгнуть на следующее препятствие — канат.
Раскачавшись достаточно, я прыгнула, и ухватилась за канат, по которому забралась на верхнюю перекладину. Пару минут назад на этих перекладинах подтягивались гвардейцы, а теперь мне предстояло на руках пройти от начала до конца, где меня ждал очередной канат. Сзади я слышала, как Алекс прыгает на канат, решив тоже не тратить время на спуск с забора, и ускорилась, чтобы не задерживать друга. На этом испытании он всегда показывал лучший результат, чем я, зато на всех остальных я была быстрее его.
Я со всех сил перебирала руками, и уже через несколько секунд достигла каната, по которому спустилась вниз. Следующим меня ждал подземный лаз. Он был уже, чем дома, но я не страдала клаустрофобией, и на четвереньках быстро преодолела его. Хоть где-то мой маленький рост и комплекция могли сыграть хорошую службу! Следующим было метание ножей в манекены, которые имитировали врагов. Пока Алекс пыхтел в подземном лазе, я поразила всех троих «противников» прямо в сердце, и перешла к следующему препятствию — заграждению из колючей проволоки. Из него надо было выбраться с минимальными потерями в виде дырок на одежде и царапин. С годами я научилась идеально справляться с этим испытанием.
Пробираясь сквозь колючее море, я снова порадовалась, что меньше и изящней мужчин-драконов, мне легче даются такие испытания. Секунд за десять я выбралась из проволоки, целая и невредимая. Меня оглушил свист гвардейцев и крики: «Вперед, принцесса!». Дальше у меня на пути был лабиринт. Здесь основной упор делался на скорость, и быстроту мысли. Сам по себе лабиринт не запутанный, и окинув его взглядом, не составит труда разобраться куда бежать, но поворотов очень много, и надо не терять скорость, поворачивая, то влево, то вправо. Бегать я любила, и по лабиринтам тоже. Дома лабиринты часто меняли, чтобы не вызывалось привыкание к одинаковым поворотам. Поэтому я привыкла быстро ориентироваться в новых препятствиях. На этот у меня ушло секунд пятнадцать, что было весьма неплохо, учитывая количество поворотов.
После лабиринта настала очередь вертикальной лестницы с поломанными ступеньками, она вела на «разрушенный» мост. По лестнице возможно было взобраться только подтягиваясь в тех местах, где отсутствовали ступеньки. На мосту все было сложнее, в середине имелся пролом, который необходимо было перепрыгнуть. По опыту знаю, что перепрыгивать такие проломы нужно с разбегу, поэтому не стала рисковать и сразу, как только вступила на мост, побежала. Прыжок, и я удачно приземлилась по ту сторону пролома и по гладкой трубе спустилась вниз.